Поцелуй на краю ночи (СИ)
Поцелуй на краю ночи
Глава 1. Знакомство
Лютер притормозил перед дорожным знаком, и косые стрелы дождя полетели сквозь желтый свет фар, метя в название города. «Добро пожаловать в Танорок» — гласила выцветшая от времени надпись. Чуть дальше вдоль дороги стоял розовый пикап, а справа, на крутой насыпи, девушка сажала цветы.
Лютер любил загадки. Это было одной из редких радостей в его жизни — находить ответы на неожиданные вопросы, складывать головоломки и узнавать тщательно скрываемые ото всех секреты. Поэтому он заглушил мотор и, выйдя из машины, прислонился к капоту, наблюдая за незнакомкой.
В другой ситуации он бы проехал мимо не задумываясь, но девушка, высаживающая клумбу в три часа ночи, — это как минимум интересно.
Она заметила свет фар и обернулась. Выпрямилась и взмахнула руками, едва не съехав вниз по мокрой траве. Красивая брюнетка, лет двадцать с небольшим, неужели у нее не нашлось занятий лучше, чем сажать календулу под покровом ночи, да еще в дождь?
— Буква «у» кривовата, — заметил Лютер. — Сделай хвостик длиннее.
Ночная фея высаживала цветы не хаотично, а по выверенной схеме, которая в итоге складывалась в слово «мудак». Днем будет видно издалека. Лютер обернулся и глянул на дом, расположенный напротив насыпи.
— Кто там живет? — спросил он. — Твой бывший? Что он сделал?
Девушка отряхнула руки от земли и, неспешно спустившись, остановилась напротив. В свете фар ее смуглая кожа казалась золотистой, а светло-карие глаза вспыхнули янтарем.
— А тебе какое дело? — нахально поинтересовалась она, стаскивая перчатки. — Езжай куда ехал.
— Я не в силах проехать мимо явного нарушения общественного порядка, — соврал Лютер.
В силах, и еще как. Но хамские цветы интриговали.
— Я занимаюсь озеленением города, — возразила девчонка. — Что тут плохого?
— Слово носит негативную окраску.
— Правда часто оскорбительна.
— Его могут прочитать дети.
— Твои нотации никому тут не интересны, — отрезала она. — Как ты вообще умудрился разглядеть что-то в темноте?
— У меня отличное зрение, — похвастался Лютер.
— Рада за тебя. Но ты явно не коп, так что…
Лютер достал из внутреннего кармана плаща удостоверение и не без удовольствия ткнул его под нос девушке.
— Специальный агент Лютер Фосберг, — мрачно прочитала она.
— Очень крутой коп, — заявил он, возвращая удостоверение в карман. — И мне нужны ответы. Для начала, как тебя зовут?
Он достал из кармана плитку горького шоколада, развернул и откусил, надеясь заглушить проснувшийся голод.
— Рокси, — с неохотой представилась девушка.
Потянувшись, отломила кусочек и демонстративно положила в рот, но, прожевав, поморщилась. Да, шоколад изготовлен по особому рецепту, который не всем по вкусу.
— Итак, что мы имеем, Рокси? — решил подытожить Лютер. — Оскорбление бывшего парня клумбой — просто очаровательно, — он аккуратно загнул фольгу и спрятал остатки шоколада в карман плаща. — Долго встречались?
— Пару месяцев. Слушай, ты что, собираешься посадить меня за цветы? Сперва докажи. Может, они сами тут выросли.
— Угу. Выросли, посмотрели на твоего бывшего и собрались в слово «мудак».
— Ты его не знаешь, а то бы не удивлялся.
— А ты просто случайно проходила мимо с тяпкой и в садовых перчатках.
— Совпадение, — вызывающе задрав подбородок, ответила Рокси.
— Значит, вы были вместе всего пару месяцев. И ты на него злишься. Выходит, инициатором разрыва был он?
— Какая разница, — она раздраженно швырнула перчатки в кузов пикапа.
— Ты очень хороша собой, Рокси, — заметил Лютер, окидывая взглядом ее фигуру.
Стройная, длинноногая, с густыми темными волосами, безжалостно стянутыми в хвост. Нежный рот, аккуратный носик и потрясающие глаза — точно маленькие солнышки.
— Очевидно, что ты с придурью, — невозмутимо продолжил он, — но на начальном этапе отношений все закидоны кажутся милыми. Особенно если девушка так привлекательна.
Рокси пожала плечами и закинула пустые поддоны от цветов в машину.
— Спасибо за комплимент, специальный агент Лютер Фосберг. Не особо рада знакомству, и мне пора.
— Что ты сделала, Рокси? Почему он бросил тебя? Вряд ли изменила своему мудаку. В таком случае ты не злилась бы на него и чувствовала свою вину. Если же он тебе изменил, то не стала бы марать руки. Нет, тут что-то сложнее. Я заинтригован.
— Это уже твои проблемы, — фыркнула она. — Считай это своим личным висяком. Или как там называют нераскрытые дела…
— Я ведь и правда могу арестовать тебя, Рокси, — напомнил он.
— Думаешь, шериф впаяет мне срок за клумбу? — разумно засомневалась она.
— Нет, разумеется. Но он заинтересован в сотрудничестве со мной, так что будет рад угодить. Уверен, я смогу продавить его на общественно-полезные работы.
Рокси закатила глаза и повернулась к пикапу, явно намереваясь уйти, но потом вновь обернулась к Лютеру.
— Ты приехал из-за того, что произошло в парке, так? — спросила она совсем другим тоном: цепким и требовательным. Янтарные глаза вопросительно смотрели на него, ожидая ответа, и Лютер кивнул.
Рокси быстро облизнула розовые губки, глянула на насыпь, явно о чем-то напряженно размышляя.
— Знаешь, а ты прав, — протянула она.
— В чем именно?
— Я не должна была это делать, — она вздохнула и кивнула на клумбу. — Возмутительно. Попрание морали и все такое.
— Да не так уж плохо, — возразил Лютер. — Вносит некоторую изюминку в унылый пейзаж.
— Дети могут увидеть.
— Они могут увидеть вещи и похуже.
— Я должна понести справедливое наказание.
Рокси шагнула совсем близко к нему, взмахнула ресницами, покусала губки. Какой напористый флирт. Что же ей надо?
— Хочешь, чтобы я наказал тебя прямо здесь? — уточнил он на всякий случай.
— Вот еще! — возмутилась она, но тут же виновато улыбнулась, и на ее щеках появились милые ямочки.
Каким бы мудаком ни был ее бывший, он бы не бросил ее без веской причины.
— Но ты прав, я заслуживаю наказания в виде общественно-полезных работ, — повинилась Рокси.
— Да брось, — не поверил Лютер. — Так жаждешь помахать метлой?
— Нет, — мотнула она головой. — Но, послушай, Лютер, ты ведь впервые в нашем городе?
— Раньше бывать не доводилось, — подтвердил он.
— Тебе не помешает помощник, — быстро продолжила Рокси. — Кто-то местный, кто знает здесь всех и каждого и не будет слишком тебя раздражать.
Лютер молчал, и девушка подошла к нему вплотную, почти прижавшись грудью.
— А я живу здесь с рождения, — прошептала она, заглядывая ему в глаза. — И, кажется, нравлюсь тебе...
Он сглотнул, достал початый шоколад и откусил еще. Обычно люди предпочитают держаться от него подальше, но у Рокси инстинкт самосохранения отсутствовал напрочь.
— И ты расскажешь, почему твой бывший тебя бросил?
Он чувствовал жар ее тела и аромат цветов и сырой земли. Вряд ли Рокси оценит, если он скажет, что она пахнет как знойный полдень над свежей могилой.
— Может, и расскажу, — она снова кокетливо улыбнулась, стрельнула в него глазками и заправила выбившуюся прядь за ухо, оставив на шее полоску грязи. — Потом. Когда мы раскроем дело.
— Мы… — он задумался. — Что ж, Рокси... А фамилия?
— Медоу, — ответила она.
— Кем тебе приходилась погибшая девушка? — спросил Лютер, и Рокси отшатнулась.
— Мы едва знали друг друга, — сухо сказала она. — Мне любопытно — вот и все. Поучаствовать в расследовании — это так захватывающе.
— Врешь.
Рокси лукаво посмотрела на Лютера из-под ресниц.
— А что, если ты мне понравился, специальный агент Лютер Фосберг? — промурлыкала она. — Это достаточно веская причина, чтобы продолжить наше знакомство?
Опять ложь и манипуляции. Но очень интересно, как далеко она может зайти. Он обнял ее за талию, запустив руку под майку. Кожа под его пальцами оказалась восхитительно теплой и бархатистой. Рокси напряглась на мгновение, но не стала вырываться, напротив — шагнула еще ближе и положила ладонь ему на грудь.