Становление Патриарха (СИ)
Потуги в метамагию, невербалку и прочие элементы «высшего пилотажа» были признаны «достойными одобрения за старания, но ничтожными по сути». После чего эта… эта… смесь какой-то «Гермионы Грейнджер» со «сферической принцесской в вакууме» принялась кушать мне мозги чайной ложечкой, начиная с самых основ. Нет, оно, бесспорно, было полезно, эдакое прослушивание занимательного эссе на тему «как я читал чародейский справочник», но всё равно было как-то… ай, ладно, главное, что учит и явно старается, если верить испытываемым чародейкой эмоциям. И тем не менее старт получился резкий во всех отношениях. И ещё было очевидно, что Эндаэль не имела какого-либо опыта в обучении. В том смысле, что ключевой материал подавался прекрасно, просто… помимо него также выдавалась целая пропасть откровенно лишнего, вроде того, когда был придуман такой-то метод, кем, в каких обстоятельствах, кто с этим методом спорил и в чём именно. Оно, может, и интересно в плане общего развития и просвещения, но лично мне глубоко плевать на того же Мелфа, кем он там был и как дошёл до своей знаменитой «Кислотной Стрелы», меня интересовала только конкретно рекомая стрела и возможность превратить её в шар/поток/лужу/конус и так далее. Эти знания тоже были у леди-чародейки… наверное. И она даже была не против ими поделиться… предположительно, но вот исполнение «замыливалось» кучей нафиг не нужных деталей. Но и отмахиваться и торопить, типа «давай ближе к делу», я не мог — не тогда, когда меня взялись подтягивать по собственной инициативе и бесплатно. Так что терпим. Мотаем на несуществующий ус и превозмогаем массу лишних деталей, как бы грустно и печально они ни делали — не спасала даже явно подозревающая меня в желании закрутить интрижку на стороне Айвел, что тоже слушала импровизированную лекцию об «основах плетений» и «функциональных блоках», сдобриваемую историями о «трёх годах исследований и неудачных попыток» (пересказ попыток прилагается) или иных казусах чародейской науки. Вернее, миниатюрная смуглянка скорее подозревала нежданную златокудрую гостью в том, что та хочет меня заполучить и отобрать для каких-то своих целей, подозрения же в мой адрес были скорее «для порядку» и в плане «с чего это он?», что базировалось скорее на моей любви к «сладенькому», которую девушка прекрасно прочувствовала на себе за эти полгода. Но, как уже сказано выше, её потешное Бдение и милая суматоха в эмоциях не спасали меня от грусти студента на мутной лекции обожающего соскочить в сторону от темы препода. Но моральную поддержку я ценил, да. Даже если она не совсем поддержка и не совсем меня.
Прервалась лекция только ближе к вечеру, когда в домик вернулась Линвэль — по-прежнему промёрзшая, голодная и уставшая. Причём в этот раз настолько, что вот вообще никак не среагировала на «новую девицу» в нашем доме, будучи куда более заинтересована в горячей еде, одеялке и «Печечка моя любимая, дай я тебя обниму! Ты одна меня любишь, не то что эти мерзкие сугробы и друиды-снеговики!». Кажется, подобное пренебрежение обидело Эндаэль даже сильнее, чем мог какой-нибудь скандал на тему «что это за кошка драная у нас в доме и чем это вы тут втроём занимаетесь⁈». Правда, обида обидой, а факт оставался фактом — обед был давно, а готовка Айвел оставалась изумительной, так что отужинать с нами девушка вполне согласилась. А там, немного подобрев, нормально познакомилась с лучницей (тоже подобревшей) и договорилась о каком-никаком расписании, всё-таки у всех тут были свои планы и дела, которые стоило учитывать. Вот так вот и началось моё знакомство с остроухой наставницей, местами весьма занудной, местами — заносчивой и откровенно надменной, но в целом весьма приятной молодой эльфийкой.
Между тем входная дверь за ней закрылась, и первое, что сделала Линвэль, это с предвкушающе-коварным видом повисла на мне, заключив шею в кольцо рук.
— Ну, рассказывай! — сказано было с просто до неприличия хитрой улыбочкой и бесчестно проникновенным приёмом «глазки».
— Я ведь уже рассказывал вчера, как помог богатенькой эльфийке, и даже принёс трофейное оружие и немножко денег, — улыбаюсь в ответ, привычно располагая руки на узкой талии.
— Как ты смог убедить её прийти к нам и начать тебя учить магии⁈ — и не подумала отставать эльфийка. — Она ведь — золотая! Их даже придержать дверь не допросишься, когда ты с корзиной пытаешься пройти!
— Это получилось случайно… — вильнул я глазками.
— Ты опять сделал что-то героичное, чем поверг женское сердце? — степенно-понимающим тоном нанесла долгожданный удар во фланг Айвел, что до-о-олго этого сегодня ждала.
— Ты так говоришь, будто я делаю так постоянно, — оправляю ей укоряющий взгляд.
— Но ведь так и есть, — ничуть не смутилась миниатюрная смуглянка, подойдя ближе и приобняв меня лапками, «чтобы не сбежал». — Хотя, возможно, это направлено только на тех, в ком есть эльфийская кровь.
— Да-да-да, — веселясь, поддержала её Линвэль, — мы втроём прекрасно знаем, как кое-кому нравятся девушки с острыми ушками, так что признавайся… — носик лучницы придвинулся совсем близко, почти касаясь моего, а бледно-зелёные глаза та-а-ак смотрели в мои, что… Ну вот, вроде бы влиять на чужой разум тут умею только я, но в данном случае взламывали именно мой мозг, как с мужчинами умеют делать только женщины.
— В чём признаваться? — не спешил, однако, сдавать рубежей я, тем более что… Ну, эй, я же ни в чём не виноват! Я ничего не делал! И даже не думал! Я невиновен!
— Во всё-о-ом…
— Во всём — слишком долго…
— Тогда только про Эндаэль.
— А что я сделал с Эндаэль?
— Вот-вот, что ты сделал с Эндаэль?
— Или что планируешь сделать? — поддакнула рыжая плутовка, тоже активно ловя мой взгляд. Причём, судя по их эмоциям, обе меня вот вообще ни в чём не обвиняли, но дружно настроились попытать и добиться «Истины», ибо с развлечениями у нас не очень, а тут интриги! Расследования! Ещё и мужчинка глазками бегает, как же моментом не воспользоваться?
— Я верен своей команде! — ухожу в несознанку, принимая правила игры. И в «доказательство» своих слов смещаю левую руку несколько ниже талии лучницы, на то место, которое и покруглее, и помягче, а правую перекладываю на аналогичное ему, но уже у плутовки, чтобы «верноподданнически» пожамкать.
— Это не ответ! — ещё больше развеселилась Линвэль.
— Совсем не ответ, — солидно поддержала её Айвел.
— И какой же ответ вы хотите услышать?
— Убедительный! — без малейшего сомнения ответила рейнджер.
— Убеждать можно в разных вещах… — тактично замечаю на это требование.
— А ты убеди в чём-то хорошем! — продолжила азартный нажим русоволосая красавица.
— Просто признайся, что о ней думаешь и что планируешь? — пришла мне на помощь рыжая полукровка, возвращая разговор в более конструктивное и конкретное русло.
— Да ничего, — коротко чмокнув в губы Линвэль, подхватываю под попку Айвел, чтобы повторить манёвр выражения чувств, — это действительно было совершенно внезапно. Вчера я просто ей помог, да и что можно планировать, когда она мало того, что волшебница, — и явно не авантюрист, а потомственная, — так ещё и солнечная эльфийка? А сегодня мы просто встретились в Колледже, когда я пришёл задать пару вопросов по метамагии.
— И она предложила тебе помощь? — всё ещё вися в моих объятьях, ведь на пол я её не ставил, скептически вскинула бровь Айвел.
— Фактически — да, — пожимаю плечами. — Сперва она допыталась, кто я и что тут делаю, потом посмотрела на список моих вопросов, возмутилась тому, как эти элементарные вещи можно не знать, а потом предложила помощь в благодарность за своё спасение.
— Так! — вернула к себе внимание Линвэль. — Пойдём-ка в кровать — там всё расскажешь подробно!
— Боюсь, в кровати с рассказами не задастся… — счёл должным напомнить я ту истину, что была частью нашей жизни уже не первый месяц.
— Ничего, мы справимся, — с хитрой ухмылочкой заверила лучница.
— Будете пытать? — теперь бровь вскидывал я.