Портальеро. Круг третий (СИ)
— Мы только сегодня приехали. Так что дня на два-три точно хотели бы остаться.
* * *В общем, мы договорились. Пока она заканчивала свою работу в кафе, мы немного погуляли по этой пешеходной улочке, а к назначенному времени снова вернулись к знакомому заведению.
Идти оказалось недалеко. Четырёхэтажный домик послевоенной постройки прятался в конце тихой улочки перпендикулярно отходящей от Лайсвес аллеи. Двухкомнатная квартира находилась на самом верхнем четвёртом этаже. Квартирка была уютная, но было заметно, что она знавала и лучшие времена.
Пока мои девчонки нежились под душем и укладывались спать, я с Екатериной Михайловной пил чай на кухне. Кухня была большая. Не то что в хрущёвках. А женщина оказалась общительной. И буквально за полчаса я уже многое узнал и о ней, и о её семье.
Муж у неё работал на заводе, здесь в Каунасе. Работал во вредном цеху. Я так и не понял, то ли там гальванических цех выделял какие-то вредные изотопы, то ли лакокрасочный травил людей всякими ядовитыми запахами. То ли и то и другое сразу. Но умер он, от какой-то неизлечимой болезни, «сгорев» буквально за полгода, потеряв чуть ли не половину своего обычного веса. Сына в армию забрали, а она с того завода уволилась, потому что там по полгода зарплату задерживать стали под всякими разными предлогами.
Понимая, что материальное положение этой женщины находится чуть ниже, чем совсем хреновое, я щедро оплатил за неделю нашего проживания. А ещё сразу добавил денег на продукты, поскольку Екатерина Михайловна предложила нам ещё и готовить. Деньги давал не жалея, даже не зная, задержимся мы в Каунасе так надолго или нет. Тем более, мне понравилось то, что она, спросив наши имена, не стала требовать предъявить документы, подтверждающие это.
Девчонкам выделили спальные места в комнате сына. А мне тётя Катя предложила лечь в большой комнате. Дескать сам она ляжет на кухне, на раскладушке. Но я её убедил, что сам мечтаю ночевать на раскладушке. В общем, всё улеглись… А я стал ждать продолжение того сна, что не досмотрел в поезде. Но меня поджидал полнейший облом. Ничего, кроме кромешной тьмы в эту ночь мне так и не приснилось…
23 августа. 1990 год.
Литовская ССР. Каунас.
Выспались. Проснулись. Потянулись…
На кухне нас ожидал завтрак и ключи от квартиры с запиской от хозяйки. Дескать, она на работе, а мы можем делать всё, что захотим. Приглашала ближе к полудню заходить к ним в кафе на обед. Я глянул на часы… До полудня оставалось лишь пару часов. Так что завтрак ещё не утрясётся. Да и обедать холодным борщом не хотелось. Сходим погуляем, может найдём чего посытнее да повкуснее.
— Куда пойдём? — спросила Машка, жуя бутерброд с сыром.
— Город посмотрим. Тут много чего есть интересного. Форты всякие, старая крепость.
Ирина проявила хоть какой-то интерес, а Мария сморщила носик и высказала своё мнение:
— Это скучно.
— А ты чего хотела бы?
— А я не знаю.
— Тогда доедай свой бутерброд, допивай свой чай, и собирайся!
— Фу! Какой ты грозный…
— Могу оставить тебя здесь и делай тут что хочешь…
— Не-а… Я с вами…
* * *В чём-то Машка была права. Каунас, конечно, старый город со своей многовековой историей, но смотреть на сооружения старой крепости, городской ратуши и всякие другие каменные строения прежних веков, стало скучно уже через несколько часов бестолкового блуждания вокруг них. Я никогда не был любителем любоваться архитектурой. Разок взглянуть, и нормально. Да и есть снова захотелось. Поэтому мы, слегка перекусив, снова задались вопросом: «Куда пойти, куда податься?»
Ну а так, как пешком ходить-бродить уже порядком надоело, то мы, купив билеты, сели на первый же попавшийся автобус, да и поехали, даже не зная куда он нас в конце концов привезёт. Девчонки мои ещё глазели по окнам, на дома, на мост, на речку, а я снова задремал.
Когда закрывались тяжёлые веки, я в последний момент искренне пожелал, чтобы ко мне снова явилась (не запылилась) непутёвая ведьма, и всё-таки дала бы мне хоть какие-то полезные инструкции по пользованию порталам. В следующую нашу встречу, и не важно, во сне или наяву, но первым делом я спрошу её о чём-нибудь конкретном. А все остальные «здрасьте — забор покрасьте» оставлю на потом.
Но… Увы… Очередного сеанса с замутнённым инопланетным разумом я так и не дождался. Машка безжалостно растолкала мою задремаавшую тушку.
— Проснись! Конечная. Автобус дальше не идёт…
— А? Что?
— Выхадитте! — послышался мужской голос с прибалтийским акцентом.
Я не стал спорить или что-то переспрашивать. Встал и вышел. Автобус закрыл двери и уехал, обдав нас сизым дымком выхлопных газов.
— Где мы?
— А хрен его знает… — ответила Машка.
— Я не поняла, но водитель объявляя конечную сказал что-то типа: Панни Муни.
— Я что-то слышал про это, только вот что не помню…
В будущем, во времена интернета иногда мимо ушей проходит столько нужной и ненужной информации, а обрывки её так и остаются в нашей памяти навсегда. Вот только вытаскивать их из надёжных закромов нашего мозга не всегда удаётся.
— А почему тут так много солдат? — спросила Ира.
— Это десантники. — уточнил я.
— Но они же солдаты?
— В общем-то, да. — не мог не согласиться я.
Группа военнослужащих двигалась небольшой колонной, и судя по всему, целенаправленно. Мы совсем недолго шли за ними. И нам удалось остаться незамеченными. Это было не сложно, так как идя метрах в ста позади них, по другой стороне улицы в тени деревьев, мы не привлекали внимание. Вот если бы мы шли рядом с ними или впереди… Вряд ли бравые вояки не обратили бы внимания на двух девчонок в компании какого-то худого дрыща, явно их недостойного. Примерно через километр колонна втянулась в приоткрытые наполовину железные ворота со звёздами.
Вот так мы смогли найти воинскую часть, явно относящуюся к воздушно-десантным войскам, спрятанную в небольшом тихом пригороде Каунаса. Не исключено, что их сейчас уже в открытую литовские националисты называют оккупантами. Не позавидуешь пацанам. Помнится в песне пелось про то, что когда солдат идёт по городу, то от девичьих улыбок вся улица светла. Боюсь, что в городе Каунасе советским солдатам уже и не рады вовсе. А чуть позже и не такое будет.
Ладно… Нас это сейчас не касается. Зачем мы здесь? Я понятия не имею. Но одна мысль ко мне пришла в голову. И чёрт возьми, если я её не смогу осуществить…
Глава 6
Глава шестая.
Вот люди… Хлебом не корми, дай пострелять… И откуда у них столько денег на патроны? (Джесси Джеймс)
Патронов много не бывает.
Их чаще просто не хватает.
Но всё с собой не унести,
И с грузом тяжелей идти.
Но лучше всё же взять побольше.
Так шанс есть и пожить подольше.
И плюс в карман один патрон.
Дай бог, не пригодится он.
23 августа. 1990 год.
Литовская ССР. Где-то в Каунасе…
— Макс! Я по твоим глазам вижу, что ты опять что-то задумал. — в глазах Машки сверкали искорки ехидства.
— Задумал… Ну и что?
— А что ты задумал?
— Сейчас узнаешь. Пошли в кусты!
— Куда? Зачем?
— Я же говорю… Сейчас узнаешь.
* * *На другой стороне дороги, почти напротив входных ворот в воинскую часть, действительно были шикарные такие заросли. Но, как водится, нет таких кустов, через которые бы наши солдаты не протоптали тропинку. Но внедрятся в зелёные насаждения прямо напротив ворот не сто́ит. Слишком заметно. Поэтому мы продолжили наш путь дальше, и лишь отойдя метров на сто, свернули направо. За кустами был довольно-таки пологий спуск к реке. Неман тут, кажется, протекает, если мне память не изменяет. Вот там на травке, с видом на речку, мы и расположились.