Обыкновенный говорящий кот Мяун и его семья

– Мяушенька, ты сам должен с этим справиться. Ну не запирать же мне от тебя еду! – Аня решила, что с разумным котом и говорить нужно разумно. – И вот ещё что… Ты ведь раньше двигался много. Сейчас в парке снег, чисто всё, морозец. Может быть, ты будешь с нами выходить гулять?
– Олег как раз жаловался, что ему нагрузок не хватает. Вот и будет ему нагрузочка! Почти пуд говорящего кота принести-унести! – думала она, глядя на размышляющего Мяуна.
– С одной стороны… Выходить на снег, на холод, морозец этот опять же… Для приличного кота – жуть! Я предпочитаю снег наблюдать по эту сторону окна. Лапки мёрзнут, уши тоже… А с другой… Закрытый холодильник это же вообще ночной кошмар! Если уж выбирать из двух зол, то лучше прогулки!
– И чур, сосиски не красть! Ты же явно не собирался есть их все? Это тебя стресс подтолкнул.
– Да! Я того… Не собирался! – покривил душой Мяун, который как раз очень даже и планировал слопать всю упаковку. Но, вовремя сообразив, что выглядит это как-то некрасиво, ушёл в отрицание очевидного. – Они сами елись и елись. Точно! Стресс под лапку подталкивал!
– Вот именно! Поэтому если тебе чего-то такого хочется, ты мне скажи, я тебя угощу. Ладно? А то это мы только вредим твоему здоровью, бодрости, чувству юмора и активности!
Мяун повздыхал о второй упаковке сосисок, которая осталась в холодильнике совершенно неохваченная котиковским энтузиазмом! – Жаль… Жаль, что мой стресс не подтолкнул меня ещё немножечко! Наверное, во мне хватило бы места ещё для одной упаковки! Что там есть-то? Всё ничего для приличного кота, – вздыхал Мяун, с трудом удерживаясь на подоконнике по причине сползающего оттуда правого бока. – И чего они такие узкие стали, подоконники эти… Или это я стал широким? Ээээх, ладно, худеть так худеть!
Олег приехал через два дня. Ехал и наивно думал, что вот сейчас отдохнёт! И командировка, и поездка были не из простых, но вот уже почти доехал и дома всё спокойно и хорошо. Пятница опять же…
– А что это вы тут делаете? – он никак не ожидал, открыв дверь, получить летящий прямо в него увесистый и верещащий бульдожий снаряд. – Плюха, да что с тобой?
– Она! Она… Она ела мой обед!!! То есть ужин!
– Ты же сам ей сказал, что обед ешь сам, а ужин отдаёшь врагу! А перед этим объявил, что любого, кто принюхивается к твоей еде, ты будешь считать врагом! Чего же ты ждал? – хохотала Аня. – Олежек, ты не думай, мы не сошли с ума, это просто Мяун борется со стрессом.
– А зачем меня этим стрессом прямо с дороги и без подготовки атаковать? – уточнил Олег, силой затягивая Плюшку домой. – Пошли, пошли, ну не слопает же он тебя… Плюш, да ты что? Куда ты?
Булька так активно полезла на руки хозяина, что ему пришлось бросить сумку и хватать бульдожку.
– Ты зря так опрометчиво раздаёшь обещания! – шёпотом сказала ему Аня, подошедшая обнять и поцеловать мужа. – Мяун принялся худеть, и булька теперь спит у нас под кроватью, потому что опасается, что кот её может принять за еду. По крайней мере, так перевела Васька. И я склонна ей верить. Мяун страшно голодный и весьма не в настроении!
– Ну? И когда мы идём? – Мяун стоял в дверном проёме и мрачно разглядывал Олега.
– Куда? – опешил Олег, который точно помнил, что только приехал и вообще-то собирался отдохнуть.
– Как куда? Меня худеть! То есть меня гулять! То есть, тьфу! Мне моцион нужен, потому что с этим антистрессовым рационом я лапы скорее протяну!
 
Глава 2. Достойная прогулка
 
Мяун восседал перед зеркалом и с выражением говорил, обращаясь к воображаемому собеседнику:
– А я ей скажу, что приличным котикам такого количества еды мало! Недостаточно вовсе даже!
– А она тебе скажет, что более чем, – подала голос удобно устроившаяся в кресле Васька.
– Тогда я поясню ей, что оперные певцы много едят, потому что энергии много тратят, а говорить – это почти что петь!
– Она тебе возразит, что, когда ты будешь петь как оперный певец, тогда она, может быть, и вернётся к обсуждению этой темы.
 
– Вась! – в конце концов возмутился проголодавшийся Мяун. – Ты вообще за кого?
– Я? Я за всё хорошее против всего плохого! Я хочу нормально родить этого котёнка и ещё завести! И вырастить их с тобой! А ты? Ты предпочитаешь еду нам всем?
– Ээээ… – Мяун глубоко задумался. Еду он любил, ценил и уважал. Ваську тоже… Но к Ваське прилагался ещё и детёныш! А это перевешивало даже креветки. – Да… Что-то я увлёкся немножко… Самую малость! А всё почему?
– Ну, и почему же? – Василина отлично знала, что Мяун практически никогда не признаёт своих ошибок, но ей было любопытно, кого он на этот раз сделает виноватым.
– Потому что я всего достиг. Вот почему! Я нашёл Аню, Олега для Ани, спас Дика, прогнал ту гангрену, которая собиралась убить Дика и сесть на шею Олегу. Я нашёл тебя… – Мяун продолжал бы ещё долго, но его остановила вредная Васька.
– Меня нашёл не ты вовсе даже. И все твои заслуги я знаю наизусть! Ты это всё к чему?
– К тому, что мне надо расширять горизонты! Увеличивать охват окружающих своим талантом.
– Узнают посторонние, сдадут на опыты, – хмуро заявила Васька.
– Кто? Кто меня сдаст?
– Как кто? Люди, разумеется, которых ты дополнительно охватывать собрался.
– А я вовсе и не про людей говорю! Мне людей и наших личных хватает. Стайных и пристайных, как Плюшка выражается.
– А про кого ты тогда?
– Про животных!
– Ээээ, и откуда же ты возьмёшь новых животных? Крыс, что ли, позовёшь, для пущего охвата?
– Вась, слыхал я, что беременные женщины начинают мыслить узко. Недостаточно масштабно! Не знаю, правда ли это про женщин, но про кошек похоже на истину! Я же сегодня иду на прогулку в парк. С Олегом, Плюшкой и Диком, там собак и кошек незнакомых… Море!
– Ты тоже беременный? – с презрением уточнила Василина. – Что ж ты глупости-то такие говоришь? Какие в такую погоду кошки на улице в парке? А к собакам я тебе лезть сильно не советую. Не все такие дружелюбные как Дик.
– Замолкни, кошка! Я сам разберусь! – Мяун выпрямился, горделиво приосанился и постыдно поскользнувшись, едва не рухнул на пол. Хмуро глянул на Ваську. Она сидела с каменным выражением мордочки, только чуть заметно подрагивали кончики усов. Наверняка из-за сквозняка.
– Да! Я разберусь и сам всё решу! – Мяун аккуратно спрыгнул на пол, отчего в кухне панически звякнули слишком близко друг к другу стоящие чашки.
– И он похромал навстречу закату, – пробормотала Васька, так, чтобы кот не услышал и не оскорбился ещё больше.
Вечером, натянув на бульку тёплый комбинезон и оценив трагичное выражение лица Олега, примеряющегося, как именно он будет тащить Мяуна и вести двух собак на прогулку, Аня решила любимого мужа один на один с проблемой не оставлять.
– Секунду, я сейчас оденусь и с вами пойду!
Мяун просочился за ней в комнату и шёпотом уточнил:
– Ты ему не доверяешь? Да? Правильно, вон и Плюшку потерял! А вдруг меня потеряет?
Аня с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться и серьёзно ответила котику:
– Мяушенька, я мужу доверяю как себе, но ведь неудобно будет и тебя нести и поводки держать. А ну как Плюшка рванёт вперёд? – такого не было ни разу, потому что булька отлично знала правила прогулки и неукоснительно их исполняла, но Мяун-то об этом не знал.
– Да, ты права! Чем больше сопровождающих, тем спокойнее. В конце концов, я нуждаюсь в безопасности и комфорте.
– Да-да, конечно! – пробормотала Аня, изо всех сил сохраняя серьёзное выражение лица.
На улицу вышли вместе. Мяун висел на руках Олега, а Аня вела Плюшку и Дика.
– Дорогая, как ты думаешь, это сопоставимо с силовой тренировкой? – опрометчиво уточнил Олег и тут же обнаружил в непосредственной близости от себя весьма разгневанного Мяуна.
– Как тебе не совестно? Я что, по-твоему, гиря? Штанга?
– Нет, ты – счастье! А счастья должно быть много! – Аня улыбнулась сердитому коту.