Ложная девятка (СИ)

Стрельцов имел в виду как раз нападение. В этом сезоне с ним у автозаводцев дела обстояли плохо. Не хуже всех в чемпионате, конечно, но всё равно плохо.
Всего 16 забитых мячей в 19 играх, меньше гола за игру. К примеру, занимавший тринадцатое место «Металлист» сумел отличиться 22 раза.
Про тройку лидеров же и говорить не стоит. Идущий третьим «Днепр» забил 33 мяча, минское «Динамо», которое шло вторым, отличилось 28 раз. Столько же, сколько и промежуточный лидер «Черноморец».
Одесситы и минчане вообще шли практически нога в ногу. Обе команды забили по 28 мячей и набрали к текущему моменту 24 очка.
«Черноморец» лидировал только благодаря большему количеству побед.
— Да, с хорошими нападающими сейчас у всех туго, — согласился со Стрельцовым Иванов. — В чемпионате вообще мало забивают. И раз уж ты заговорил про главную команду, то это значит, что ты думаешь, что у этого Сергеева есть перспективы попасть в команду мастеров?
— Сто процентов. Я даже больше скажу: у него их больше, чем у всех игроков, которые ездили в Орловскую область, вместе взятых. В пятнадцать лет, у любителя! Ну, может быть, у всех за исключением Димы Харина, но тот вратарь, так что это другое.
— Да, это другое, — задумчиво повторил за Стрельцовым Иванов.
Потом он встрепенулся и заговорил уже совсем другим тоном.
— Эдик, ты знаешь моё отношение ко всяким советчикам и доброхотам, — Стрельцов кивнул, — и про то, как я отношусь к попыткам решить что-то важное в клубе через мою голову, ты тоже знаешь. Команда мастеров, дубль — не важно, — снова кивок, — но при этом ты уже поговорил с парнем и его родителями. Любой бы другой кроме тебя уже бы вылетел из моего кабинета после подобного. Но не ты. Пожалуй, что только тебе такое и позволительно. Но в любом случае я не могу просто так согласиться. Давай так, ответь только честно: ты готов, скажем так, поставить на кон место в команде? Если твой протеже окажется пустышкой и вылетит из команды, то ты отправишься вместе с ним.
Услышав это, Стрельцов не колебался ни минуты. Во-первых, он был уверен, что Иванов блефует, показывает свою власть. Ну а во-вторых, и это гораздо важнее, Эдуард Анатольевич не сомневался в своей правоте.
Парень и правда был очень талантливым, возможно, вернее даже скорее всего, талантливее его самого.
— Да, Валь, я готов. И даже не сомневаюсь в этом. Этот пацан будет играть у тебя в команде. И скорее всего очень и очень скоро. Я уверен.
— Ладно, значит, так тому и быть. Пусть Кабан всё оформляет. И как только этот новичок будет у тебя в дубле, я хочу на него посмотреть.
— Обязательно.
  
Глава 13
 
— Значит, уезжаешь? — полуутвердительно сказал Колька, когда я рассказал ему о результатах беседы со Стрельцовым.
— Ну да. Уезжаю. Отцу дают служебную квартиру недалеко от ЗиЛа, пока он будет там работать, я буду с ним жить. Школа там же, недалеко от завода. Но это всё так, частности. В любом случае большую часть времени я буду тренироваться и играть.
— «Торпедо», ну надо же! Широко шагаете, товарищ Сергеев, — в шутку мой приятель обратился ко мне именно так.
— Ну а что? Не отказываться же мне было.
— Это да. Футболист хренов! Ты что, не видишь, что у тебя клюёт!
— Вот чёрт, да!
Вот не зря говорят, что рыбалка не терпит болтовни. Пока мы с Колькой обмолвились всего парой слов, поплавок моей удочки успел уйти под воду и не собирался показываться на поверхности.
Я резко подсёк, а потом заработал катушкой. Пара секунд, и над водой показалась рыба. Вернее даже не так, РЫБА!
Хороший такой жерех, сантиметров тридцать, не меньше.
— Только попробуй упустить этого красавца, Славик! Вот только попробуй, — закричал Колька и с сачком полез в воду.
Ловкое движение этой вспомогательной снастью, и всё — никуда рыба от нас уже не уйдёт.
— Слушай, Коль, думаю, этого достаточно для ужина, — сказал я, когда выловленная мной рыба заняла место с другой добычей.
— Полностью с тобой согласен, Слав. Достаточно.
Мы смотали удочки, убрали всё лишнее в Колькин рюкзак, а потом я прыгнул в воду.
  
Спустя секунду вслед за мной полетел баллон от сто тридцатого ЗиЛа, само собой надутый.
Колян занял в нём место, я погрузил на своего приятеля наши вещи и приступил к выполнению своих обязанностей мотора для этого импровизированного плота.
Нам предстояло переправиться на другой берег Зуши.
Два часа назад мы таким же макаром прибыли на место нашей с Колькой рыбалки, и теперь пришла пора возвращаться.
Само собой, что в первый раз Колька меня вёз. Сейчас пришла моя очередь.
— Ну что, рыбаки, поймали нам ужин? — спросила меня моя сестра Ольга, когда мы оказались в месте своего назначения.
— Конечно, в лучшем виде! — Колька тут же похвастался уловом. — Тут килограмма три рыбы, может даже и больше.
Сестрица тут же вознаградила моего приятеля поцелуем, само собой в щёчки, и довольно захлопала в ладоши.
— Какие вы молодцы, мальчики!
— Только готовить вы будете, — сказал я, доставая баллон из воды.
— Само собой, Ярик, а то я знаю твою готовку, всю рыбу испортите, — ответила Ольга, — но сначала купаться…
* * *
Сестра приехала из Москвы буквально на следующий день после того, как я договорился со Стрельцовым. И можно сказать, что нагрянула она как снег на голову.
Когда мы с ней в последний раз разговаривали, Ольга со своими однокурсниками планировала сразу после экзаменов укатить в Крым.
Девушка она видная, как говорил отец, вся в его мать, нашу с Ольгой бабушку: грудь с попой у сестрицы отличные, плюс талия, симпатичное личико с голубыми глазами под густыми ресницами и коса до пояса.
Само собой, что такая краля (так Ольгу называл, например, Борян Борисов, который учился с ней в одном классе, само собой, пока дважды не остался на второй год) пользовалась повышенным вниманием парней, и в институте у сестрицы тоже нашлась любовь. В сети Ольги попался студент четвертого курса Виктор Викторов, как она говорила — красавец-мужчина, староста группы и, что немаловажно, счастливый обладатель московской прописки и один из тех, про кого можно сказать, что он представитель золотой молодёжи по-советски. Папаша Виктора, тоже Виктор и тоже Викторович (глупость полнейшая, как по мне), только что вернулся из Швейцарии, где работал в торгпредстве.
Вот с ним, парой своих подруг и его друзей Ольга и планировала отправиться в Крым. Притом не на поезде, а аж на двух машинах — Виктора и его приятеля.
Но не срослось. Буквально за пару дней до того, как вся их компания должна была отправляться в Крым, Ольга обнаружила своего хахаля в одной кровати с Лидочкой, своей теперь уже бывшей лучшей подругой.
В итоге Витя был послан нахер, туда же отправилась Лидочка, и Ольга приехала в родные пенаты лечить душевные раны. Компанию ей в этом составили две другие подруги сестры, не такие вероломные как Лидочка, а может, не такие эффектные, кто знает.
А тут мы с Коляном и еще одним моим одноклассником, Вовкой, которого все кроме как Длинным и не называли, собрались на несколько дней на природу. В поход, как мы втроём называли наше предприятие.
И Ольга, когда я озвучил свои планы, тут же села к нам на хвост со своими подругами.
Вернее, попыталась, но была поначалу послана. Само собой, мной. Нафига мне сестра, пусть и с двумя подругами, пусть и не такими красивыми как она, но тоже очень даже ничего.
Но получив от меня отказ, эта змея, по-другому не скажешь, применила обманный маневр и склонила на свою сторону и Кольку, и Длинного — оба этих предателя откровенно пускали слюни на трёх студенток.
А окончательно добил мои планы отдохнуть в суровой мужской компании отец, который предложил Ольге отправиться за город на своей машине. Она, мол, ему не очень-то и нужна в Москве. Добраться до столицы можно и на поезде, тут ехать-то всего ничего: в 23:50 симферопольский поезд прибывает во Мценск, а уже в семь утра он на Курском Вокзале. А квартира, которую отцу от щедрот выделил ЗиЛ, на Павелецкой, а это всего одна станция от Автозаводской.