"Больная. Любовный роман" (СИ)

Настя не выходила у него из головы, представая в разных образах. Решение пришло слишком быстро, и за один вечер Сергей написал одну из двух записок, где, якобы, ее мать попала в больницу с сердечным приступом. 
Анастасия Михайловна работала там же. Сергею не составило никакого труда подговорить ее пойти на этот шаг. Дуреха молодая, видно сразу. Любит деньги и повыпендриваться. Правда, сначала пошла на отказ, понимая, на что ее подбивают, а потом, все же, согласилась. 
– Настя с каждым днем чувствует себя все хуже, жалуется на боли в низу живота, и плюс выглядит очень убитой. Ты бы хоть в курсе дела меня держал. Что на этот раз тебе пришло в голову? – позвонила позже Людмила. 
– Ничего. Ты же хотела продолжения истории с матерью, я ее устроил. Чего теперь-то удивляешься? 
– Да-а… – фыркнула Людмила. – Я уже давно ничему не удивляюсь. Плохо, что ты пошел по головам, а не решил проблему более цивилизованным путем. 
– Каким-каким путем? Цивилизованным?! Прости, это значит, я должен зализывать раны как побитая собака? 
– То есть, она от тебя ушла, и ты решил таким методом ее добиться? Ну мужики. У вас с каждым днем все хлеще и хлеще. 
– Ну вы, женщины, тоже не лучше. Ладно. Я хотел с тобой поговорить не о равенстве полов. Я буду требовать дальнейших посещений. Я имею все права посещать эту девочку. В конце концов, у нее остался я один, я все для этого сделал. 
– Не сейчас. Настя не в том состоянии. Ты ее только окончательно добьешь.
– Ладно, как вам угодно. Только все равно мне придется ее навестить, раз жалуется на боли внизу живота. Хочу подробнее узнать, в чем там дело. Лекарства, мази, все необходимое беру на себя. Это мой косяк. 
– Ну хоть это признаешь, уже хорошо. 
– А я никогда на попятную и не шел. Накосячил – отвечаю. Так что, как скоро мне можно будет с ней увидеться? 
– Сергей, я тебе еще раз повторяю, не сейчас! У нее с моральным состоянием хреново. Я назначила антидепрессанты, но сам понимаешь, это только на время. И это твоих рук дело! Зачем вообще понадобилась вся эта история? 
– Я тебе уже все объяснил. Я что-нибудь придумаю и обязательно тебе сообщу. Все, отбой. 
  
21
 
– У меня для тебя есть новости, – сообщила в понедельник Людмила Афанасьевна, вызвав меня к себе в кабинет. – И они не очень хорошие, – она сняла очки и потерла уставшие от работы глаза.
– С моей мамой что-то случилось? – забеспокоилась я. 
– Этого я не знаю. Гинеколог сообщила мне о твоей проблеме. У тебя разрывы, и их нужно как-то лечить. Я специально сходила в нашу аптеку. У нас таких лекарств нет. Мы психиатрическая больница, а не гинекология. Я связалась с одним человеком, у него есть фонд для помощи психически больным людям. Она отдает в специализированные интернаты вещи, одежду, продукты и лекарства в том числе. Я поговорила с ней, и она любезно согласилась нам помочь. Ты же понимаешь, я не могу оставить тебя в таком состоянии. 
– Я понимаю… да. Но вы бы не могли как-то узнать, что случилось с моей мамой? Видимо, телефон она не взяла с собой, когда ее увезли в больницу, мы общаемся только через записки. 
– Насть, я ничего не знаю. Я понятия не имею, как это сделать. У меня слишком много работы, я скоро ухожу от вас. Я бы на твоем месте подождала бы весточки. Анастасия Михайловна обязательно тебе все передаст. 
Я кивнула, соглашаясь. 
– Я сама очень сильно переживаю за тебя. ты еще совсем молодая, жизни еще не видела. Тяжело тебе, но ничего, все наладится. Когда благотворитель придет, я тебя позову. Постарайся сильно не нервничать, это влияет на течение болезни. Чтобы ни случилось, сохраняй спокойствие. Хорошо? – я еще раз кивнула. – Ну и молодец. Ступай. 
Но легче после разговора мне не стало, и я решила позвонить Ринату, чтобы все ему рассказать. Может, так меня отпустит. 
На душе скребли кошки. 
После обеда больных позвали в сестринскую и раздали лекарства. Я пошла в процедурную, где мне поставили антидепрессант и отправили в палату, отдыхать. 
 
В отделении воцарилась тишина. 
Я незаметно достала телефон из-под подушки и набрала Рината. 
– Привет.
– Привет! Я как раз тебя вспоминал. Хочу прийти к тебе завтра, соскучился очень. 
– Да… да, хорошо. 
– Что-то случилось? 
Я не выдержала и разрыдалась. 
– Мама… она в больнице. Ей стало плохо, и Аня увезла ее в кардиологию. Позвонить я ей не могу, у нее нет телефона. Мы общаемся через записки, кардиология недалеко, мне медсестра передает. Ей совсем плохо, понимаешь? Она сама говорит, что ей осталось совсем немного… 
– Не плачь, Насть. Все уладится, вот увидишь. 
– Надеюсь… 
– Я приду к тебе завтра, и мы поговорим. Хорошо?
– Ага. 
– Отдыхай. Только не волнуйся, хорошо?
– Я постараюсь. 
Ринат положил трубку. 
  
22
 
Через полчаса телефон снова зазвонил. 
– Привет, малышка. Как твои дела? – сказал Сергей. 
– Пару минут назад было хорошо, – ответила я, сидя на кровати, подложив под спину подушку. 
В палате никого не было. Часть больных ушла на послеобеденную трудотерапию. 
– Ты опять мне не рада? Чем же я тебя так расстраиваю, солнышко? Поделись своими мыслями со мной. Я хочу знать, что ты обо мне думаешь. 
– То же, что и в прошлый раз. Ты мне не нравишься, понимаешь? У меня сейчас неприятности, и со мной остался всего лишь один человек, которого я безумно люблю. 
– И кто же это?
– Ты его знаешь, Сергей. 
– Твой парень? Не расскажешь, как вы познакомились? Понимаешь, Настюш, я просто стараюсь быть объективным. Я не понимаю, что ты в нем нашла. Он же еще школьник, несмышленыш. У тебя совсем плохо с мужчинами? 
– Если мне нравится человек младше меня, значит, у меня плохо с мужчинами? Железная логика. 
– Я просто не нахожу другого объяснения. Ты действительно красавица, рядом с тобой должен быть достойный мужчина. 
– Например, ты?
– А почему бы и нет?
– Дело не в достойности, понимаешь? Мне просто с ним хорошо. Он меня поддерживает. Когда мне плохо, он меня успокаивает. У нас с ним общие интересы, общие взгляды на жизнь. Нам есть о чем поговорить. 
– Насть, какие могут быть общие взгляды с подростком? Он жизни не видел, разве что в Интернете. Подростки они такие, за всех все знают. Возраст у них такой, понимаешь? Он пока что на шее у собственных родителей. И ты считаешь, что он все знает за жизнь? 
– Ты судишь по деньгам. Это неправильно. 
– А я разве что-то говорил про деньги? Каждый кузнец своего счастья. А его счастье напрямую зависит от родителей, пока ему восемнадцать не стукнет. Он судит так, как судят его родители. А родители у всех разные. Теперь ты понимаешь, о чем я?
– Я не понимаю, что ты мне пытаешься доказать. 
– Ничего. Я просто тебе объясняю. 
– Я не глупенькая девочка, какой ты меня считаешь. 
– Я никогда не считал тебя глупенькой. Ты очень умная. Просто ты тоже жизни не знаешь, ты не видела, как живут взрослые люди. 
– Я знаю, как они живут. Они глупые и наивные, поэтому жизнь у них не складывается. 
– Жизнь не складывается по многим причинам, не только по мозгам. Человек всю жизнь мечтал об одном, а получает другое. Не у всех есть третий глаз, чтобы все предвидеть. И человек идет по жизни вслепую. Никогда не знаешь, где потеряешь, где приобретешь. Видишь, где я тебя нашел? Очень нестандартное для свиданий место. Вот и в жизни так же. Жизнь очень непредсказуемая штука, если, конечно, у тебя есть что-то типа цели или мечты. Теперь ты понимаешь, о чем я? 
– Понимаю. Но я все еще не понимаю, что ты от меня хочешь. 
– Я могу сказать напрямую: хочу отношений. С тобой. Долгих. Серьезных. Да таких, чтобы в будущем построить крепкую и счастливую семью. Я – твой защитник, твой ангел-хранитель, я готов оберегать тебя от любых невзгод, дарить тебе часть себя. Просто ты будешь моей, вот и все. Разве я прошу что-то неприличное? Разве твой парень в состоянии тебе это дать?