Путь к себе

— Прости меня, — прошептал он виновато. — Сам не знаю, что на меня нашло.
— Зато я знаю, — тихо сказала Виолетта. — Ты такой же, как мой они. Вообразил, что я твоя собственность, что можешь решать за меня. Не надо, а то у нас ничего не получится.
— Не ходи туда больше, — попросил он. — Это не для тебя.
— Знаю, но это всего лишь на время. Мне нужны деньги, чтобы вернуться в Москву, домой.
— Я увезу тебя отсюда. Об этом не беспокойся. Я хочу, чтобы ты всегда была со мной.
— И я хочу того же, но ты должен научиться уважать меня. Еще одной такой сцены я просто не выдержу. — Она вдруг улыбнулась и потерлась щекой о его щеку. — Хотя, надо признать, ты появился как раз вовремя.
Кирилл Банев. Имя всплыло в памяти неожиданно. Как это он раньше не подумал о нем? В последнее время Кирилл работал в администрации окружного управителя и заведовал художественным сектором. Кроме организации выставок и распродаж картин и прочих предметов искусства, он занимался уличными художниками и наверняка знал их всех наперечет. Через него проходили все, кто хотел заниматься своим ремеслом из Золотых Песках и в прилегающих курортных зонах.
Иван долго размышлял об этом и наконец, пришел к выводу, что если Виолетта последовала совету Стефы и отправилась на Золотые Пески, единственное, чем она могла заработать на жизнь, — это рисование. А значит, Кирилл и есть ют самый человек, который может помочь ему найти Виолетту.
Он бросился к столу и принялся потрошить ящики в поисках своей телефонной книжки. Она как назло куда-то запропастилась. Всегда у него так. Нужные вещи исчезают в самый неподходящий момент. Где он ее видел в последний раз?
Иван перерыл всю квартиру, даже заглянул зачем-то в ванную и туалет. Безрезультатно. Взмокший, усталый и злой, он рухнул на кровать и закурил. Идиотизм какой-то! Потратить столько драгоценного времени, и все впустую. Иван проклинал себя за безалаберность. Сколько раз, очутившись в подобной ситуации, он клятвенно обещал себе класть все на место, но почему-то дальше обещаний дело не шло.
Затушив сигарету, он обхватил руками подушку и попытался еще раз вспомнить, где… Тут пальцы его наткнулись на что-то твердое. Еще не веря своей удаче, он извлек из-под подушки вожделенную книжку. Значит, пока он метался по квартире, превращая ее в форменный бедлам, она преспокойненько лежала здесь и насмехалась над ним.
— У-у-у! — Иван от досады даже замахнулся на нее. — Нашлась-таки, голубушка.
Он быстро набрал номер. Долгие гудки, приглушенный треск в трубке. Неужели никого? Он совсем было уже собрался повесить трубку, как вдруг услышал низкий женский голое:
— Алло-o! Я слушаю.
Этот волнующий хрипловатый голос со своеобразной манерой растягивать слова мог принадлежать только одной женщине на свете. Лоле, жене Кирилла. Создавая ее, природа, наверное, немало позабавилась. Обладательница этого волшебного голоса была на редкость некрасива. Длинный острый нос и копна жестких черных волос делали ее похожей на ворону. Ивану при встрече с ней всегда хотелось закрыть глаза, слушать, но не видеть.
— Привет, Лола, это Иван Маринов.
— Ванчо-о, пропащая душа-а! Я та-ак рада тебя слышать. Ты совсем на-ас забыл.
— Прости, Лола, совсем зашился.
— Знаю, зна-аю. Натурщицы заму-учили бедняжку. Смотри, не надорвись.
— Постараюсь. А муженек твой дома? Можно его?
— Любому другому я бы ответила «не-ет». Припал к телевизору в обни-имку с тарелкой спагетти. Футбо-ол. Сам знаешь, святой момент в его-о жизни. Но ради тебя-а я готова рискнуть.
Иван знал, что Кирилл был страстным болельщиком и только землетрясение или цунами могли оторвать его от телевизора во время матча. Он даже почувствовал угрызения совести, но быстро подавил их. Время не терпит.
— Панчо, старик, — услышат он ворчливый голос Кирилла. — Ты что, нарочно?
— Извини, Кирилл, я понятия не имел, что сейчас футбол. Ты же знаешь, что у меня телевизора нет.
— До сих пор? Дикарь! Каким был, таким и остался. На следующий день рождения подарю тебе телевизор, так и знай.
  
— Не смей! На порог не пушу. Лола поймет и простит.
— Лола тебе что угодно простит. Так что там у тебя? Имей в виду, что если какая-то чепуха, тебе несдобровать. Лола! — крикнул он жене. — Смотри внимательно, потом расскажешь.
— Кирилл, очень прошу тебя, отвлекись. Мне срочно нужна твоя помощь.
Иван коротко, не вдаваясь в ненужные подробности, обрисовал ему ситуацию.
— Ясно, — хмыкнул Кирилл. — Очередная пассия дала деру.
— Тут совсем другое, пойми. — Иван почувствовал глухое раздражение. — Она — дочь моего друга и моя ученица. Совсем молоденькая, неопытная. Может попасть в дурную компанию. Да мало ли что. — Иван врал напропалую и сам удивлялся, как легко у него это выходит.
— Одно тебе могу сказать совершенно точно, — голос Кирилла стал серьезным, — она за лицензией не приходила. Судя по твоему описанию, такую птичку не запомнить нельзя. А это означает, что она работает нелегально, если она вообще здесь. Долго это продлиться не может. Художники сами настучат. Тут конкуренция ого-го, они ведь крупные деньги и лицензию платят.
— Что же делать? — Иван совсем сник.
— Не отчаивайся, старик, я завтра с утра наведу кое-какие справки. Ты же знаешь мои связи. Найдется.
— Спасибо, я твой должник.
— Не слеши. Позвони мне завтра на работу часиков в двенадцать. Может быть, к тому времени что-нибудь и прояснится. Пока.
Атанас не спал почти всю ночь. Выпил несчетное количество чашек крепчайшего кофе, выкурил почти две пачки сигарет и все листал и листал адресную книгу. От мелкого шрифта рябило в глазах. Сколько их расплодилось за последнее время, турбюро и агентств всех мастей, не перечесть. К утру был готов внушительный список.
Станчо подъехал к девяти часам, как и было условлено. При виде его свежевыбритого цветущего лица Атанас почувствовал себя совсем разбитым. «Отсыпался, небось, всю ночь, не то, что я», — с раздражением подумал Атанас. Отражение в зеркале оптимизма не прибавило. Покрасневшие, воспаленные глаза, черная щетина Видок гот еще, кого угодно напугает. Он включил было электрическую бритву, но потом передумал. Пусть все остается как есть.
— Поедем сейчас же, — сказал он Станчо. — Будем танцевать от автосалона.
Агентство «Варна-тур» стояло в списке первым. Дверь открыла молоденькая девушка, видимо, секретарша. При виде Атанаса она невольно попятилась.
— Начальник здесь? — Он толкнул дверь, и они вошли в небольшой холл.
Девушка нервно сглотнула и кивнула головой.
— Веди!
— Владимир, это к тебе, — неуверенно произнесла девушка, открывая дверь справа.
Не дожидаясь приглашения, Атанас и Станчо вошли в кабинет. За столом сидел довольно молодой человек со светлой курчавой бородкой. Он привстал им навстречу и указал рукой на стулья:
— Прошу садиться. Я — Владимир Райнев, президент фирмы. Чем могу быть полезен?
— У нас конфиденциальное дело, — сказал Атанас и выразительно посмотрел на секретаршу, застывшую в дверях.
— Ты можешь идти, Катя, — сказал Райнев девушке.
Та, поколебавшись, неплотно прикрыла за собой дверь. Атанас кивнул Станчо. Тот сразу же поднялся и вышел вслед за секретаршей. Атанас повернулся к Владимиру, который уже почуял что-то неладное и настороженно смотрел па него, не зная, чего ожидать. Атанас выдержал паузу.
— Как я уже сказал, дело конфиденциальное и срочное. Иначе я не приехал бы сюда сам, а прислал бы кого-нибудь из своих ребят. Ты понимаешь, о чем я? — Тяжелый взгляд из-под косматых бровей заставил Владимира вздрогнуть.
«Наезд, — тоскливо подумал он. — Так скоро». Он много раз слышал о подобном от своих знакомых, но, оказавшись в такой ситуации сам, совершенно растерялся.
— Боюсь, что не понимаю. — Голос плохо подчинялся ему.
— А жаль. — Атанас достал сигарету, закурил и выпустит дым прямо ему в лицо. — Обычно меня понимают с полуслова.