Далекие странники (СИ)

 Том 1. Глава 5. Злодеи 
Примечание к части
Чжан Чэнлин (张成岭)
张: открывать, распространять;
成: добиваться успеха, достигать высот, зрелый; 岭: горный хребет.
Единственный оставшийся в живых представитель влиятельного клана Чжанов. Был спасён старым знакомым его отца и поручен Чжоу Цзышу для сопровождения в безопасное место. Владеет базовыми навыками кунг-фу. Хороший мальчик.
— Моя фамилия Чжан, полное имя Чжан Чэнлин, — парнишка сидел бледный как бумага.
Хотя его одежда порвалась и запачкалась, было заметно, что она сшита из прекрасной парчи, которую не мог себе позволить простолюдин.
— Чжоу… — мальчик замялся, не зная, как обратиться к неряшливому мужчине, похожему на нищего.
— Называй меня шушу,[27] — без промедления отозвался тот.
Чжан Чэнлин безуспешно попытался выдавить улыбку. Поникнув головой, он уставился пустым взглядом на грязный, покрытый засохшей травой пол храма. Роковые события этой ночи слишком внезапно и болезненно обрушились на подростка. Его разум не поспевал за происходящим, и мальчик чувствовал себя совершенно потерянным.
— Чжан Чэнлин? — переспросила Гу Сян. — Звучит знакомо.
— Твой отец, случайно, не господин Чжан из Наньхэ?[28] — поинтересовался Чжоу Цзышу.
— Ты сын Чжан Юйсэня? — на хорошеньком личике Гу Сян промелькнуло сомнение наряду с вопросом: «Как, скажите на милость, Чжан Юйсэнь произвёл на свет такое бесполезное ничтожество?».
Чжан Чэнлин боковым зрением заметил её нелестную ужимку. Он сразу съëжился, стиснул кулаки и ниже опустил голову.
Чжоу Цзышу решил предотвратить обидные замечания Гу Сян, которая обладала убийственным даром говорить в лицо людям то, что они меньше всего хотели слышать.
— Молодой господин Чжан, прошу извинить меня, — тактично кашлянул Чжоу Цзышу. — Я должен был узнать вас раньше.
Гу Сян обрушила на мальчика град вопросов:
— Твой отец — местная знаменитость, верно? Мы прибыли сюда позавчера, а уже слышали, что в молодости Чжан Юйсэнь прославился как герой! Потом ему это надоело и он решил, что дела цзянху его больше не касаются. Обустроился тут, в Цзяннани, торговал да копил богатства, и знать не хотел ни о каких геройских делах, так ведь? Я ещё слышала, что в ваше поместье пускали на постой всех подряд, надо только было назваться мастером боевых искусств. Вроде как это отпугивало лихих людей. Почему же, когда дошло до дела, злодеи не испугались? Кто посмел напасть среди ночи на сына такого важного господина?
Тон сказанного настолько сквозил пренебрежением, что пожилая служанка не выдержала и возмутилась:
— Мой хозяин был великим человеком! Благородным, добрым, справедливым и щедрым благодетелем. Он всегда протягивал руку помощи нуждающимся, даже если не был с ними знаком.
Гу Сян ухмыльнулась и ехидно заметила:
— Полно вам, тётушка! Все мы знаем, какой у этого мальчишки замечательный отец. А что толку, раз этот благородный герой позволил загнать вас посреди ночи, словно дичь на охоте?
Отцу Чжан Чэнлина недавно исполнилось пятьдесят. Он заслужил прекрасную репутацию высоконравственным образом жизни. После ранней женитьбы и рождения детей Чжан Юйсэнь почти не участвовал в делах цзянху. Но если в мире боевых искусств планировалось важное событие, его всегда приглашали в память о прошлых заслугах. Возможно, беспардонное поведение Гу Сян было непреднамеренным, однако ей стоило прикусить язычок. Покойный господин Чжан имел право на уважение хотя бы в силу почтенного возраста. Поэтому Чжоу Цзышу снова вмешался, повернув разговор в другую сторону:
— Кем был человек, который только что пытался вас убить?
Чжан Чэнлин молчал целую минуту, а потом тихо ответил:
— Это был Сюэ Фан, Призрак Висельника.[29]
— Кто-кто?! — одновременно воскликнули Чжоу Цзышу и Гу Сян.
Первый нахмурился, а на лице второй отразилось недоумëнное потрясение.
Чжан Чэнлин повторил, чётко проговаривая каждое слово:
— Призрак Висельника Сюэ Фан. Я своими ушами слышал, как к нему обращались пособники.
 
Мальчик сделал глубокий вдох, словно запоздало вспомнил о чём-то. Кровь, дымное пламя в ночи и душераздирающие вопли пронеслись в его памяти и оглушили осознанием потери. С лица Чжан Чэнлина сбежали все краски, а тело начала бить крупная дрожь. Он не мог вымолвить ни слова.
Гу Сян отпрянула в сторону:
— У него что, припадок?!
Чжоу Цзышу бросил на Чжан Чэнлина сосредоточенный взгляд и поспешно поймал его, не дав упасть на землю, а затем надавил на нужную акупунктурную точку, чтобы усыпить мальчика. Когда Чжан Чэнлин обмяк в его руках, Чжоу Цзышу бережно уложил парнишку на пол и вздохнул:
— Это реакция на потрясение. Его разум перегружен болезненными воспоминаниями, пусть отдохнёт немного.
Он повернулся к испуганной служанке:
— Тётушка, так что случилось с кланом Чжанов?
Увидев состояние молодого господина, эта простая женщина потеряла самообладание. Лишь после долгих рыданий и причитаний она, запинаясь, поведала о трагических событиях.
В полночь на заднем дворе поместья вспыхнул пожар, потом из ниоткуда появилось множество людей в чёрном, похожих на демонов, упавших с неба. Самое ужасное, что те самые «мастера боевых искусств», которые жили в поместье, не смогли дать отпор. Оказалось, к тому времени все они были убиты. Остался только старый Ли. Этот нелюдимый ворчун прибыл в Сучжоу лет пять назад. Он отказывался ночевать и столоваться в поместье Чжанов, считая, что в этом случае ничем не отличался бы от наёмного охранника. Тогда как его целью была исключительно оплата долга Чжан Юйсэню. Поэтому старик занимался переправой людей через реку, готовый встать на защиту поместья в любой момент. Именно благодаря ему род Чжанов был с трудом, но спасён от полного уничтожения.
— Старый Ли правда был выдающейся личностью, — вздохнул Чжоу Цзышу, нарушив тяжёлую тишину, возникшую после слов пожилой женщины.
Убитая горем рассказчица, конечно, не понимала взаимосвязей всего происходящего в цзянху — она была обычной служанкой, потерявшей под старость лет то немногое, что имела.
— Тётушка, у вас остались родственники? — спросил её Чжоу Цзышу.
— На южном конце города живёт мой племянник, — всхлипнула она.
Чжоу Цзышу достал из-за пазухи золотой слиток и протянул женщине.
— Тогда возьмите это и уходите. Вы уже доказали свою преданность, проводив сюда молодого господина. В вашем возрасте не стоит терпеть новые испытания.
Служанка взяла слиток и рефлекторно прикусила. Когда она поняла, что сделала, то смущённо улыбнулась и тихо признала:
— Верно, эта глупая старуха будет лишь обременять молодого господина.
Женщина заботливо развела огонь, но не захотела оставаться в заброшенном храме рядом с поросшими сорняками могилами. Чжоу Цзышу рассудил, что преследователи не станут рыскать по городу в поисках скромной служанки. Поэтому он довёл старушку до ворот, вполуха выслушал её слова благодарности и, распрощавшись, вернулся ночевать в храм.
Близилась полночь, и Чжоу Цзышу уже беспокоило покалывание в груди — так начиналось действие ядовитых гвоздей. Обычная боль от ран или внутренних травм не была такой мерзкой. Сейчас ему казалось, что маленькие ножи медленно пронзают меридианы один за другим. К счастью, за полтора года Чжоу Цзышу привык к таким приступам. На его лице не дрогнул ни один мускул, а обморочную бледность надёжно скрыла маска, так что Гу Сян ничего не заподозрила.
Чжоу Цзышу мысленно связал пренебрежительное отношение девушки к Чжан Юйсэню с её загадочным спутником в серых одеждах и решил немного прояснить ситуацию. А заодно отвлечь внимание языкастой девицы от собственной скромной персоны:
— В таверне ты была в обществе молодого господина. Почему сегодня он не с тобой?
— Как ты узнал, что он со мной? — вопросом на вопрос ответила Гу Сян, а затем кивнула своим мыслям. — Ну конечно! Ты слышал наш разговор, не так ли? Вот почему ты повторил слова моего господина!