Плохие намерения (ЛП)

Джесс распахивает мою дверь, сам выглядя полусонным. На нем мешковатая светло-серая толстовка, которая выглядит так, словно ее давно не стирали, капюшон надвинут на его лохматые волосы. Через плечо у него перекинута черная спортивная сумка.
— Могу я сегодня взять машину?
— Я отвезу тебя, — говорю я, зевая и натягивая одеяло повыше. — Просто дай мне секунду, чтобы одеться.
  
— Тебе сегодня нужно работать. А я должен сегодня начать заниматься этой дурацкой борьбой после школы.
— А твой тренер не может отвезти тебя? — Вдруг они едут в одно и то же место.
— Да, давай я просто попрошу своего учителя подвезти меня. Это совсем не будет выглядеть странно. Давай, Ло. Ты та, кто втянул меня в это дерьмо.
— Извини? — Мои брови, должно быть, доходят до линии роста волос. — Поправка: я вытащила тебя из этого «дерьма», — говорю я, используя воздушные кавычки. — Ты сам вляпался в неприятности.
— Неважно. Могу я взять машину или нет?
— Хорошо, — говорю я, проводя рукой по своим растрепанным волосам. Где-то там еще осталась резинка для волос, но я знаю, что когда посмотрюсь в зеркало, это будет выглядеть как настоящее птичье гнездо. — Я найду… кто подвезет меня после работы. Ключи все еще у тебя, — напоминаю я ему. Я так и не получила их обратно после того, как Генри починил машину прошлым вечером.
— Спасибо.
Сегодня у меня куча дел, а потом придется убирать то чертово место, так что я вернусь домой поздно.
— Хорошего дня, чувак.
— Я ненавижу тебя, — говорит Джесс, но его губы кривятся в усмешке.
Когда Джесс уходит, я хватаю свой телефон, чтобы написать Саттон, и вижу, что у меня есть два голосовых сообщения с личного номера. Я удаляю их, не слушая. Решимость Эрика не должна меня удивлять. Дело не во мне. Я могла бы быть кем угодно. Для него главное — победить и одержать верх. Эрик, вероятно, чувствует себя отвергнутым, а нет ничего опаснее человека с уязвленным самолюбием.
Я набираю сообщение Саттон, спрашивая, отвезет ли она меня на работу до своей смены. Мы обе приходим в полдень, но благодаря новой девушке, с которой мне еще предстоит познакомиться, я работаю всего пять часов. Сразу после этого у меня запланирована смена в «Плохих намерениях». Где я увижу Дэйра.
Я не предвидела вчерашнюю ночь. Последнее, чего я хотела, это оказаться в другой ситуации, как с Эриком, но когда Дэйр прикоснулся ко мне… он поглощал меня, возбуждал и успокаивал одновременно. Дэйр не ждет ничего взамен. Он не хочет отношений и поклялся, что все, что произошло между нами, не повлияет на мою работу… что вообще может пойти не так? Он сожалеет об этом. Вот что.
Саттон отвечает, сообщая, что заедет за мной через пару часов, так что я закидываю пастельное белье в стиральную машину и принимаю душ. Я трачу на это столько времени, сколько могу, уделяя особое внимание макияжу, даже сушу феном и приглаживаю волосы утюжком, чтобы скоротать время, но у меня все равно остается больше часа в запасе. Я решаю навести порядок в доме, но даже это не занимает много времени. Я буквально ломаю голову, осматривая маленькую комнату в поисках чего-нибудь, чем можно было бы себя занять. Чем занимаются люди, у которых есть свободное время? Смотрят телевизор? За двадцать минут до предполагаемого приезда Саттон появляется Генри, удивляя меня.
— Привет, малышка, — говорит он, щеголяя в черном комбинезоне Dickies и бейсболке Raiders задом наперед. Он направляется к раковине, прежде чем вылить туда содержимое своего термоса.
— Перерыв на обед? — я спрашиваю.
— Ага. Просто подумал, что заскочу забрать пару коробок из гаража. Я потихоньку перевожу свое барахло в автомастерскую.
Я киваю, сообразив, что именно там он и остановится.
— Тебе помочь?
— Нет. У меня довольно много вещей, кроме гостиной и кухни, и я все равно не смогу вместить все это дерьмо. Если вы с Джесс хотите, чтобы эти диваны были у вас дома, берите их.
— Спасибо, — говорю я, опуская тот факт, что нам пока не повезло с поиском жилья.
Какое-то время мы молчим, ни один из нас не знает, что сказать. Мы видели друг друга мимоходом и ужинали вчера вечером, но по большей части мы все еще незнакомы.
— Ты, э-э, что-нибудь слышала от своей матери? — спрашивает он, опираясь перепачканными маслом руками о стойку позади себя.
— Она написала Джесс. Думаю, она звонила ему. — Она ни разу не пыталась дозвониться мне. Я предполагаю, что она пытается настроить Джесси против меня. Это то, что она всегда делает, когда кто-то попадает в ее черный список.
— Она знает, что вы здесь? — спрашивает он, издавая тихий свист. — Тогда, наверное, хорошо, что мы скоро отсюда выберемся.
— Не волнуйся. Даже если она легко отделается, ей не нравится покидать квартал, не говоря уже о городе.
— Если это делается назло, она могла бы.
— Обоснованное замечание. — Иногда я забываю, что он, вероятно, знает нашу мать лучше, чем мы сами. Мой телефон жужжит на стойке и высвечивается сообщением от Саттон, сообщающим мне, что она у входа.
— Эй, Генри? — спрашиваю я, засовывая телефон в задний карман. — Я устроилась на работу в тату-салон Дэйра. Я не знаю, упоминал ли об этом Джесс.
— Он не говорил. Дэйр — хороший парень.
— Он действительно помогает мне. В любом случае, я просто подумала, может быть, раз уж меня нет дома по вечерам, ты мог бы, я не знаю… быть более... настоящим отцом?
Генри неловко сглатывает, проводя рукой по своей короткой жесткой бороде.
— Я не был уверен, что мне следует делать, — признается он. — Меня не было рядом с вами, дети. Черт, Джесси едва помнит меня. Я старался держаться подальше, потому что просто на самом деле не уверен, что делать.
— Он просто хочет познакомиться с тобой поближе, Генри. Хотя он никогда в этом не признается. — Я хлопаю его по плечу, прежде чем повернуться, чтобы уйти. — Сходи с ребенком куда-нибудь за бургером или еще за чем-нибудь. Мне пора идти. За мной приехали.
— Я посмотрю, что могу сделать. — Его руки скрещиваются на груди, и я могу сказать, что, по крайней мере, посеяла семя. Я не ожидаю, что Генри внезапно станет отцом года, но я действительно хочу, чтобы у Джесс были с ним какие-то отношения.
Я перекидываю сумку через плечо и трусцой направляюсь по паркету из искусственного дерева к входной двери. Черный внедорожник Саттон ждет на подъездной дорожке, и я запрыгиваю внутрь. Она перегибается через среднюю консоль, чтобы обнять меня.
— Спасибо, что заехала за мной. Джесс сегодня нужна машина, — объясняю я.
— Все хорошо. Я все равно умирала от желания остаться с тобой наедине. — Она шевелит бровями, убавляя звук радио.
— Только не это снова. — Я закатываю глаза, драматично откидывая голову на подголовник, когда она выезжает с подъездной дорожки и направляется к «Blackbear Bar».
— Давай, Ло. Признай, что между вами двумя что-то происходит.
— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, — вру я. У меня никогда по-настоящему не было подруги. Я никогда не разглагольствовала о мальчиках или сексе и не изливала душу о своих проблемах, если уж на то пошло. Это просто не то, что приходит ко мне естественным образом. Саттон, кажется, знает всех, и я не слышала, чтобы кто-нибудь сказал о ней хоть что-то плохое. Еще более красноречивым является тот факт, что она, похоже, не терпит сквернословия в адрес других. Конечно, она сплетничает, как и все остальные. Но она также первая, кто играет адвоката дьявола или встает на чью-то защиту. Показательный пример — когда Джейку захотелось что-то сказать о Дэйре, она прекратила это дерьмо.
— Любой, у кого есть глаза, может это сказать. — Ее голова откидывается на спинку сиденья, и она поворачивается ко мне лицом. — Я знаю Дэйра уже пару лет, и мне никогда не удавалось вытянуть из него больше двух слов. На самом деле я его немного побаивалась. Я имею в виду, возбуждена, но, тем не менее, напугана.
  
— Действительно? — Я знаю, что он не самый общительный человек на планете, но это звучит немного слишком.