Мята и соль (СИ)

Глава 31
— Д'энии, — тихо выдохнула она, и от тона мурашки пошли, кажется, не только у меня, но и остальных присутствующих, включая каменного голема, — вернулись в наш Мир.
После этих слов О'Терия отступила на шаг и низко поклонилась мне. Локнар последовал ее примеру и опустился на одно колено, даже Рин склонил голову. Я испугалась и отступила назад.
— Такая чистейшая, что хоть сейчас принимай форму энергии, — тем же звенящим в тишине шепотом продолжила девушка, выпрямляясь. — Не бойся, Таена. При виде живых богов это нормальная реакция.
— Так, хватит, пожалуйста, — нервно отозвалась я. Локнар встал, теперь уже с почтением глядя на меня, а Рин подошел ближе и обнял.
— Так кто ее родители, О'Терия? — спросил он. Девушка, все еще глядящая на меня с восхищением и благоговением, будто вернулась в себя. Глаза обратно почернели, томность и раздражающая медлительность возвратились, но ответила она грустно, задумчиво глядя на меня.
— Ммм… ну, с отцом все понятно. Я не раз вкусила его кровь, еще когда мы были по разные стороны баррикад. Тогда еще простой инали, Айден Сагор, без всяких Ин… да, я искала его в боях, и как правило, находила.
— Айден Сагор? В смысле, ИнСагор'Идар? Что, вашу хашру? — я вырвалась из рук Рина, возмущенная сверх предела. И по его виду поняла, что он был в курсе.
— ТЫ ЗНАЛ? — заорала я в бешенстве. О'Терия и Локнар отошли в сторонку, с интересом наблюдая за сценой, но вмешаться не попытались. Рин только пытался поймать мои руки, колотящие его по груди. — Ты знал все это время и молчал?
— Ная…
— Хашрин Айден! Он тоже был в курсе все это время? И давно он знает? А?
— Наяра, успокойся, — Рин попытался утихомирить меня только что полученным методом, но не тут-то было. Магией Д'энии я смела все попытки воздействовать на свое тело, чем тут же накрыла комнату ураганом. Голем с флегматичным выражением на каменном лице поймал летящий в его ведьму стул.
— Где он был все эти годы, раз знал? Хашры он дождется, что я войду в его род, ясно?! Лучше буду спать на коврике под дверью Алуа, чтобы наверняка до него никто не добрался. Он куда больше мне отец, чем этот… это…
— НАЯРА! — выпуская свою силу Д'энии, прогрохотал Ринсдей, останавливая мои метания по комнате, схватив за плечи, заставляя посмотреть ему в лицо. — Он знает лет восемь, с тех пор, как начал учить меня справляться с магией истинных, которую ты отвергала, а мне рассказал правду, когда я сидел в той камере после Индара. Айден не говорил тебе, потому что это увело бы тебя от меня еще дальше, и тогда я бы точно… погиб.
Это мне в голову, разумеется, не пришло, и осознание возможной катастрофы мгновенно остановило ураган.
— Он спасал мне жизнь, — повторил Рин уже спокойно. — Мучился, терпел, но не искал лишних встреч. Поддерживал, но так, чтоб никто не узнал. Знала бы ты, какой у тебя сейчас счет в банке… и он прекрасно понимает, что мы все равно отправились бы к О'Терии, чтобы ни у кого не оставалось сомнений в его отцовстве, хотя сам Айден давно уверен в этом. Возможно, энергия его истинной Д'энии в тебе и продлевает его жизнь до сих пор, поэтому он не смог бы не почувствовать ваше родство. Ты бы послала его к хашрам на Ту сторону, расскажи он тебе правду. А сейчас ты узнала все сама, и пока вернемся в институт, успеешь принять и обдумать. Айден все сделал правильно, и заботился о тебе в первую очередь.
— Прости, — только и могла проговорить я, обнимая его. Хотелось поплакать, но слезы совсем не шли, однако просто уткнуться лбом в его плечо все равно было необходимо. — Извините, — оборачиваясь к хозяевам, я невольно сжалась, стыдясь своего поведения. Но девушка только махнула рукой.
— Представление того стоило, — заулыбалась она. Кажется, я начинаю понимать, у кого Рин нахватался своих раздражающих усмешек и нервирующего тона.
— Кто ее мать, О'Терия, — напомнил Рин, кажется, он уже сам был не против уйти отсюда, пока еще что-нибудь не вывело меня из себя. Но девушка только пожала плечами.
— Это первая чистая Д'энии, которую я попробовала, — указала она на меня, уже не шутя. — Воздушный джинн. В ее крови есть что-то… необъяснимое, что я не могу прочесть. Ее мать безусловно чистая. Но возможно не Таена. Общий джинн или… — вдруг со щемящей надеждой ведьма посмотрела на своего истинного, — другой. — Она явно сказала не то, что хотела.
 
— Д'энии образованы всеми элементами, воздух подчиняется мне, потому что я стихийник, — возразила я.
— Очень давно Д'энии были всем. Они создавали миры своей силой, своей энергией и сутью. Некоторые отделялись, познавая каждую из стихий более глубоко. Немиды — земля, дали людям тело и разум. Рагдаэры — огонь, сердце и чувства. Энканты — вода, кровь и магию. И Таены — воздух, вложили души и магию истинных пар, — вдруг сказал голем.
— Так что никакой ты не стихийник, Ная. И вообще не человек, — в тон ему добавила О'Терия, покачивая головой. — Ты не просто «носишь» кровь Д'энии, как многие, кто даже не может ей пользоваться, хотя бы сохраняя при этом в той или иной мере какие-то способности своей второй расы. Ты Д'энии и есть. Отец является джинном, пусть и обремененным, мать — чистая. И дочь, соответственно, никак не может быть просто человеческим магом с некоторым функционалом магии Д'энии.
— Мой дед со стороны отца — оборотень, но у отца нет ни малейшей потребности в кого-либо обращаться, так как магии джинна в его крови вполне достаточно, — подсказал Рин, видя, как вышесказанное, словно куб, втискиваемый в круглое отверстие, никак не желает укладываться в моей голове.
Я зажмурилась и потерла переносицу. Зачем так сложно? Носители, не носители, пользователи, чистые, обремененные…
— Откуда вы вообще все это знаете? — вдруг я поняла очень важный вопрос и подняла глаза на хозяев дома.
— Мне тысяча лет, милая, кое-что, сейчас похороненное в веках, успела подержать в ладонях. А многое сама помогла закопать, — отозвалась О'Терия слегка высокомерно, подбоченившись.
— Меня создал Д'энии земли, — пожал плечами голем, а я опять уставилась на него в шоке. — Лично. Помню его. Все время принимал вид подростка. Смешно уговаривал других джиннов дать мне, как людям, мозг, сердце, кровь и душу. И уговорил. Когда Д'энии покинули мир, я остался один. Со временем научился принимать человеческую форму, но одичал, озверел, пустился по наклонной и попал в тюрьму. И встретил О'Терию.
— Поэтому, истинный мой, ты и смог снять с меня жажду крови, — ведьма подошла к нему и нежно обвила руками каменную шею. — Ты мой самый особенный. И самый красивый.
— Раз я Д'энии, — вдруг нерешительно начала я, глядя на их парочку. — Может, стоит попробовать снять… это… — не придумав нужного слова, я указала на Локнара целиком.
— Знала, что ты предложишь, — улыбнулась девушка, но грустно. — Но с душой у нас проблем нет, Наяра. С парой тоже. Это пролитая мной кровь закрыла доступ к его магии. Здесь нужна Энканта. Водный джинн.
Глава 32. Далекое прошлое
Невесомые сгустки энергии любовались плодом своих работ. Два ясных, цветущих мира один под другим полыхали в лучах светил. Маленькое светлое облачко еще сновало возле одного из водопадов, то расширяя, то сужая поток, не в силах оторваться от своего творчества. Оно то и дело вспыхивало радугой, вместе с результатом своих трудов, из-за проходящих сквозь них лучей солнца.
— Тэйши! — позвали его, но оно продолжало возиться с водой.
— Оставь, Озди, — ментально ответила другая энергия. Зовущий почувствовал эмоции радости и умиротворения, исходящие от невидимого собеседника. — Пусть играется. Тэйши почти в одиночку наполнила водой целых два мира, скажи, как мы пропустили момент, когда она так сократила сушу?
— Всполохи цвета красивы. Она сама их придумала, — веселая игривая энергия мелкими искорками разошлась по субстанции, которую назвали Озди и передалась второму общающемуся.
— Пора создать нечто новое, — к ментальному разговору присоединился третий, слегка светящийся неоновый шар, и перед общим сознанием завспыхивали образы.