Укрощение воровки (СИ)

Замечала, прекрасно замечала, но обманывала себя, закрываясь от мрачного обаяния этого мужчины.
Диана обернулась, чтобы сухо попрощаться, и поняла, как близко Роман, оказывается, стоит.
Он сделал наступательный шаг, уперся ладонью об дверь над головой Дианы, и ее окутал его запах, а ночь более не казалась теплой и свежей, а стала удушающе-жаркой и вибрирующей от волнения.
Роман приблизил лицо, касаясь теплым дыханием щеки и прошептал:
— То, что я сказал на счет таскания, вполне серьезно. Узнаю или увижу, пожалеешь.
Затем быстро коснулся ее горячей щеки поцелуем, но не спешил отходить. Так и замер, как и Диана, которая забыла, как дышать, когда сердце ухает в груди, и тысячи бешеных бабочек просыпаются в животе, порхая и задевая огненными крыльями внутренности.
— Кстати, не верь байкам Марьи о чернокожих, — проговорил Роман низким голосом, и она буквально задохнулась от стыда, паники, смущения и неверия в происходящее, и могла лишь смотреть в потемневшие глаза и ловить ртом теплое дыхание, которое коснулось ее губ, когда он продолжил: — Размер члена не зависит от ношения брюк.
Оттолкнулся и пошел прочь.
Диана залетела в дом. Прислонилась спиной к двери и прижала ладонь к скачущему сердцу, а шумное дыхание звучало громко и учащенно в спящем доме.
Поднявшись в комнату, привычно посмотрела в окно. Машина Романа стояла там же, заведенная, но с выключенными фарами. И только когда она включила настольную лампу, загорелись фары, и машина плавно отъехала от дома.
А Диана стояла, прижимаясь пылающим лбом к холодному стеклу, и наблюдала за красными удаляющимися огоньками.
  
Глава 10
 
— Марьяна Сергеевна, Власов в здании, — пропищало из коммутатора.
— Спасибо, Наташа.
Марьяна поправила собранные волосы, разгладила шелковую рубашку и отдернула юбку, сделала пальцами пару упражнений. И все к чему? Да к тому, что ей предстоит встреча с генеральным директором журнала, и магнатом немалой величины — Власовым Максимом Егоровичем, владелец не только журнала, но и некоторой части лесов в Сибири в размере нескольких сотен тысяч гектар. Обычно Марьяна не тушевалась в разговоре с мужчинами, многие партнеры были мужского пола, и, когда первая эрекция падала и кровь приливала к мозгам, они понимали, какая деловая жилка завернута в красивую обертку.
Власов с первой минуты понял Марьяну, и перед ним не надо было разыгрывать нелепых спектаклей с ужимками и тонким смехом. Как-то раз они даже поужинали, но ничего хорошего из этого не вышло, и в конце трапезы Максим и Марьяна с усталыми улыбками пожали друг другу руки и распрощались с пониманием того, что они друг другу не подходят. Так бывает, когда женщина и мужчина не чувствуют друг к другу ничего, кроме скупого уважения. Химия не срабатывает.
Зато у нее химия срабатывает на всяких мужланов!
Марьяна сделала несколько глубоких вдохов-выдохов, успокаивая стучащее сердце при мысли о Владе.
Пройдя нелегкий путь, Марьяна иногда вспоминала, как все началось. Тогда еще двадцативосьмилетняя бизнесвумен Марьяна Карп, с обеспеченным мужем, управляла бутиками, и просто напросто изнывала от скуки среди бумаг, и жаждала попробовать себя в большем. И когда поступило предложение от крупнейшего в стране женского журнала на должность помощника редактора, она тут же ухватилась за возможность, а потом и вовсе вытеснила того, на чьем месте сейчас сидит. «Ничего личного, это бизнес», подумал тогда Марьяна, которая всей душой радела за развитие журнала и не могла смотреть, как консервативный и скучный начальник губит в зародыше все креативные, но экстравагантные идеи. Ее старание, неуемная фантазия и некоторое бесстрашие пришлись по душе Власову, и он сделал предложение о повышении. Но с одним условием — Максим повелевает, а Марьяна соглашается. И как бы не претила мысль подчиняться чужой указке, она так сильно хотела эту должность, что согласилась. И не прогадала. Власов оказался бизнесменом до мозга костей, никогда вероломно не лез в дела журнала и не давил на Марьяну, тем более глядя на график повышения продаж. Максим постоянно пропадал в своих лесах, а Марьяна ощущала себя истинной хозяйкой журнала.
  
Но вот Власов приехал, и что-то подсказывало, что неспроста состоится эта встреча, совсем неспроста. Чутье работало не только на новые идеи, но и на новые неприятности.
Марьяна зашла в зал для переговоров. Власов приезжал очень редко, и она не видела причины держать для него пустующий кабинет, и их встречи обычно проводились в одном из конференц-залов.
— Здравствуй, Марьяна.
Максим был греховно-хорош широкоплечей подтянутой фигурой, волевым лицом с тяжёлым подбородком, светлой щетиной на высоких скулах и проницательными глазами. Странно, что его мужской магнетизм обошел ее стороной. Видимо ее возбуждают только неотёсанные хамы, с дьявольскими глазами и пугающей натурой.
Ну вот опять!
— Марьяна, как у вас тут дела?
— Отлично, Максим. Запустили новую линию статей для мужчин, потихоньку расширяем аудиторию. На прошлой неделе говорила с Пьером, они разместят наше лого на языке на миланской неделе моды…
— Языке?
— Подиум, по которому ходят модели.
— А это не слишком символично, что наше лого будет топтать, кто ни попадя?
Что ж, у Власова всегда был свой взгляд на маркетинг.
— Это единственное место в зале, выделенное рекламе. Такова политика у дома моды Марселли. Остальные журналы, даже вог и харпер, повесятся в коридоре, а мы засветимся на каждом снимке.
— Ясно. Если считаешь, что так лучше, действуй.
— Я знаю, что так лучше.
Максим, конечно, начальник, но он не знает и сотой доли информации, которую успела наработать Марьяна за годы работы. Она вспомнила недельные переговоры с капризным лысеющим Пьером, который так и норовил пустить свои ручонки ей под юбку, но она отправила эти потные ласты туда, где они должны быть — внизу контракта у графы «подписант».
Обсуждая текущие дела с Максимом, Марьяна вновь и вновь восхищалась его способности вести такие разные отрасли, как вырубка леса и выпуск глянцевого журнала. Все знали, из какой семьи Власов. Да, да, те самые Власовы, которые контролируют поставку дерева по всей стране, от промышленных до хозяйственных объектов. И сейчас, общаясь с этим серьезным хладнокровным мужчиной, Марьяна убедилась, что он получил свои акульи бизнес-замашки вместе с молоком матери.
— Максим, если у тебя все…
— Не все, — глянул на наручные часы. — Есть момент, ради которого я и заехал сюда.
— Я слушаю, — подобралась Марьяна. Не зря она ощущала надвигающийся шторм.
В буквальном смысле — надвигающийся шторм!
Дверь распахнулась, и в кабинет вошел мужчина, стремительным шагом прошёл к Власову, и они крепко обнялись.
Пока мужчины здоровались, Марьяна округлившимися глазами смотрела на посетителя.
— Зая, ты чё такая кислая? — подмигнул Влад. Он говорил с ней так, словно они виделись только вчера, а не так, словно он два месяца назад сложил ее машину в гармошку и похерил душевное состояние на все последующие недели!
— Марьяна, познакомься…
— Макс, я уже знаком с твоей ассистенткой, — перебил его Влад, и Марьяна отреагировала почти с детской обидой.
— Я не ассистентка, а главный редактор! Максим, что происходит? — обратила хмурый взор к Власову, стараясь не реагировать на нахальный взгляд Влада.
— Влад — мой школьный друг, — улыбнулся Максим и это был один из тех моментов, когда улыбка вышла искренняя и широкая, а не скупая и пугающая, как обычно. — Я и приехал-то сюда из-за него.
— Не из-за меня, а ради делового сотрудничества, — поправил Влад. Низкий голос показался бы легким и простым, но Марьяна уловила стальные нотки и в голосе, и во взгляде, которым Влад схлестнулся с Максимом. Да тут настоящая битва титанов! Но разве Влад…
— Ради сотрудничества, — согласился Максим после молчания. — У Влада сеть СТО, «МотоВест», может слышала?