Мята и соль (СИ)

— Что ты планируешь делать? — прошептала тихо. То, что находилось в отражении, мне почему-то нравилось. Мы нравились. Он, выше меня только на полголовы, что выглядело идеально, с широкими плечами и узкими бедрами, и я, пепельноволосая, по сравнению с ним хрупкая.
— Буду дальше тебя добиваться, — отозвался Рин почти бесшумно, прикасаясь губами к волосам у уха.
— Я не против… — улыбнулась, и он слегка недоверчиво усмехнулся в ответ. — Чтобы ты меня отпустил, — ехидно продолжила я и рассмеялась. Рин тут же послушался, но шутку мою не поддержал даже дежурным смехом. — Фи, Рин, ты становишься занудой, — я показала ему язык, оставив попытки растормошить.
Глава 20
Заметив, что он не знает, куда себя деть, махнула рукой на диван, приглашая присесть, сама отправилась в гардеробную за другой футболкой. Почему-то слова Дикса произвели на меня впечатление. Отыскав шорты покороче и топ, я надела их, молясь о том, чтобы они не вызвали у Ринсдея снова впадение в какие-нибудь крайности.
— Мне очень интересно, что за повод ты придумал, чтобы прийти? — будто бы пытаясь завести непринужденную беседу, я прошла к столу, исподтишка боковым зрением наблюдая за реакцией Рина. Он сидел, положив руку на спинку дивана, ногу закинув на колено. Пока внешне изменений никаких, но магия уже всколыхнулась, но как-то сонно, будто в трансе. Наверняка из-за металлических браслетов на его запястьях.
— Самый банальный — график твоих занятий, — его голос прозвучал немного ниже, чем обычно, а может, мне это показалось, так как тон был очень ровный и спокойный. — Я слышал, ты зачем-то искала змеиный камень. Не знаю, какого тебе нужно размера, но трех килограмм должно хватить. — С этими словами он махнул рукой, и в зеленоватом свечении на моем столе появилась черная глыба с квадратными узорами. Я даже прикрыла рот ладонью, чтобы скрыть свое поражение. Сантиг мне был нужен, чтобы инкрустировать им свой жезл и придать ему силу от металлических змеек Нижнего мира — тигов. Этот камень-металл имеет притягивающие свойства, заполучив его, я могла бы уже не вкладывать магнитные импульсы в удары, уничтожая этот тип тварей просто прикосновением оружия.
— Спасибо, Рин, огромный-то такой зачем?.. он же стоит конских денег! Я хотела его от тигов применять, — с восхищением ощупав слегка вибрирующую гладкую поверхность, я с благодарным взглядом повернулась к Рину. Он сидел, слегка поджав губы.
— Промахнулся с подарком, — сокрушенно отозвался принц, качая головой. — Теперь он тебе не нужен, тиги самые первые в ужасе проваливают прочь при одной только попытке ментального приказа заклинателя. Но тема классная, сама придумала?
— Да, но проверить не успела, и все равно, спасибо большое. Он пригодится во время вылазок. Тварей важно не только прогнать, но как можно больше убить, — я обошла диван сзади, опустила руки Рину на плечи и легонько прикоснулась губами к щеке. ИнЛекрит тут же накрыл мою ладонь своей, по-моему, даже не осознавая, этот жест получался у него как-то независимо от сознания. Я сразу отругала себя за то, что дружеские благодарности ему сейчас не помогут, но и торопить события не хотела.
— Вряд ли тебя сейчас кто-то выпустит в Нижний мир, — заметил Ринсдей, легко отпуская мою руку. — Сейчас куда важнее обучить тебя, раскрыть потенциал силы и запечатать Ту сторону раз и навсегда.
— Ты хотел сказать, вряд ли меня кто-то удержит, — усмехнулась я, с удовольствием демонстрируя ему тонкие лезвия, появившиеся из рук. Мгновение — и повинуясь воле, они укоротились и расширились, превращаясь в катары. — Сила все лучше подчиняется мне, но знаешь… она как будто не для этого. Будто я должна с ее помощью делать что-то другое. Что-то более… значимое. Может, большое. На что у меня пока не хватает воображения.
Рин слегка нахмурился, обдумывая мои слова. А я взвешивала за и против, стоит ли рассказывать ему о разговоре с Диксом, о потенциальных возможностях Таены.
— Я много думал о том, почему ты так легко противостоишь мне. Магия истинности — огромная и непредсказуемая сила, которая легко расплющивает любую самую крепкую волю. Такой же должна быть и мощь, что ей противопоставлена. Если взять немного истории, мифологии и бредней Дикса, — проговорил Рин после паузы, а я затаила дыхание. Значит, со своей полубезумной догадкой оборотень сначала пришел к нему. — То получается довольно логичная картина. Ты не влюбилась в меня. Просто, без всякой магии истинности, как мужчина, я тебе не интересен. А поскольку противостоять этой силе парности мощи у тебя более чем достаточно, ты могла отменить нашу связь, запланированную кем-то великим до нас.
 
— Рин, я никогда ничего такого не делала, — вклинилась я в паузу, которую он сделал, видимо, собираясь с мыслями.
— Я знаю, но нельзя просто так взять и влюбиться, даже если человек — твой истинный. Я к тебе тоже привыкал годами, сначала просто чувствуя тягу, а потом и без нее мне просто рядом было лучше, чем везде. Не смотри на меня так, мне не объяснить тебе сейчас, как это — лучше, надо это чувствовать. Будто… если ты не поблизости, то все теряет значение, краски, мой интерес ко всему гас, но стоило только нам пересечься, как жизнь тут же наполнялась звуками и… смыслом? Наверное да. Проходили уныние и скука, угасали плохие мысли, все проблемы казались разрешимыми. Пока не ощутишь, до конца никогда не поймешь, но если честно, я не завидую твоей самодостаточности. Да, без истинной всё блекнет и угасает. Но зато потом при близости или даже просто при виде истинной тебя будто распирает счастьем. Даже не счастьем. Нет такого слова, не придумали еще, насколько всё становится… потрясающе.
— Если это правда так. Если я первый чистый Д'энии за последние несколько тысяч лет. Таена. Может быть, я когда-нибудь смогу… отвязать тебя, — осторожно предположила я, но Рину эта идея совсем не понравилась. — И привязать к кому захочешь.
— Я уже привязан к той, с кем хочу быть. Я просто эгоист. Самовлюбленный слепой дурак, играющий с тобой по правилам всех остальных. Думавший, что на тебя распространятся те же чары, что и на прочих девушек — титул, деньги, пошлый юмор и просто много-много внимания.
— Ты просто мешал учиться, ИнЛекрит. Не будь заклятия, все могло бы быть иначе, — досадуя, что он так легко и даже без вариантов подумать отмахнулся от моего предложения разорвать нашу пару, я перебила его. — Иногда самое слабое и тупое заклятие может остановить любую изощренную и тонкую магию.
— Хочешь сказать, не так уж был и плох? — ухмыльнулся Рин одним уголком губ в щемящей сердце знакомой самоуверенной манере. Будто глодающий его страх внезапно замер и отступил на полшага.
— Был более, чем плох. Бесил и раздражал одним своим видом, — рассмеялась я, наконец выдохнув и позволив себе пересесть с кресла к нему на диван, не совсем рядом, но близко. Рин улыбнулся и вдруг сразу же нахмурился.
— Ты ела сегодня что-нибудь? — спросил он серьезным, чуть ли не учительским тоном. Я не успела перестроиться с его расслабленности на серьезность и зависла, пытаясь вспомнить то, чего он от меня хочет узнать.
— Нет. Нет, не успела. Мы еще можем попасть на ужин в Малый зал, — сверившись на всякий случай с ментальными часами, ответила я, подумав, что он, скорее всего, тоже ни крошки не смог проглотить сегодня.
— Если ты хочешь, можно поесть прямо здесь, вдвоем, — предложил Рин. Я заверила, что совершенно не против никуда не идти, не делать дела и не видеть людей, на что Рин, не сдержав смешка, махнул рукой в сторону журнального столика. Он тут же стал значительно выше, максимально удобной высоты по отношению к дивану, слегка увеличилась площадь столешницы, и на ней тут же появились всевозможные блюда и закуски. Хрустящий ржаной хлеб, порезанный ровными кусками, мясная тарелка, изящно и тонко сервированная бужениной, вяленым мясом, различными колбасами, два закрытых клошами плоских блюда тушеного филе индейки с овощами, отдельно свежие овощи, два вида миниатюрных канапе, два пустых бокала, два стакана с соком и солонка с перечницей. И это все… он сотворил в антимагических браслетах.