Захваченный (ЛП)
— Миссионерский стиль.
— Весело. Я не хочу знать, в каком положении ты находилась. Думал ли он нестандартно или нет?
Я тяжело выдыхаю.
— Он привёз меня в деревню, — говорю я ей. — В своём грузовике. Это звучит намного хуже, чем было на самом деле.
— Значит, ты сделала это в кузове его пикапа? — спрашивает Сейбл, сморщив носик, как будто чует что-то плохое. — Когда я предложила ему подумать нестандартно, я имела в виду номер в отеле «Четыре Сезона» или что-то в этом роде.
— Ладно, больше я тебе ничего не скажу.
— Нет! Продолжайте говорить! Я закрою рот на замок. Обещаю. — Она делает фальшивый жест застёгивания застёжки-молнии и терпеливо смотрит на меня.
Я закатываю глаза.
— Я тебе больше ничего не скажу, — повторяю я. — Это было на улице, под звёздами, и было очень хорошо, и Колтон преуспел. Это было за пределами стандартов. И это было романтично.
Сейбл широко улыбается.
— Хорошо. Я рада, что ни у кого из вас нет ядовитого плюща на вашем хламе.
— Ты такая стерва.
— Я хотела отравить тебя плющом или просто сказала, что рада, что никто из вас не пришёл домой с сыпью?
— Значит, Джонатан теперь твой парень, верно?
— Это удар ниже пояса, привносить ярлыки отношений в этот разговор, — говорит она. — У нас фантастический секс, вот и всё.
— Ну конечно.
— Смотри на себя. Один раз занималась сексом, а теперь ты эксперт по отношениям без обязательств.
— Не раз, — признаюсь я, и моё лицо вспыхивает при мысли о том, как Колтон прижимал меня к своему грузовику.
— Ах ты, развратная девчонка!
— Неужели в твоём тоне слышалась гордость?
— Мой маленький ребёнок растёт, — поёт Сейбл, вытирая с глаз слезинку. — Колтон не узнает, что его ударило.
***
Сейбл была права.
Как будто щёлкнул выключатель в ту ночь, когда мы с Колтоном занимались сексом. Я имею в виду, не знаю, как прожила двадцать три года без секса. Я думала, что хорошо представляю себе, что за этим последует — я же не ханжа. У меня были секс-игрушки и мои пальцы, и, действительно, они работали просто отлично.
Теперь я понимаю, что «просто отлично» — ничто по сравнению с членом Колтона Кинга.
Девственная девушка сходит с ума от члена, единожды попробовав его. Невинная девушка развращается и становится очень плохой девочкой. Это вызывающее закатывание глаз клише. Только вот я здесь, практически постоянно выпрашиваю член Колтона. Я — ходячий клубок нужды, желания и страсти, постоянно возбуждённый, желающий, чтобы Колтон склонился надо мной и взял меня как угодно, когда угодно. Как будто я навёрстываю упущенное, пытаясь впихнуть годы сдерживаемого разочарования в одно лето секса.
Я стала одной из тех девушек, которые получив немного члена, теряют свои чёртовы мозги.
Только вот с Колтоном… это не совсем член. Это нечто адски большее.
Кажется, у него есть шестое чувство, он точно знает, как прикоснуться ко мне — в нужном месте, с нужной интенсивностью, в нужном положении, — чтобы быстро отправить меня через край.
И Колтон был только счастлив, удовлетворить моё сумасшедшее сексуальное влечение.
На самом деле, он делает это снова и снова.
В моей комнате в квартире — на кровати, на столе, на полу, у стены. На диване, на кухонном столе, на полу прямо за входной дверью в моем доме. В репетиторской. В грузовике у озера. В его комнате, пока я притворяюсь, что помогаю ему учиться, но я думаю, что его соседи по общежитию точно знают, что происходит.
Я под кайфом от секса и не хочу с него спускаться. Проблема в том, что у меня есть ноющее чувство, что всего лишь вопрос времени, когда все это не рухнет с небес на землю.
Глава 29
Колтон
— У тебя есть чувства к ней. — Дрю говорит мне это в трубку, а потом повторяет шёпотом, который я прекрасно слышу.
— Ты издеваешься надо мной, Дрю? Бет сейчас с тобой в комнате? — спрашиваю я. Я должен был догадаться. Дрю и его девушка были вроде сиамских близнецов с тех пор, как они начали встречаться в восьмом классе. Они даже выбрали один и тот же колледж, чтобы не разлучаться.
— Я однозначно уже ухожу, — говорит Бет. Теперь я слышу её громко и ясно по телефону. Я слышу, как она топает по земле.
— Я на громкой связи? Неужели я всё это время был на громкой связи? — спрашиваю я. — Бет, я придумал эту чушь с фальшивым уходом, когда нам было по двенадцать, так что даже не пытайся.
— Он только что включил громкую связь, Колт, — говорит Бет.
— Вы оба для меня мертвы.
— Не сердись, Колт, — произносит Бет. — Я заставила Дрю рассказать мне.
— И что же он тебе сказал?
— Что ты лишил девственности девушку, — отвечает Бет. — И что она тебе нравится.
— Чёрт побери, Дрю, у тебя такой длинный грёбаный язык, — говорю я. — Дело с девственницей было между нами. И она мне не нравится.
— Это так мило, Колт, — говорит она.
Я застонал.
— Это потрясающе, Бет, — отвечаю я. — Я рад, что ты считаешь мою сексуальную жизнь милой. Сними меня с громкоговорителя, Дрю.
— Я тоже люблю тебя, Колт, — кричит Бет.
— Скажи мне, почему я до сих пор разговариваю с кем-то из вас? — спрашиваю я.
— Ты застрял со мной, — говорит Дрю. — А Бет…
— Она практически твой сросшийся близнец.
— Ты должен был спросить меня, Колт, — влезает Бет. — Я могла бы изложить тебе точку зрения девушки на весь этот процесс лишения девственности, раз уж Дрю взял мою.
— Я говорю не о том, как мой брат лишил тебя девственности, — произношу я. — И у меня нет никаких чувств к Кэсси. Мы же друзья. И она занимается со мной. И если кто-нибудь из вас скажет что-нибудь маме, вы умрёте. Я серьёзно.
— Мама уже говорила мне об этом, — говорит Дрю.
— Откуда мама знает, что я трахал Кэсси?
— Она только что сказала, что ты встречаешься с девушкой, с которой она познакомилась, — говорит мне Дрю. — Слава Богу, она ничего не говорила о сексе. Я не хочу говорить с мамой о том, что ты трахаешься со своей девушкой.
— Она не его девушка, Дрю, — настаивает Бет.
— Она не моя девушка.
— Но ты же хочешь, чтобы она была твоей девушкой, — говорит Бет.
— Я думал, ты уже выходишь из комнаты, Бет.
— Не приставай к нему из-за этого, Бет, — предупреждает Дрю. — Он очень чувствительный. Теперь у него есть чувства.
— Да пошли вы оба, ребята.
— Подожди, подожди! — восклицает Бет. — В самом деле, как давно я тебя знаю? С тех пор, как мы учились в первом классе?
— Да, к сожалению.
— Что-то я не припоминаю, чтобы ты когда-нибудь был так увлечён девушкой.
— Я не увлечён ею.
— Он увлечён её влагалищем, — поясняет Дрю, и я слышу, как Бет ударяет его.
— Я сейчас положу трубку, — громко говорю я.
— Колт! — кричит Бет. — Подожди, серьёзно.
Я тяжело выдыхаю.
— Что?
— Я знала, что в тебе это есть, — говорит она.
Дрю смеётся.
— Он пытается всадить его в девушку, — говорит он.
— Заткнись, Дрю, — кричит Бет. — Я говорю серьёзно, по-настоящему. Я всегда знала, что если ты найдёшь девушку, которая тебе по-настоящему понравится, вся эта игра в игрока вылетит в окно.
— Никто не говорит о том, чтобы найти девушку, которая мне нравится, или о том, чтобы перестать быть игроком, — протестую я. — Мне двадцать один год. А в следующем году я стану профессионалом. Всё должно измениться. У меня нет никаких отношений. Я собираюсь стать биллионером и трахнуть тысячу моделей в своём огромном особняке на вершине моих куч денег.
— Не будь идиотом, — говорит Бет.
— Вы двое — придурки, которые пристают ко мне из-за девушки, — протестую я.
Я на взводе и раздражён предположением Бет, что я каким-то образом влюбился в Кэсси. Только потому, что она единственная девушка, с которой я хочу спать, не означает, что это будет длиться вечно.
— Я просто хочу сказать, что ты к ней неравнодушен, — говорит Бет. — Это не так уж плохо. В душе ты хороший парень, Колтон. Ты просто не хочешь в этом признаться.