Чернобуров: Новая жизнь (СИ)

А вот Тимофей выдал себя с потрохами. Теперь я точно знаю, что он на стороне Пихтина — за взятку или по другой причине, но это факт.
Придется быть вдвое осмотрительнее. Ведь когда у соперника есть связи в высших кругах, бороться с ним гораздо сложнее.
Только у меня тоже есть связи! Во-первых, Астахов, который сообщает мне обо всех движениях в городской канцелярии. Во-вторых, злосчастный прием принес и хорошие плоды — я познакомился с главным судьей дворянского суда и теперь направлялся прямо к нему.
Судья радушно принял меня, хоть и был занят. Сразу сказал, что у нас есть пять минут. Мне этого хватило. Я обрисовал ситуацию с Тигровым, на что судья покачал головой и убедил меня, что даже наместник ничего не может сделать, пока я не превышаю допустимую численность гвардии.
— А если на вас снова попытаются давить, сообщайте напрямую мне, — сказал он. — Закон един для всех, даже для князя и тем более для его племянника.
— Благодарю, — сказал я. — Если будет свободное время, приезжайте к нам в поместье на ужин. Будем рады вас принять.
— С удовольствием, ваше сиятельство. Мне понравилось, как у вас готовят, — тепло улыбнулся судья.
После этого я с чистой совестью отправился в Лесосибирск. К вечеру мы с бойцами прибыли на территорию «Чернобурского леса». Солдаты принялись разгружаться, а я направился в кабинет Романа Сергеевича.
Мы с директором комбината вместе поужинали и обсудили рабочие вопросы. Когда принесли чай и овсяное печенье с клюквой на десерт, я спросил:
— Что насчет тех ребят, которых я вам отправил? Аслан и еще двое?
— Совсем забыл сказать, ваше сиятельство! — воскликнул Роман. — Знаете, что произошло? Этот Аслан поймал собственного товарища за воровством и выдал гвардейцам.
— Неужели?
— Я сам был удивлен. Но Аслан повел себя очень достойно. Сказал, мол, они прибыли сюда отрабатывать преступление, а не совершать новые. Да и в целом он отлично трудится, не сачкует, ни на что не жалуется. Бригадиры хорошо отзываются, мол, схватывает все на лету. Способный парень! Разве что угрюмый какой-то, вечно бурчит и смотрит, как цепная собака.
— Жизнь его побила, полагаю, — сказал я, помешивая чай. — Но мне приятно слышать то, что вы говорите. Давайте-ка попросим его привести.
Минут через десять Аслан вошел в кабинет. Я предложил ему сесть, налить себе чаю и пододвинул тарелку с печеньем.
Рыжий с недоверием покосился на меня. Еще бы, он простолюдин и сирота к тому же, а я граф, но предлагаю сидеть за одним столом. Такое отношение нечасто встретишь.
Отказываться Аслан не стал. Налил себе полную кружку и затолкал в рот целое печенье, будто испугался, что больше не позволят. Я подождал, пока он прожует, и сказал:
— Роман Сергеевич хорошо отзывается о твоей работе.
— Угу. Стараюсь, — буркнул парень.
— Мне кажется, ты способен на большее. Хочешь пойти новобранцем в мою гвардию?
Аслан посмотрел на меня исподлобья и с хлюпаньем отпил чаю.
— С чего это вы такой добрый, господин?
— Просто вижу в тебе перспективу. Говорят, ты упорно трудишься.
— Так долг хочу побыстрей отработать.
— В гвардии платят больше. Вернешь долг, будешь помогать приюту. Мне пригодится такой напористый солдат, как ты. Если проявишь себя, сможешь дослужиться до офицера.
— Я ж простолюдин.
— Это решаемо. Вопрос в твоем усердии. Готов служить?
Аслан отставил чашку и выпрямил спину. Посмотрел на меня долгим взглядом и громко сказал:
— Так точно, ваше сиятельство!
— Это я и хотел услышать. Тогда собирай вещи. Утром возвращаемся в Красноярск, и я передам тебя командиру гвардии.
— Ладно. То есть, так точно, — рыжий бросил взгляд на печенье.
— Бери, не стесняйся, — я повел рукой и откинулся в кресле. — Можешь все забрать и угостить своих на прощание.
— Спасибо, господин, — Аслан рассовал сладости по карманам и с поклоном удалился.
Глядя ему вслед, я подумал, что стоит продолжать оказывать помощь приюту. Во-первых, это будет своеобразной наградой Аслану и сигналом, что граф Чернобуров — хороший человек, которому стоит служить. Во-вторых, другие сироты, вдохновившись примером парня, смогут стать для меня верными гвардейцами, работниками и слугами.
 
Пусть это звучит цинично, но сиротский приют можно превратить в кузницу надежных кадров.
Я собирался прощаться с Романом Сергеевичем и отправляться спать, как вдруг с улицы раздался протяжный вой сирены.
  
32
 
— Ох, давайте посидим здесь еще, ваше сиятельство, — директор подошел к окну. — Кажется, монстры. Вроде затишье было, а сегодня вот опять.
Я улыбнулся и достал из-за пазухи револьвер.
— Зачем же сидеть? Я не против размяться перед сном.
Какое любопытное совпадение. После затишья нападение монстров случается ровно в день моего визита. Кажется, я становлюсь параноиком, но такие совпадения выглядят подозрительно.
Посмотрим, что за чудища нас навестили — тогда и можно будет сделать какие-нибудь выводы.
Выбежав на улицу, я заметил отряд гвардейцев и устремился следом, на ходу напитывая тело маной.
— Ваше сиятельство! — выкрикнул один, когда мы сравнялись. — Нас атаковали, вам лучше пройти в укрытие!
— Шутишь⁈ — воскликнул я и сотворил в руке сгусток пламени.
Гвардеец только кивнул, и мы побежали дальше. Охранный артефакт, издающий звук сирены, выключили — весь комбинат уже знал о нападении, забивать воздух дальше не было смысла.
— Прорыв на западе! Со стороны цеха сушки! — прокричал дозорный с вышки. — Внутри, за забором!
Вот как. Значит, лозы Дубровского нам сегодня не помогут.
Мы направились в нужную сторону и заняли позиции в траншее перед цехом. Вокруг «Чернобурского леса» было много укреплений и боевых укрытий, это — одно из них.
Другая группа гвардейцев принеслась с другой стороны и полезла по пожарной лестнице на крышу здания. Я обратил внимание, что они были вооружены винтовками с оптикой.
— Граф! — я не заметил, в какой момент рядом появился Аслан. — Я тоже хочу сражаться!
Бородатый гвардеец, который отдавал тут приказы, смерил его недоверчивым взглядом.
— А ты умеешь? — осведомился он, закидывая макр и следом пулю в ствол винтовки.
— С холодным оружием точно справлюсь, — хмуро ответил рыжий, хотя его глаза жадно смотрели на огнестрельное.
— Дайте ему шашку или что-нибудь, — велел я.
Бородатый снял с пояса пернач — булаву с граненым навершием. Простое и эффективное оружие.
— Прикрывай нас, понял? — сказал бородач. — Если подойдут близко — бей. Вперед не лезь, чтоб не пристрелили.
— Ладно, — буркнул Аслан, крепко сжимая булаву.
— Командир, пушка нужна? — спросил кто-то.
— Никак нет, — мотнул головой бородатый. — Справимся, нехрен снаряды тратить, Богданыч потом всю башку мне вые… Ой, простите, ваше сиятельство.
— Рад слышать, что не тратите боезапас попусту, — ухмыльнулся я и активировал духовный щит.
Прорыв было видно отсюда — переливающийся всеми цветами, похожий на тонкий осколок стекла высотой с человека. Он располагался где-то в километре от нас, аккурат перед покрытым хищными лозами забором. На наших глазах прорыв замерцал и исчез.
Краткий, хаотичный, отметил я про себя. Судя по всему, первый уровень Изнанки. Но слишком уж близко появился! Если вдруг на территории откроется прорыв на второй или тем более на третий уровень — придется тяжко.
А сегодня, считай, развлечение. С крыши уже начали стрелять, а мы пока не видели атакующих, хотя зажгли мощный макровый прожектор. Солдат водил лучом туда-сюда, пытаясь поймать в него тварей. Но пока удавалось заметить только быстрые черные силуэты, резко мелькающие над землей.
Но вот они приблизились.
Чудовища напоминали больших росомах — приземистые тела, покрытые темной шерстью и широкие лапы с длинными когтями. Наполненные жуткими клыками пасти издавали низкий рокочущий рев.