Сначала было слово… (СИ)

Подполковник выглядел совсем неуверенно и ректор не решился отходить далеко. Милиция ныне пошла совсем бестолковой.
— Не беспокойтесь, убийцы будут найдены, — сказал офицер первое пришедшее в голову.
Слова были не те, которых ожидали студенты, и зал снова заворчал, на этот раз сердито. В последние годы милиция так часто обещала найти преступников, и так редко их находила.
Безматерных понял свою ошибку. Он поправился, завершив свою мысль гораздо мягче, чем предполагал:
— Органы внутренних дел выполнят свой долг, отдав для поиска преступников все свои силы. — И сразу же, не ожидая откликов из зала, продолжил: — К настоящему времени установлено, что мы имеем дело с очень изощренной многочисленной группировкой, обладающей большими техническими, и вероятно, другими возможностями. Борьба с ними будет трудной и потребует больших сил. И я думаю, — решился он, — хотя это мое личное мнение, — ни о каком чеченском следе говорить не приходится. Перед нами враг пострашнее. Кто — будем искать.
Он оглядел зал. Студенты притихли, впитывая получаемую информацию. Внимание его приободрило, подполковник отошел от недавнего шока надвигающейся паники, которую сам и спровоцировал. Свое выступление он завершил на командной ноте:
— Городской отдел внутренних дел требует от вас сохранять спокойствие, дисциплинированность, соблюдать порядок и не поддаваться провокационным и паническим призывам отдельных граждан. — Его голос зазвенел металлом: — С сегодняшнего дня, в целях сохранения правопорядка и избежания напрасных жертв, в городе по приказу министра внутренних дел с разрешения президента Российской Федерации вводится комендантский час. С 22.00 до 6.00 лицам, не имеющим специальных пропусков, запрещается появляться на улице. Виновные будут привлекаться к административной ответственности. Такой же порядок вводится и в других населенных пунктах, подвергшихся нападению.
Безматерных остановился, переходя к другой важной проблеме.
— Обращаю особое внимание на возможные беспорядки в городе. Лица криминального плана могут попытаться совершать нападения, грабежи. Работники милиции предпримут все меры для пресечения таких безобразий. Но нас не так много, как бы хотелось. В таких чрезвычайных условиях, которые сложились в городе, даже обещанная помощь не позволит надежно перекрыть всю территорию. Поэтому могут произойти отдельные проявления хулиганства, грабежей, насилия, которые не удастся пресечь сразу. Я вижу, несколько человек уже вооружились?
Дима, вызывающе сжал стойку стула в руках и крикнул:
— Да, ну и что, вы же сами сказали, что не можете за всех заступиться!
Подполковник сделал вид, что не услышал вызова в словах.
— Хорошо, что среди студентов нашлись люди, готовые защищать и свою жизнь, и жизни окружающих. Мне кажется, мы можем с вами найти общий язык. Не зря говорят — новое — хорошо забытое старое. Максим Николаевич, — обратился он к ректору, — вы ведь помните добровольную дружину по охране общественного порядка.
— Да, — согласился ректор, — в советское время дружина существовала многие годы.
Безматерных удовлетворенно кивнул.
— Я прошу администрацию института организовать отряд из студентов и преподавателей по сохранению правопорядка в общежитиях, учебных корпусах и, по возможности, в прилегающей местности. — Он обратился к Диме: — вы вступите в дружину?
Дима громко ответил:
— Если приходиться защищать самих себя, что же делать, вступлю. — Он поднял над головой стойку и махнул ею. — От алкашей и шизиков как-нибудь отобьемся.
Безматерных сделал над собой усилие, чувствуя, что одобряет откровенное хулиганство. Этот молодец сам может привести к такому конфликту, что половина начальства города останется без погонов.
— Я лишь надеюсь, — не удержался он, — вы не преступите за рамки закона. Мне не хотелось бы услышать о безобразных противоправных поступках, совершенных студентами.
Подполковник отступил в сторону, давая знать, что завершил свое выступление. Ему на смену поспешил ректор. Перекрывая начавшийся шум среди студентов, он заговорил несколько громче, чем обычно:
 
— Владимир Кондратьевич, — милиционер рядом с ним только скривился, услышав отчество, но промолчал, — рассказал нам о произошедшем вчера и сегодня утром. Ко всем напастям, которые преследовали нашу страну в последние годы, добавилась еще одна. Сейчас не время говорить, кто виноват в том, что преступники с такой легкостью находят свои жертвы, почему милиция не может их поймать. Все это слова, а долго говорить мне бы не хотелось. Мне сегодня позвонили из Москвы, из министерства образования. Звонил лично один из замминистров и сообщил решение министра приостановить занятия во всех высших и средних учебных заведениях, оказавшихся в зоне нападения. Наш город подошел под эту категорию. С сегодняшнего дня занятия приостанавливаются.
— А мы домой уехать можем? — Раздался голос из зала.
Вместо ректора ответил подполковник.
— Выезд и въезд в город пока прекращены. Ни государственным и муниципальным автосредствам, ни частным автовладельцам не разрешается покидать город. Делается все это для благополучия самих же водителей и их пассажиров. Неизвестные преступники наверняка начнут совершать нападения на автотранспорт. Остается открытым лишь железнодорожное сообщение.
Ректор, пока студенты не ринулись к дверям, чтобы успеть купить билеты, прервал Безматерных.
— Я призываю не торопиться с отъездом. Не известно, как долго будут продолжаться нападения, вдруг мы уже через несколько дней начнем занятия. Для тех, кто проживает в ближайших районах, а это большинство, отъезд вообще не имеет смысла. В городе вы будете в большей безопасности, чем дома. Родители одобрят ваш выбор остаться.
Увещевания ректора, знавшего, как достучаться до студенческой души, заставили зал успокоиться. Несколько человек, правда, все же продрались к дверям, но об остальных можно было не беспокоиться. Он перешел к деловым вопросам:
— Городских студентов обеспечат родители и город. Соответствующие решения уже приняты как мэром города, так и областным руководством. Обладающих постоянной пропиской не оставят без помощи. Для проживающих в общежитии институт организует трехразовое питание. Профсоюз сможет частично возместить плату, прочее будет покрыто за счет МЧС, нам обещают помочь и деньгами и продуктами. Голодать не будем. Если же положение ухудшиться, эвакуация будет осуществлена централизовано. Это мне обещали. Запомните, пожалуйста, никого не бросят на произвол судьбы.
Ректор оглядел притихших студентов и решил завершать импровизированную пресс-конференцию.
— Остальные вопросы мы решим, я думаю, в общем порядке. Сейчас вы все организовано разойдетесь по общежитиям, а городские студенты по местам проживания. И еще раз прошу соблюдать порядок и спокойствие. Для этого же общежитиях будут организованы круглосуточные дежурства преподавателей. А теперь, — ректор сделал жест рукой, — ребят, желающих вступить в дружину по охране порядка, прошу остаться, а остальные — домой, по комнатам!
Шумящая, пережевывающая последние известия студенческая толпа схлынула, оставив в актовом зале с десяток парней, да несколько преподавателей — деканов и заведующих кафедрами, ждущих распоряжений своего руководства.
Безматерных, глядя на опустевшее помещение, скривился. Какого бы плохого мнения он не был о студенчестве, его все же поразила малочисленность кандидатов в защитники порядка. Молодое поколение не торопилось вставать на защиту даже самих себя.
— Сегодня собрались далеко не все студенты, — успокоил его ректор. — Я думаю, дружину мы сможем довести до 60–70 человек. А потребуется, еще больше.
Подполковник кивнул. О численности они еще успеют поговорить. Слишком много не требуется. Ему не хотелось сгонять в нее всех подряд. Пусть будет поменьше, но надежных, которые не сделают в штаны при виде первого хулигана.
— Так, — привычно строго сказал он, спустившись со сцены вниз, — попрошу всех студентов подойти ко мне.