Мята и соль (СИ)
— Ты труп, Наяра Мория, ты труп, — нагоняя меня и грозя мне указательным пальцем на каждый слог своей речи, доверительно тихо сообщил Алуа, почти не ухмыляясь, но безумно горящие глаза говорили за него. Я вздрагивала и морщилась на каждом слоге, это я уже и сама поняла. ИнТарлид ни слова не скажет, что я погналась за глазом ваила, но вот об отдыхе после занятий по боёвке можно забыть. Шед гонять меня будет до самого выпуска, так, чтобы я молила о смерти.
Викаир зачем-то присутствовал на осмотре лекаря. Рану, нанесенную Алуа сколопендрой тут же обеззаразили и заштопали заклинанием, помощница лекаря шлепнула какую-то прозрачную склизкую пленку на швы и под шипение Алуа не особо ровно заклеила липким бинтом. Я расшнуровала запылившиеся ботинки, размотала бинты, стягивающие лодыжки и стопы. Такие бинты имели несколько неоспоримых преимуществ перед любыми носками: вообще не скользили внутри обуви, являлись дополнительно защитой, фиксировали стопу и предохраняли ее от вывихов и прочих подобных повреждений и прекрасно впитывали влагу. Ну и что, что некоторые презрительно называли их словом, употребляющимся только у бедных — портянки.
Я загнула штанину из плотной ткани до колена, первой оценивая последствия своей задержки перед хашрами. Нда, челюсти у ваила что надо. Насквозь, конечно, не прокусил, но задел прилично. Несимметрично так еще, но синяков будет намного больше, чем реальных повреждений мышц, и это отлично. Лекарь обработал раны, сказал, что зашивать не требуется, и отправил девушку искать чистый бинт, похожий на мой, чтобы сразу в него перебинтовать и отправить нас уже обратно в институт. Тем временем подали чай и несколько бутербродов с бужениной, чтобы мы немного восстановили силы. Я тут же сложила горкой один на другой и вонзила в него зубы. Алуа хлопнул себе по лицу своей огромной лапищей, выражая стыд за меня, я лишь скривилась и продолжала старательно жевать, запивая еду, кажущуюся просто восхитительной, сладким чаем.
Викаир между тем заинтересованно разглядывал меня, но обратиться решил к шеду.
— Не поясните, многоуважаемый шед ИнТарлид, что данная юная, не закончившая институт особа делает в Нижнем мире, да еще и на Запретных территориях? — очень спокойно и тихо спросил племянник императора. Я поперхнулась и звучно раскашлялась, неуместно привлекая его внимание, хотя именно в этот момент поправляла за спиной контейнер со щупальцами ваила, висевший на ремне за спиной. И вдруг вспомнила, что мы отправлялись обычно с другого блокпоста. Того, где служил до ранения и отставки сам Алуа. И возвращались всегда туда, но сегодня хашры заставили нас сильно уйти налево. Я не успела вставить слова, так как еще жевала, поэтому шед смог предупреждающе посмотреть на меня. Я проглотила кусок и… промолчала. Учитель усмехнулся уголком губ.
— Наяра — моя шединат, лучшая на курсе боевиков. Поэтому мы с ней иногда совершаем вылазки в нижний мир, чтобы она поднатаскалась, — Алуа намеренно допустил малоблагородное слово, чтобы Викаир не докапывался до него, посчитав дуболомом и старым воякой. Но не тут то было. Хмыкнув, опустив глаза, тот ненавязчиво продолжил задавать вопросы, более смахивающие на текст допроса.
— А Императорская служба воинской обязанности в курсе? Руководство института?
Я слегка похолодела. Неудобные вопросики, неприятные. Где, Таена, носит эту помощницу лекаря с ее хашриным бинтом? Засунув недоеденный бутерброд в рот, я принялась стремительно заматывать ногу старым бинтом, благо, эта клуша не додумалась унести его.
— Погтамготом, наэмноэ, — прошамкала, наскоро обвязав шнурками длинное голенище сапога. Попыталась улыбнуться с набитым ртом Викаиру и направилась к выходу.
— Чего? — не понял и сам шед ИнТарлид. Я с колоссальным усилием проглотила бутерброд. Жаль, при других обстоятельствах я бы с места не сошла, пока не слопала их все, но сейчас оставаться здесь не хотелось совсем.
— Портал готов, — с жизнерадостной глупостью повторила я, показывая в окно, где кристальная арка уже действительно переливалась голубым и малиновым светом, значит, была заряжена.
— Одну минутку, адепт Мория, — остановил меня Викаир, я обернулась и в последнюю секунду увидела в его руках настолько тонкий стилет, что напоминал иглу. Не отдавая себе отчета в действиях, я увернулась от оружия и пнула императорского племянника по коленке, замахнулась было, чтобы легонько ударить по голове и вырубить, не причиняя вредя, как он уклонился, на миг закрутив плащ микроураганом, и перелетел в этом вихре чуть дальше от меня. Алуа схватил меня за руку, когда я кинулась к нему снова.
— Мои извинения, адепт, я должен был сначала предупредить. Мне нужна капля вашей крови, — спокойно прокомментировал Викаир.
— Зачем это еще? — хмурясь, прорычал ИнТарлид.
— Обещаю, что вреда это не принесет ни вам, шед, ни ей, никогда в ее жизни, — пообещал он, но Алуа все еще хмурился, не понимая и не доверяя, как, впрочем, и я сама. — Давайте поступим следующим образом. Я закрываю глаза на ваши вылазки, первое — в нижний мир, второе — с несовершеннолетней не закончившей институт адепткой. В обмен мне нужна только ее кровь. Одна капля.
— Попробуй пригрозить мне… — я наступила Алуа на ногу прежде, чем с его губ сорвалось не характеризующее потомков императора слово. Пусть я применяла его к Рину постоянно. Я дам Викаиру то, чего он хочет, а потом Рин мне расскажет, что ему было нужно. Потому что ему я тоже могу дать желаемое.
— Я согласна, — перебив наставника, шагнула к ИнШартису. Алуа дернул меня за плечо, не пуская и разворачивая к себе лицом, я сделала ему большие глаза, намекая, что дело серьезное, и одними губами сказала «все хорошо». Шед неохотно отпустил меня.
Все произошло быстро. Викаир опять создал своей магией тонкую острую спицу, боль почти неосязаемым лезвием прошлась по ладони, а потом он просто смахнул ее телекинезом в небольшой флакон, и там явно оказалось больше одной капли. Я поморщилась, но императорский племянник легко и безболезненно залечил руку, мило, но совершенно отрешенно улыбаясь. Он был очень похож на Рина, будто и есть Рин, но только лет через пятнадцать. Высокий, черные волосы и голубые глаза. Отличал только возраст и почти безупречные манеры, которые у Ринсдея, видимо, еще не выработались, если это морфологическое изменение вообще предполагается в его базовой комплектации. Рин, Рин, хватит лезть в мою голову… я даже поморщилась.
Пока мы шли к портальным кристаллам, шед что-то недовольно бурчал у меня за спиной.
— А в следующий раз, чтобы отмазать меня, что ему дашь? — едва слышно, чтобы поняла только я, сердито прошептал он. Я закатила глаза, правда, радуясь, что иду первой, так как он не мог этого видеть. — Что бы мне было? Подумаешь, вывел шединат в Нижний мир…
— Вас уже несколько раз чуть не поперли из института, шед, — не выдержала я, процедив ответ сквозь зубы. Вряд ли он думал, что кто-то из адептов об этом догадывался, поэтому возмущенно засопел у меня за спиной. — Ваше разрешение на мой «выгул» в Нижнем мире такое же реальное, как и мое слово в вашу защиту на суде, то есть — никакое. Давайте не будем усложнять ситуацию. Мне без вас в институте делать нечего, так что…
— Упрямица, — пробормотал шед, перебивая меня, когда мы подошли к порталу. Он все еще был недоволен, когда мы шагнули в светящуюся арку, и на долю секунды, как обычно в переходе, всё поглотила тьма.
Глава 5. Настоящее
В этот раз тьма была долгой, и уж точно прежде после портала боль не отплясывала на моем затылке квикстеп, а веки не желали подниматься, словно склеенные между собой. Я еще сильнее зажмурилась, растирая глаза ладонями для скорейшего пробуждения. Никогда еще не спала так долго, и так плохо себя по утрам не чувствовала. И сон ли это вообще был? Все мышцы забитые, будто я полтора дня от хашр убегала, что мне и снилось. Снилось ли вообще? Тот блокпост, и хашры, это было три недели назад, на уже далеко не первой вылазке с Алуа в Нижний мир, я расслабилась, погналась за глазом ваила, не заметила разрыв и чуть не была слопана хашрой. Изумительный сон, умилилась я, наконец открывая глаза и обнаруживая себя в госпитале института.