Пушистая целительница его сиятельства (СИ)

Так вот почему Адриан сказал, что этот танец идеально подходит для меня! Точнее, не только для меня, а практически для любого лекаря, ведь у нас самый совершенный контроль над своей магией.
— Получается, что должны танцевать маги? — спросила я.
— Необязательно. Магические мечники могут использовать для этого дела ауру, — ответил Адриан.
— И все сломать, — фыркнул подошедший вместе с Сильвией Юстас.
  
Точно. Аура мечника предназначена исключительно для разрушения, а уж точно не для филигранного введения в магические линии.
— Говори за себя, — ответил Адриан. — Не у всех мечников есть проблемы с контролем ауры.
— Что именно ты называешь проблемами? Неумение правильно приложить ауру, способную снести целый город без следа, к тонкой ниточке? — с сарказмом спросил Юстас. — Это ты у нас исключение, но не все могут использовать топоры как тонкие ножики.
— Всего лишь выдержка и сила воли.
— Талант и тренировки с того возраста, когда многие даже вилку нормально держать в руках не умели. Да-да.
— Кстати, а что насчет конкурса? — спросила Сильвия. — Мы ведь с тобой поучаствуем?
— Если ты хочешь, — ответил Юстас.
Сильвия кивнула:
— Я пойду зарегистрирую нас тогда?
— Конечно, — кивнул Юстас.
— А мы — пас, — сказал Адриан. — Лейла не хочет танцевать, так что предпочтем наслаждаться едой. Кстати, Юстас, а тебе разве можно участвовать?
— А почему нельзя? — удивился тот.
— Приз — вход в королевскую сокровищницу и возможность забрать с собой один из артефактов. Или же, если тебе это не нужно, то ты можешь подарить вход кому-то другому. Разве эти самодовольные представители великих родов не начнут ворчать, что все будет нечестно? Мол, кому-то подыгрывали и прочее? А еще могут обвинить вашу королевскую семью в жадности, ведь если выиграет принц королевства, то это будет значить, что вы не желали никого пускать в королевскую сокровищницу.
— Ну, это произойдет только в том случае, если я выиграю.
— Конкурс изначально не самый честный, — заметила подошедшая Сильвия.
— Ты расстроена, что мы не сможем победить? — спросил Юстас, потом бросил взгляд на Адриана: — Если встанешь в пару с Адрианом, то, скорее всего, займешь первое место. У него контроль лучше, чем у большинства магов.
— Нет уж, — возмутилась Сильвия. — Побеждать и проигрывать я хочу исключительно вместе с тобой, Юстас. И вдруг Лейла захочет тоже потанцевать.
— Нет, спасибо, — я мотнула головой. — Не вижу причин. Да и в бальном зале разве поместятся все желающие? Очередь желающих поучаствовать слишком велика, если все одновременно начнут танцевать, то даже такого зала будет маловато.
— Все в порядке, желающих поделят на несколько групп, — сказал Юстас. — Так никто не будет никому мешать. И безопасность выше. Танцуют ведь маги и мечники, если не соблюдать безопасное расстояние, то тот, кто плохо владеет своими силами, легко поранит другого. Подобное недопустимо.
— Но разве те люди, которые будут танцевать в конце, не получат преимущества, увидев танец заранее?
— Каждый раз он разный, — ответил Юстас. — И чем дальше — тем сложнее. Но там и баллы немного выше, чем за первые танцы. Главный критерий — идеальный танец. Но если идеально станцуют в первой и в последней группе, то победит та пара, которая танцевала в последней. Вы с Адрианом точно не хотите попробовать?
Я мотнула головой — не вижу смысла. Лучше отсюда полюбуюсь, как этот танец будет выглядеть. О, первая группа уже пошла. Красивенько! Симпатичная волшебница идеально попадала в линии, вызывая прекрасные иллюзии, а вот ее партнер, тоже маг, подкачал: иногда у него получалось, а иногда — нет. Там, где получалось, две иллюзии прекрасно сплетались друг с другом, там, где он ошибался, его иллюзия осыпалась золотым блеском. Красиво, хотя через некоторое время стало немного надоедать. К тому же, никто из участников пока не станцевал идеально, а потому полной иллюзии мы так и не видели.
Веселее всего было наблюдать за танцем Сильвии и Юстаса. В пятой группе, куда они записались, они определенно не были лучше всех. Что Сильвия, чья магическая сила была довольно агрессивной и не всегда поддавалась контролю, что Юстас с чудовищным количеством ауры. С «толстыми» нитями они справлялись прекрасно, но вот «тонкие» не поддавались и рвались. Впрочем, победа не была их приоритетом, иначе они бы не наслаждались танцем до такой степени, что не замечали ничего и никого, кроме друг друга.
— Отличный танец, — сказала я Сильвии, когда они закончили и подошли к нам.
— Думаешь?
— Вы были разрушительно-прекрасны, — фыркнула я. — И я бы отдала победу вам. Даже жаль, что вам нельзя выигрывать, в отличие от других принцев и принцесс.
Пусть Сильвия с Юстасом не создали роскошных иллюзий, но их танец был чем-то особенным, тем, что вовлекает и не позволяет отвести взгляд.
— О чем ты? — удивилась Сильвия. — Королевским особам из других стран тоже нельзя побеждать. У них есть свои сокровищницы, так что их победа — не меньший моветон, чем наша.
— Тогда почему принцесса Доминика танцует в шестой группе? — спросила я. — И танцует она идеально.
Не только она, но и ее партнер: на данный момент они создавали самую идеальную иллюзию из всех, что я видела ранее!
— Юстас? — Сильвия сверкнула глазами в сторону возлюбленного.
— Своим поступком она опозорит себя, но напрямую я не могу запретить ей участвовать. Что она творит? — возмутился Юстас.
— Главное — зачем? — нахмурился Адриан.
Причину мы узнали совсем скоро. Стоило только шестой группе закончить танцевать, как принцесса Доминика вместе со своим партнером — чрезвычайно умелым магом, который практически не уступал мне в плане контроля над силой — подошла к нам.
Точнее, не к нам. К Адриану. Потому что меня она даже не удостоила взглядом.
— Ваше сиятельство... Хоть вы и говорите, что у вас есть возлюбленная, но я не могу с этим смириться, — сказала принцесса Доминика. — Если бы она относилась к вам хорошо, то я бы ни за что не позволила себе таких высказываний, но, увы, я не вижу, что она дорожит вами как следует.
— Для таких голословных заявлений у вас должны быть причины, — сказал Адриан, даже не пытаясь казаться хоть немного дружелюбным.
— Разумеется, — кивнула принцесса Доминика и посмотрела на меня. — Кто из здесь присутствующих не знает, насколько вам нужна одна вещь из королевской сокровищницы. А ваша спутница, ваша возлюбленная, — последнее слово Доминика буквально выплюнула, — даже не может помочь вам получить это. Это же просто... смешно! Как я могу отдать вас такой женщине?
— Адриан — не вещь, которую можно отдать, — тихо сказала я, чувствуя себя взбешенной.
Не только из-за того, что она посмела сказать, а больше из-за Адриана. Ему что-то нужно их королевской сокровищницы? Тогда почему он молчал? Или принцесса Доминика соврала? Нет, не соврала, судя по тому, как он неловко улыбнулся.
— И не тот, кого можно использовать, — не осталась в долгу принцесса Доминика. — Если вы не умеете ценить своего спутника, то я вас научу.
Я сейчас и тебя вежливости научу, и своего спутника искренности, и еще кого-нибудь, кто попадется под горячую руку. Принцесса Доминика, словно почувствовав опасность, гордо удалилась, а я повернулась к Адриану, который, кажется, совершенно не обратил внимания на стычку с принцессой Доминикой, и хмурился.
— Почему ты не сказал, что тебе нужна какая-то штука из сокровищницы?
— Потому что она мне не настолько нужна, чтобы заставлять тебя заниматься тем, что тебе не нравится. Ты не хотела танцевать, — мужчина обезоруживающе улыбнулся, но я не поддавалась:
— Да? Что ж, теперь я хочу. Мы ведь успеем зарегистрироваться? — спросила я у Сильвии.
— Да, конечно, в самую последнюю группу, правда. С повышенной сложностью.
— Сложность меня не пугает. Мы идем танцевать.
— Нет, — сказал Адриан.
— Что? Я же сказала, что я хочу.
— Не в этом дело. Неужели ты думаешь, что принцесса Доминика пришла и сказала все это лишь для того, чтобы сделать мне подарок и потешить свое самолюбие? Она явно что-то запланировала. И следовать ее планам — плохая идея.