Идеальная жена боевого мага

Опасный край.
Соседство с Мёртвой пустошью тоже весьма опасно, но что делать?
Как по мне, лучше сразиться с какой-нибудь мутировавшей, явившейся из Мёртвых земель гадостью, чем оказаться в объятиях Димиана Фарми.
Впрочем, как позже выяснилось, про гадость я подумала зря.
 
Глава 3
Покои, временно отнятые мною у Грея, оказались очень приятными. Спокойный строгий стиль, добротная мебель и простор.
Мои чемоданы разместили в гостиной. Распаковывать их не стали в виду скорого переезда, но служанки вывесили в гардеробной несколько платьев. Желая узнать какие именно, я в эту гардеробную и заглянула. Кроме собственных платьев увидела вешалки с одеждой Грея и хотела уйти. Но!
Делать этого было, конечно, нельзя, только я не удержалась. Взяла одну из рубашек и поднесла к лицу. Рубашка была чистой, но я всё равно уловила след такого знакомого, такого приятного парфюма. Аромат, от которого пять лет назад по телу разливалась умопомрачительная слабость. Аромат, при одном воспоминании о котором, кружилась голова.
Ощущения не просто забытые, а буквально вытравленные из памяти. Однако здесь и сейчас случилось то же самое – я потерялась на несколько бесконечных секунд. Стояла, уткнувшись носом в ткань, и всё. Прекратить не могла. Оторваться от рубашки – тоже.
За этим занятием меня и застукали. К счастью, свидетелем оказалась служанка, а не сам Грей.
Я резко очнулась и отбросила рубашку, но было поздно. Немолодая женщина улыбалась настолько выразительно, что хотелось застонать.
– Что? – спросила я строго.
– Прошу прощения, ваша светлость… – И женщина начала говорить о какой-то ерунде. Спрашивать о том, какие цветы мне бы хотелось видеть в своей комнате, какого цвета шторы предпочитаю, и всё в таком духе.
При этом улыбалась по-прежнему! Решила, что я влюблена в Морвеля?
Мы, конечно, женаты, но это безмолвное предположение взбесило. Для них Грей может и прекрасен, а для меня он по-прежнему худший из мужчин.
А ещё он хам! Заносчивый, легкомысленный, ну и дальше по списку. Не будь моя ситуация критической, я бы к нему ни за что не обратилось. Я бы в лепёшку расшиблась, чтобы найти другой вариант.
Прямо сейчас мне страсть как хотелось объяснить свою позицию, чтобы никаких иллюзий не оставалось, но это были нервы. Сказать подобное я, разумеется, не могла. Поэтому проглотила злость и, как попало, не задумываясь, стала отвечать на вопросы.
Затем предложила горничной перейти в спальню и начала задавать уже свои.
Понятно, что вопросы звучали странно, но мы, маги, все немного с приветом – это аксиома. Для начала меня интересовало следующее:
– Почему замок в таком ужасном состоянии?
Служанка выпучила глаза.
Она ненадолго замялась, ведь очевидно, что просвещать новую хозяйку по таким вопросам обязан герцог, но тем не менее.
– Золото, ваша светлость. Рабочие руки, материалы…
– А что не так с золотом? – сразу зацепилась я.
Женщина, которую звали Дарой, смущённо потупилась.
– У герцога много золота, наши земли очень богаты, но золотоносные рудники… Понимаете, их много, но все они связаны подземными коридорами, и там обосновались гартхи.
– Гартхи? – переспросила я.
Служанка кивнула и принялась объяснять:
– Твари, ваша светлость. Пришли к нам из Мёртвой пустоши. Люди брешут, что они когда-то были волками, а потом, под действием тёмной магии, ну и всего прочего, то ли мурцыровали, то ли мужировали. Как там правильно?
– Мутировали, – подсказала я.
Женщина кивнула, а я нахмурилась.
В академии мы изучали флору и фауну Мёртвой пустоши, и кто такие гартхи я, разумеется, знала. Только что делать гартхам на не тронутой тёмной магией территории? У этих тварей весьма специфический рацион.
– Чем они здесь питаются?
– Да ничем, – последовал ответ. – Охотиться они ходят туда, – женщина мотнула головой, видимо в сторону Пустоши. – У нас только живут. Прямо в рудниках. И, понятное дело, никого в те рудники не пускают. Рвут людей сразу, на месте. Добывать золото, даже если бы для себя, а не для герцога, никто не пойдёт.
  
Я вообразила эту картину и не обрадовалась, а Дара добавила:
– Но теперь-то всё изменится. Его светлость вернулся, а он сильный маг, он-то рудники и расчистит.
При всём уважении к магическим способностям Морвеля, я посмотрела скептично.
– И как давно эта ситуация длится?
– Ну, лет сто пятьдесят.
М-да…
Срок непростительно большой, особенно если речь об экономике и добыче.
– Если вопрос только в силе, то почему не пригласили других магов?
– Приглашали. Не помогло.
Она вздохнула и добавила:
– Приходили отряды. Разные. Один раз даже вытравили всех до единого, но гартхи вернулись.
Я всё равно не поняла.
– А ещё магов? А выставить постоянную охрану?
– Выставляли. Но мы же… Ваша светлость, мы ведь, считай, отрезаны от мира, жить у нас сложно. Те же наёмники – как им добираться? Как пересылать деньги семьям? Как видеться с родными? Разве что здесь, прямо в Нортейме, и жить.
М-да.
– Порталы не работают, – продолжала служанка. – Они не работают уже три века, а пешком добираться долго и не всегда возможно. Там горы, – в этот раз она махнула рукой в другую сторону, – сильные искажения магического поля, скопления силовых импульсов, да ещё реки, перевалы. Дороги постоянно смывает, не успеваем восстанавливать. Вот наёмники и не хотят, а своих магов у нас мало. Да и сражаться с гартхами готовы не все.
Отлично. Таких подробностей я не знала, зато теперь в курсе.
Я даже открыла рот, чтобы напомнить про ещё один вид транспорта, но нет.
Перелёты на драгсах – удовольствие слишком затратное. Эти огромные монстры, дальние сородичи драконов, способны преодолевать любые расстояния, переносить огромные грузы, но очень плохо реагируют на искажения магического поля. Погонщика, который готов повести драгса к скоплению силовых импульсов и вовсе не найти.
– Ну, ладно. Допустим, – буркнула я. И, не выдержав, передразнила Грея: – Допустим, что так «исторически сложилось». Есть золотые рудники, но с золотом всё печально. А что с «рабочими руками» и «материалами»?
Тут на меня вывалили целый ворох поразивших воображение вещей.
Оказалось, что богатейшее, по сути, герцогство, находится в ловушке. Сломанный портал был благом для одной отчаянной беглянки, но трагедией для этих земель. Триста лет назад, когда у расположенного в трудных ландшафтах Нортейма, было стабильное сообщение с «большой землёй», герцогство процветало. А потом торговля умерла.
Вслед за торговлей начало умирать абсолютно всё. Например золото – толку от него, если его нельзя обменять на необходимые товары? Сейчас Нортейм находится на самообеспечении, но добывают и производят тут далеко не всё. О современных технологиях, о какой-то модернизации и речи не идёт.
Высокоуровневые специалисты, да и просто люди с хорошими талантами, сюда не стремятся.
Зачем? С какой стати им тащиться бес поймёт куда, да ещё и на границу с опаснейшей Мёртвой землёй?
Нортейм, что называется, «варится сам в себе». Ещё не дичает, не бунтует, но уже близок к этому. Прямо сейчас большие надежды возлагались на обоз, который, по словам герцога, уже выехал. Только прибудут эти масла-семена-специи-книги и всё остальное месяца этак через полтора.
– Какой ужас, – не удержалась от комментария я.
Служанка всплеснула руками, испугавшись что расстроила, и попыталась исправиться:
– Ваша светлость! Зато почта работает сносно!
Тут я скривилась ещё больше. Про почту я знала – камень на моей почтовой шкатулке активно мигал. Это указывало на то, что шкатулка переполнена, и причина, по которой мне прислали слишком много писем, была ясна.
И это ещё газета не вышла! А что будет завтра? Может мне «случайно» сломать шкатулку, и пропади оно всё пропадом?