Кодекс дуэлянта. Книга 3 (СИ)

Славия, Дарья, Агнета и Лисенок отразили атаку так ловко и жестко, что я даже не успел им помочь.
Остальные бойцы, поняв ошибку своих сослуживцев, принялись поднимать автоматы. И тут уже мы рванули вперед, понимая, что у нас есть только один шанс не дать им схватить оружие.
Мы принялись биться с неистовой яростью, защищая себя и свой дом. Мы стояли в одном кругу, сражаясь спина к спине, и каждый удар наш был пропитан отчаянием и ожесточением.
Ставки были высоки. Это понимал каждый из нас. И потому использовал максимальные свои возможности. В том числе и те, которых боялся сам.
Я глянул на Дарью и с удивлением обнаружил, что она начала свое преобразование. Нечто дикое пробуждалось сейчас в ней. Спящий в ней оборотень просыпался.
Треск костей услышал даже я. Дарья издала протяжный низкий рык. Противники, те что стояли рядом, отшатнулись, увидев, как она превращается в монстра, как её глаза горят красным огнем.
Дарья бросилась в атаку, её тело было быстрым и гибким, как у дикого зверя. Она принялась сражаться уже не как человек, а как хищник, охотящийся на свою жертву.
Её когти начали рассекать доспехи врагов, её укусы были смертельны. Она чувствовала вкус крови на своих губах, и это не отталкивало её, а скорее заводило еще больше.
Враги отступали перед её неудержимым натиском. Они не могли понять, что происходит, они не могли поверить в то, что перед ними стоит не человек, а дикий зверь.
Дарья стала бурей на поле битвы. Она разрывала врагов на части, она сражалась с бешенством и яростью, которую не могла остановить никакая сила.
Удалось в кураже оттеснить врага и изрядно его проредить. Но потом противник начал напирать.
Они были многочисленны, а их атаки — упорными.
Я метал огненные шары и черные молнии, используя внутренние ресурсы. Потом попробовал использовать силу Моррагана — действует ли она тут, в этом мире?
В некий момент я почувствовал внутренний взрыв, и моя сила вдруг увеличилась в несколько раз. Я ощутил, как нечто невидимое течет по моим жилам, давая мне новую жизнь, новую силу. Это было нечто похожее на то, что я испытал в мире теней, но в этом мире силы были еще сильнее.
Работает!
В следующую секунду я взвился в воздух, мои кулаки сверкали огнем. Я ударил врагов, и они отлетели назад, как тряпичные куклы. Я чувствовал себя не человеком, а какой-то неудержимой силой природы.
Мои спутницы тоже ощутили прилив силы — я поделился частью силы и с ними. Их удары стали сильнее, движения быстрее. Мы сражались как один, и враги не могли нам противостоять.
Однако много сил уходило на то, чтобы создать защиту. Противник стрелять плотным огнем и защита требовала неимоверной концентрации.
«Нет, долго у нас так не получится сдерживать противника!», — подумал я.
Если бы не Валеев, то мы бы уже давно всех разбили. Но он призвал всех своих людей из рода, отправив их на верную бойню. И теперь эти отчаянные головорезы лезли вперед, подначивая остальных солдат.
— Я пойду туда! — произнесла Лисенок, пытаясь рвануть в лобовую атаку в самый сложный участок.
— Нет! — крикнул я, понимая, что это верная гибель.
Нужно держать ряд! Иначе сомнут!
Враг подступал. Все ближе и ближе. План, конечно, был хорошо — все-таки искариот и Инкариот мертвы, — но противник слишком многочисленный. Нам нужна поддержка, иначе…
— Шпагин! Держись! Я иду! Иду!
Протяжный крик привлек не только мое внимание.
— Теодор⁈ — удивленно воскликнул я, увидев знакомую фигуру.
Это был тот самый учены из фермы, Теодор, который выдрессировал для меня химер. Но ведь его взяли в кольцо на этой самой ферме? Как он…
— Я прорвался! — словно прочитав мои мысли, крикнул он. — И иду на помощь!
Вместе с ним на поле боя рвали химеры. Теодор взял всех, кто только был.
Земля задрожала, и на площадку выскочили химеры. Теодор, наш старый друг и неутомимый воитель, вёл их в атаку!
Химеры, с их огромными клыками и когтями, прорвали линию вражеских воинов как нож через масло. Их атака была быстрой и свирепой, они рассекали врагов на части, не давая им опомниться.
 
Подобно урагану, срывая с земли листву и разбрасывая пыль, они рвали и уничтожали.
Атака оказалась успешной. Монстры разбили вражеские войска на две части, оттеснив одну далеко назад, давая нам возможность перевести дыхание. Мы со Славией не упустили шанс — бросились в атаку, используя свою новую силу, и скоро линия вражеских воинов пошатнулась.
— В хвост тебя и в гриву! — раздался за спиной знакомый голос. — Тут такая драка идет, а клехов никто не зовет⁈
— Босх! — воскликнул я, оглянувшись.
— Конечно, а кто еще?
— Ты же ведь отравился? И твои бойцы…
— Да, зефир и в самом деле оказался не свежим. Но ничего, поблевали малеха, травы поели кое-какой, лечебной у тебя на заднем дворе. И вот, снова в строю. А у тебя, как я погляжу, битва настоящая идет?
Клех кивнул на подступающего противника.
Я кивнул.
— Мы не можем пропустить такой веселухи, в хвост ее и в гриву!
С этими словами они рванули плотным кольцом в самый эпицентр боя. Послышались крепкие удары, хруст ломаемых челюстей и довольное фырканье клехов — те любили помахать кулаками. Можно было только посочувствовать противнику, ведь клехи с легкостью могли обезвреживать химер. А человека и вовсе противником не считали, не смотря на свой низкий рост.
Босх и его отряд взяли на себя одну из частей противника. А вот вторую…
— Александр! — со стороны западной части поместья к нам спешил Кривощекин и его бойцы.
В его руках были огромные голубые шары с молниями, которые он тут же и принялся метать во врага, приговаривая:
— Думали меня одурманить? Думали мороки наслать? Нет! Кривощекин не такой! Кривощекин своих не бросает!
Арахниды взяли на себя вторую часть противника. Исход битвы был предрешен.
— Взять их! Не дать прорваться! — истошно заверещал Валеев, пытаясь остановить Кривощекина.
Но было поздно.
Арахниды прорвали кольцо и просто добивали противника. Некоторые из инсекторов побросали оружие и просто уносили ноги, желая только одно — спастись. Точные удары молниями Кривощекина не оставляли им такого шанса. Вскоре битва была закончена. Подмога в виде Теодора и его химер, Кривощекина с арахнидами и клехов перевесила чашу весов этого сражения. Инсекторы были разбиты.
Я подошел к Борису. Глянул на остатки гусеницы. Потом создал огненный конструкт и минут десять выжигал ошметки, пока от них не остался один прах. На всякий случай.
Ко мне подошла Славия. Ее больше интересовали осколки аркана.
— Он умер? — спросила она, кивая на кусочки карты.
— Умер, — ответил я, проверяя некротические эманации.
Их не было. Славия собрала аркан в горсть, спрятала.
— Чтобы никто не смог восстановить эту мерзость по его частичке, — пояснила она на мой вопросительный взгляд.
Девушка посмотрела на меня и произнесла:
— Спасибо тебе! Ты спас наш мир от Искариота. Слово свое сдержал.
Я кивнул.
К нам подошли Кривощекин и Теодор и, перебивая друг друга, принялись рассказывать о том, что с ними произошло. Тодор поведал о том, что на ферму заявился какой-то странный тип со своими солдатами и окружил ее, не давая выйти. Любые попытки прорвать оборону приводили к тому, что шла плотная стрельба.
— Тогда я применил хитрость! — улыбнулся Теодор. — Отвлекающий маневр! Вырядил одну из химер, ту, что умела ходить на задних лапах, в свой белый халат, накинул еще для надежности магический морок и вывел через главный выход. Солдаты, естественно, клюнули, принялись палить. А я в это время через черный вход… Да всей толпой!
Он кивнул на химер, которые теперь словно домашние псы уселись в ногах ученого.
— Александр, — начал Кривощекин. — Ты уж меня прости. Они и со мной такую штуку провернули, что никому не пожелаешь. Представляешь, через какой-то особый магический амулет воздействовать начали. Да такой плотный фон навели, что я чуть с ума не сошел! Перед глазами какие-то призраки, скелеты, нечисть! И все так реально! А я как трус…