Она - только способ... (СИ)

- Мне там нечего делать, Валер. Я ангиной только переболел и давление скакануло под двести. Могу сбросить тебе фото на телефон, в каком я сейчас состоянии нахожусь…
Оглядела свою одежду, покрытую слоем сажи и пропахшую гарью, и устало ответила:
- Не надо, увидимся.
Сбросив вызов, снова смотрю в сторону дымящего здания. Огня больше не было видно, но пожарные все равно поливали весь первый этаж водой.
Облокотившись на машину Смирнова, ищу парня глазами и это у меня выходит, пусть и не сразу. Опустившаяся на город темнота, да и собравшийся на пожар народ, мешали хорошему обзору. Если бы не было фонарей, вряд ли смогла бы хоть что-то рассмотреть. Свет от фонарей помогал мне скрытно наблюдать за Смирновым.
Савелий действительно очень мне помог. Он взял на себя роль представителя нашего предприятия и вместе с начальником цеха занимался всеми актуальными вопросами. Меня он посадил в машину и нагло приказал не выходить из салона. Я безусловно ослушалась его, но только в том, что вышла из машины и стала наблюдать за происходящим с улицы.
Не лезла никуда и не вмешивалась ни во что. Не спрашивала, не говорила, не поясняла, не объясняла – стояла у машины Смирнова и горевала.
Потерю офиса сочла страшной утратой, которую мне ещё следовало переварить и пережить. В голове было множество вопросов без ответов, но вытаскивать их на уровень осознанного осмысления, не спешила. Сегодня просто буду тихо горевать, а вот завтра… Завтра нужно будет собраться и работать.
Когда пожарные стали сворачивать шланги, народ начал расходиться. Через несколько минут на площади осталось не больше десятка людей и всего лишь одна пожарная машина. Нащупав в кармане телефон, несколько раз моргаю, потому что не сразу могу поверить, что часы показывают почти час ночи. Четыре часа тушили пожар, а я - то думала, что прошло не больше часа…
- Поехали, - неожиданно рядом со мной раздается голос Смирнова, - двое мужиков останутся здесь дежурить до утра. В шесть утра приедут специалисты, чтобы расследовать причины пожара.
В темноте пытаюсь разглядеть лицо Смирнова, но ничего не выходит. Свет от фонарей освещает только его спину, а лицо оказывается в тени.
- Ясно, - тихо отзываюсь и сразу же добавляю, - езжай один, я такси сейчас вызову…
- Не выдумывай, - отвечает Сава, - сам тебя отвезу. Тем более, что моему лбу требуется обработка: ранки горят.
Опустив глаза, сцепляю пальцы в замок и пытаюсь придумать повод отказаться. Голова соображает плохо, поэтому приходится говорить то, что первое приходит на ум.
- Устала, да и ты вымотался… Спасибо тебе, но…
- Много говоришь, - беззлобно усмехается Смирнов и открывает предо мной дверь автомобиля, - садитесь, уважаемый директор. Довезу вас в целости и сохранности.
Парень слегка толкает меня в салон автомобиля, уступаю ему.
Сегодня я слишком много себе позволяю. Скорее всего, завтра мои слабости аукнутся мне, но здесь и сейчас, сдаюсь и подчиняюсь Савелию. С небольшой рефлексией подчиняюсь, но всё же…
Несколько минут мы едем молча. Тушуюсь и сильно смущаюсь, да и Смирнов не торопится начать разговор. Непрерывно смотрю в боковое окно и пытаясь представить, что меня сейчас везет домой не Савелий, а личный водитель. Но как бы не пыталась - ничего не выходит, даже через запах гари, чувствую аромат Смирнова. Как оказалось, у парня есть свой запах, на который я сейчас слишком остро реагирую. Возможно, стресс обострил мои рецепторы?
- Ваши ребята рассказали, что внутри и вокруг офиса стоят камеры, - резко нарушает тишину Сава, отчего вздрагиваю и разворачиваюсь к мужчине.
- Да.
- Даже если камеры пострадали, их запись можно посмотреть.
- Зачем?
- Офис могли поджечь, - отвечает Смирнов и сворачивает на парковку ночного магазина.
Когда он паркует машину, тихо уточняю.
- С чего ты это взял? Могло произойти замыкание. Вряд ли кто-то…
- Просто предположил. В любом случае записи нужно просмотреть. У меня у брата есть друг – Костя. Все его Байтом зовут. Он шарит во всяких таких делах… Если будет нужно, попрошу его приехать и Байт точно разберется во всём.
 
Моргаю и снова поражаюсь его прыткости.
- Мы справимся сами, - строго говорю и отворачиваюсь.
- Как хочешь, - вздохнув, бормочет Сава, - тебе в магазине что-то нужно купить?
- Нет.
- Значит зря парковался. Думал тебе в магазин надо.
- Я заметила, что ты слишком много думаешь за других, - цежу, и вдруг чувствую, как Савелий берет меня за предплечья и разворачивает.
- А ты слишком много говоришь, Лера, - отвечает парень и притягивает меня к себе, - придётся твоему языку расплатиться за это.
- Что? – недоумённо спрашиваю, поражаясь несуразности его высказывания, и в этот момент губы Смирнова накрывают мои.
  
Глава 14
 
Пробую… Смакую… Наслаждаюсь… Невозможно обработать головой все те ощущения, которые запустил по телу его поцелуй. Голова не работает, зато душа, практически впервые в жизни, остаётся за главную - она словно впитывает в себя каждую секунду кайфа, каждый оттенок ласки…
Теперь я точно знаю, что сказки о том, как принц расколдовал принцессу единственным поцелуем, нисколько не преувеличены. Это реальность. Мне хватило одного поцелуя, чтобы я растаяла, даже более того… вошла во вкус.
Смирнов предельно медленно вёл наш поцелуй, при этом он очень осторожно ласкал меня. Парень словно пробовал губы на вкус и не более, а я… Я же напротив, с каждой секундой хотела большего напора, скорости, глубины. Совсем не умела целоваться, не умела дарить наслаждение в ответ, но так хотела бОльшего… Если грубо – хотела сожрать его губы, оценить их вкус на сто процентов… Осмелев, касаюсь его губ кончиком языка и вздрагиваю от вспышки новых ощущений… Вкусно.
И вдруг, Савелий отстраняется. По инерции, словно чумная, тянусь за его губами, но тут же ударяюсь носом о подбородок Смирнова. Удар сразу же отрезвляет меня, и я резко отшатываюсь.
Отвернувшись к окну, откидываю голову на спинку кресла и мысленно даю себе несколько оплеух. Снова повела себя, как слабая дура. Мало того, что с удовольствием приняла поцелуй Смирнова, так ещё захотела продолжения и нагло потянулась к нему сама. Дура. Дура!
- Лер, - тихо зовёт меня Смирнов, на что молчу и кусаю губы настолько сильно, что на языке вспыхивает металлический привкус, - всё нормально?
Его вопрос становится своеобразным сигналом к действию. Подскакиваю и хватаюсь за ручку двери, чтобы выскочить из машины.
Не хочу говорить, не хочу ничего обсуждать. Сейчас я слишком слабая и могу показать те чувства, что привыкла прятать от чужих глаз.
- Не убегай, - цепляет мой локоть Савелий и снова тянет к себе, - всё время приходится тебя останавливать. Ты случайно в старших классах в школе спринтом не занималась?
Смирнов так легко и весело говорит, что не выдерживаю и шиплю в ответ.
- В старших классах я пыталась не сдохнуть после смерти матери и лечилась от порока сердца, который грозил отправить меня следом за ней.
Говорю и пугаюсь собственному откровению. По тому, как резко меняется лицо Савелия понимаю, что он почувствовал нотки боли в моём голосе. Парень смотрит внимательно, и я вижу, как его взгляд наполняется жалостью.
Я готова натянуть на лицо сотню масок, чтобы не чувствовать такой его взгляд. Шум в ушах усиливается, а язык начинает гореть от неосторожно брошенных слов.
- Лер, послушай.., - растягивая слова, начинает парень, но я его перебиваю,
- Лучше ты меня послушай, Смирнов. Мне не нужна твоя помощь и тем более жалость. Я… я… сама со всем справлюсь. Всегда справлялась и теперь тоже смогу…
Дыхание сбивается и горло сковывают спазмы слёз.
«Я не должна» – кричит поверженное сознание, до последнего цепляясь за улетающее самообладание. Но похоже, что сегодня я совсем не способна к самоконтролю.