Портальеро. Круг третий (СИ)

Если честно, то я и сам был таком много лет назад. Стоило только получить права и сесть за руль, как почувствовал себя эдаким Шумахером местного разлива. «Тормоза придумал трус!» Вот девиз возомнившего себя гонщиком молодого неумёху. Не буду рассказывать сколько я всего наколотил в своё время, пока не пришло понимание того, когда стоит, а когда и не стоит давить на газ со всей дури.
  
Вот и сейчас, каждый раз, когда пользуюсь своими новыми магическими способностями, пытаюсь шагать осторожно, как на топком болоте, прощупывая почву перед собой. А всё одно, нет-нет да и нарываешься на какую-нибудь очередную бяку, не предусмотренную инструкцией к применению. Где бы ещё взять те инструкции, чтобы почитать на досуге? Меня в этот магический водоворот забросила такая же безмозглая ведьма-неумёха. Типа, плыви. Если сможешь выплыть, то и плавать научишься.
Вспомнилась дурацкая присказка из моей прошлой жизни: «Если твой парашют не раскрылся и запасной тоже отказал, то у тебя ещё осталось секунд тридцать, чтобы научиться летать. И стоит уже задуматься: Может, парашютный спорт — это не твоё.»
Но пока, тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить, у меня вроде бы всё, худо-бедно, но получается.
* * *
Я легко проник внутрь паспортного отдела. Работа там шла «полным ходом». Пили чай и травили байки. Судя по часам, висевшим на стене, до обеда ещё оставалось какое-то время. Наверное, это так они готовят свой желудок к основному приёму пищи. Или руководствуются старой мудростью: «Из-за обеденного стола надо вставать немного голодным.» Но, похоже, они эту формулу переврали слегка. Так что у них, скорее всего, это будет звучать: «На обед надо идти немного сытым.»
Но так это или нет — мне невдомёк. А вот ту самую молодую сотрудницу, в сейфе у которой хранятся наши будущие документы, я что-то не вижу… Пойду поищу её в кабинете у начальника. Его тоже нет на общем чаепитии.
* * *
Суровый мужик. Настоящий полковник. Хотя по званию, судя по погонам, он ещё пока только майор.
И кто там ляпнул, что в Советском союзе секса нет? Просто его тут особо не выставляли напоказ.
Но, каков мужик…
Сидит себе и подписывает документы… А конкретно — готовые паспорта. И подпись у него такая красивая, с завитушками…
Ну а то, что он немного без штанов… Зато с погонами на рубашке. А девушка… Она ведь только лишь помогает ему сосредоточиться. Ну и что, что под столом. Может так положено по должностной инструкции… Я же той инструкции не читал, и даже в глаза не видел. Мало ли как тут принято.
Но меня всякие подстольные дела не интересовали. Я через плечо «полковника» заглянул в те документы, которые он подписывал.
Вот и моя фотография промелькнула… А вот и Иркина… А где же новый паспорт нашего Великого князя? Что-то не вижу я нужной папочки на столе. И ладно если бы в стопке они лежали. Можно было подумать, что где-то внизу затесалась. Но нет же… Все папки лежат так, что и нижние видны частично. Куда же ты дела документы нашего князя, дамочка?
Я даже под стол мимолётом заглянул…
Твою же медь… Я всё понимаю… Но подкладывать на пол под коленки папку с чужими документами, это как-то совсем уж верх неприличия. Я, наверное, не буду рассказывать Олегу, где и во время какого процесса, побывали его документы… Ранимая и романтическая натура князя этого точно не перенесёт. Вряд ли он в своём времени видел такие шедевры порно, которые можно было увидеть на просторах интернета в двадцать первом веке. Ну и слава богу. Пусть и дальше верит в светлое и доброе… Многие знания — многие печали…
Они закончили одновременно. У майора не осталось документов на подпись, а его помощница, пятясь задом, выбралась из-под стола, вытирая губы тыльной частью ладони.
— Вот ещё. — протянула она начальнику последнюю оставшуюся неподписанной папку с фамилией Романцев.
Он размашисто поставил свою красивую подпись на новом паспорте Олега, и спросил девушку:
— На обед со мной пойдёшь?
— Да Вы что… Я с девочками пойду. А то мало ли что они могут подумать.
Блин, горелый… Она ещё стесняется того, что остальные сотрудники что-то узнают об их отношениях с начальником… Я больше чем на сто процентов уверен, что все про всех всё знают уже давно. Не помню я, чтобы в Советском союзе на работе можно было хоть что-то скрыть от сослуживцев, особенно если это касалось всяких амурных служебных похождений.
Хотя иногда это происходило и с точностью до наоборот. Как в том анекдоте:
— Вы слышали, что Рабинович выиграл три тысячи в спортлото?
— Вы ошибаетесь. Не Рабинович, а Остерман. И не в спортлото, а в преферанс. И не три тысячи, а пять. И не выиграл, а проиграл.
* * *
Папки с документами переместились в другой кабинет. Но мне повезло. Эта девица их даже в сейф убирать не стала. Да и сейф стоял открытый почему-то… Это мы удачно зашли… Какая непростительная непрофессиональность… Наверное, решила после обеда всё разобрать и разложить.
Звук поворачиваемого ключа снаружи, щелчок замка. И я остался в кабинете один, наедине с нужными мне бумагами…
Такой шанс я упускать не стал. Если она ушла на обед, то у меня ещё полно времени. Но терять время понапрасну всё равно не стоит. Я стал по одной снимать папку за папкой. Нужные откладывал в сторону. Листать бумаги и вынимать отдельные у меня бы не получилось. Я, блин, призрак бестелесный. Убрать в хранилище — могу. Вернуть, пусть даже и на другое место — тоже могу. А вот мелкая моторика мне, увы, недоступна.
Нет я попробовал, но получалось немного коряво. Я целую минуту убил только на то, чтобы извлечь паспорт Олега и форму номер один из его папки. Поэтому свои и Иркины документы прибрал целиком.
Что за шум там в коридоре… Ёксель-моксель… А я-то думал, что хозяйка кабинета на обед ушла.
Звук смываемой воды, раздавшийся где-то там за дверью… Похоже, что туалет расположен тут через кабинет отсюда. Но слышимость хорошая.
Времени на раздумья у меня не оставалось. Забрав все нужные документы, я достал из хранилища, заранее приготовленные бутылки с ацетоном. Купил на днях в хозмаге небольшой запас этого горючего вещества. И на эту «умную» мысль меня навела жидкость для снятия лака, обнаруженная в сейфе с документами. Вряд ли будут искать другую причину пожара, когда обнаружат у девушки обгоревший флакон с ацетоносодержащей жидкостью рядом со сгоревшими документами. Пробки с бутылок исчезли в один момент. Я щедро поливал ацетоном всё вокруг, а особенно тщательно бумаги на столе и в сейфе. Пустые бутылки тут же убирал обратно в хранилище. Запаха я не чувствовал, но представляю, какое амбре сейчас стояло в кабинете.
В дверях послышался звук поворачивающегося ключа в замке.
Я запускаю файербол и всё вокруг вспыхивает огнём. Бумага занимается хорошо и сразу. Это книги обычно легко обгорают снаружи, а внутри, плотно сложенные страницы могут лишь по краям обуглиться… Но папки с документами сложены неплотно. А тем более я их немного разбросал переворошив.
Дверь распахнулась, и я увидел испуганные глаза молодой сотрудницы.
Беги, дурёха! А то спалишь свои белокурые крашенные кудряшки…
Я-то планировал попозже ночью прилететь, забрать сейф, вынуть нужные бумажки, и только потом, вернув сейф на место, устроить большой пожар во всём помещении. Но раз так вышло, то так тому и быть. Устроим небольшой пожарчик средь бела дня.
Как говорится: Раз пошла такая пьянка — режь последний огурец! Я добавил ещё ацетончику, опустошив ещё пару бутылок. Находясь в самом эпицентре большого костра, я не чувствовал ни жара пламени, ни каких-либо других негативных ощущений.
Ну, что же? Полезный опыт. Значит я могу и через огонь проходить в таком состоянии. Интересно, а что будет если я буду в эпицентре ядерного взрыва? Жаль, что не узнаю этого. Ядрён-батона у меня в хранилище не завалялось. А с гранатами я бы рискнул поэкспериментировать. Ведь Машка тогда в чужих телах и под машину бросалась, и с дома прыгала. А чем я сейчас отличаюсь от того её призрачного состояний? Наверное, ничем.