Внушению не подлежит (СИ)

– Сейчас прикреплю к тебе снаряжение, и ты лезешь наверх первой.
– Как это первой? Почему я?!
– Потому что я буду тебя страховать, – и, произнося это, Хант напялил на меня комплект снаряжения и закрепил ремни, проверяя застёжки на прочность.
А дальше я с широко раскрытыми глазами смотрела на мужчину и слушала его инструктаж. Вот только слушала я его в одно ухо, потому как из другого вся эта информация вылетала, даже не задерживаясь.
  
– Ты меня поняла?
– Ага, – произнесла я и вдруг очнулась, невинно похлопывая ресницами.
Мужчина тихо прорычал что-то нечленораздельное, надел второй комплект снаряжения уже на себя, рюкзак закинул за плечи, а после подтолкнул меня ближе к дереву. Закрепил своё снаряжение к той длинной верёвке, а вот моё… Моё Хант прикрепил непосредственно к своему, да так, что мы оказались лицом к лицу, а точнее я своим лицом упёрлась в его грудь. Это ж надо быть таким высоким?!
– Придётся лезть в тандеме. Ты сколько весишь, кроха? - произнёс мужчина и хмыкнул.
И хотела я, было, уже возмутиться на его «кроху», вот только когда мои ноги внезапно оторвались от земли, я что-то передумала это делать. Потому как и руки, и ноги, под воздействием инстинкта самосохранения, неосознанно схватились за первое, что оказалось рядом – за Ханта. И наглым образом 
я повисла на мужчине вторым рюкзаком, только спереди.
Хант же в это время проворно поднимал нас всё выше и выше, используя обеими руками какие-то специальные зажимы, пристёгнутые к верёвке. И когда я попыталась посмотреть вниз, то сразу же вернула лицо в исходное положение – прижала его сильнее к груди мужчины. До верха было еще далеко, в то время как вниз падать было страшно. Разбиться в джунглях Эриостры в мои жизненные планы никак не входило.
– Расслабься, Лана, - прошептал мне мужчина, куда-то в макушку. - Закрой глаза. Подъём до места ночёвки идёт по плану. Зато как красиво будет сверху. Тебе понравится. Ещё немного, и я подниму нас до места назначения.
От его уверенного тихого голоса я, и правда, расслабилась. Закрыла глаза и уютнее прижалась лицом к крепкой мужской груди. И вот теперь до меня отчётливо донёсся хвойный аромат, и я вдруг поняла, что за всё время моего пребывания на Эриостре, мне ещё ни разу не встретилось ни одного хвойного дерева. Это на моей родной планете произрастают хвойные леса из пихт, сосен и елей. Но здесь же, среди всевозможной лиственной растительности, откуда было взяться этому аромату? Ответ напрашивался один – этот аромат исходил исключительно от мужчины, и даже сливаясь с примесью других запахов, он всё равно ощущался более отчётливым и главным. А для меня этот запах незримо подчёркивал мою связь с домом, давая понять, что рядом родное.
– Надо же… – пошептала я, пытаясь понять, как моё сознание могло прировнять этого здоровенного эриострийца к «родному»?
– Что такое? – произнёс мужчина, а я покачала головой, давая понять, что мои слова вообще ничего не значили. Не стану же я признаваться ему в том, что только что осенило меня саму.
Но тут я вдруг поняла, что Хант больше не движется ввысь, да и вообще мы зависли под веткой, на которой держалась верёвка.
– Мы уже добрались?
– Не совсем, Лана. «Добрались» будет, когда мы окажемся не под веткой, а непосредственно на ней.
– И как мы на ней окажемся?
– А вот здесь мне понадобится твоя помощь. Ты же мне поможешь, Лана?
– Д-да, наверное.
– Тогда я сейчас отсоединю карабины твоего снаряжения от моего и поддержу тебя, а ты лезь на ветку.
– Нет.
– Лана, это не страшно, тем более страховочный трос отцеплять от твоего снаряжения я не собираюсь. Мы бы могли и вот так ночь провести, но поверь мне, забравшись в кокон веток, будет куда удобнее для нас обоих.
– Мне страшно.
– Εщё раз повторю, ничего страшного в этом нет. Давай, соберись, сейчас ты окажешься наверху. Вот, видишь, я тебя уже открепляю от своего снаряжения. А теперь отцепляй от меня свои руки и хватайся ими за ветку, – мне пришлось делать так, как он мне говорил. Голос Ханта, и правда, поддерживал и успокаивал, вместе с тёплыми широкими ладонями, которые удерживали меня за талию. - Умничка. Теперь спусти с меня свои красивые стройные ножки и подтягивайся, забирайся на ветку. А я тебе в этом помогу.
– Я всё равно боюсь, – высказала я мужчине, вцепившись мёртвой хваткой в толстую ветку руками, при этом, никак не желая отпускать ногами Ханта.
– Не бойся, - ласково произнёс он, а сам в это время с лёгкостью отцепил от себя мои ноги и, подталкивая за бёдра, мужчина подпихивал меня всё выше к ветке. - Ты главное вниз не смотри…
Ой, зря он это сказал. Я после его слов именно вот это и сделала. А там такая высотища! Хаос Первородный! Что кругом голова пошла, и, кажется, искорки перед глазами замерцали. А дальше… Дальше моё шокированное сознание, помахав хозяйке ручкой, скатило меня в обморок.
Прихожу в сознание я от резкого толчка и ноющего при этом бока, оказываясь в центре какого-то гнезда. Но когда присмотрелась, то им оказалось интересное переплетение веток этого необычного дерева. И вместе с моим «приземлением» раздаётся нечленораздельная речь на эриострийском, и появляется перед моим взглядом сначала голова, а затем и туловище мужчины. И вот когда он забирается ко мне весь, то выдаёт на общегалактическом:
– Я же ясным языком сказал тебе, вниз не смотри! Что из этого было непонятным? Домой доберёмся, и ни на одно дерево ты у меня больше не полезешь. Никогда! Даже если умолять меня станешь – не пущу! Слышишь?! – мужчина тяжело дышал и сверлил меня непонятным взглядом, а зрачки его то расширялись, то сжимались в звёздочки.
– Слышу, – просипела я, заворожённо смотря на их пульсацию. - Да я, собственно, и не хотела на него лезть.
– Вот и славно, - голос мужчины заметно успокоился. – Напугала же ты меня. Ты что, ещё и высоты боишься?
– Не знаю, когда летала на флаерах, страшно не было, – сказала я и сдвинула в сторону широкий зелёный лист дерева, который норовил мне прикрыть один глаз.
– Ладно, хорошо. Будем считать,что ты и высота, понятия не совместимые. Может, Лана, у тебя ещё, какие страхи имеются? Ты лучше сразу скажи. Мне всё спокойнее будет для тебя безопасность организовывать.
– А какие у меня могут быть ещё страхи? - и снова я отодвигаю от верхней части своего лица, уже начинающий раздражать, зелёный лист, а сама при этом думаю, самый мой большой страх сейчас, это твоё «депортирую», от того, что полетит тогда вся моя жизнь в бездну.
  
– Например, темноты или скажем… – мужчина на миг задумался, а взгляд его ненадолго метнулся вверх на тот самый лист, который я снова отпихнула от себя, посмотрев за этим действием, мужчина вновь вернул внимательный взгляд к моим глазам. - Скажи, как ты относишься к листотелам, Лана?