Любовь и Боль (СИ)

Ни один мой поступок за время нашей совместной работы не играл против меня, но он неприлично долго раздумывал над предложением режиссера и хмурил бровь, пролистывая «Любовника леди Чатерллей».
В итоге часа весов пошатнулась под уговорами самого Дюрана. Но перед тем, как сесть в машину, Тойлон свирепо пригрозил мне расправой «в случае чего», будто я уже успела пару раз ненароком сломать декорации.
— Завтрашнюю съемку никто не отменял, так что веди себя прилично.
— Не волнуйтесь, мистер Тойлон, — ангельски улыбался ему Антуан. — Я за ней присмотрю.
— Это-то меня и пугает, щегол.
  
43.1
 
«Африканские сны» полностью оправдывали свое название. Стоило вступить внутрь, как тебя окутывал полумрак, а уши заполняла музыка, пропитанная звуками барабанов, над которой шаманил известный французский диджей Пьер, выступающий под псевдонимом «Интро».
Стены и перегородки были красиво расписаны профилями вождей, фигурами охотников и животных саваны. На деревянных столах стояли стеклянные светильники с одинокими белыми свечами. Мягкие диваны и кресла лимонного цвета покрывали пледы с леопардовыми рисунками. В центре помещения, как особый фольклорный элемент, устроился большой сундук, накрытый национальными коврами и различными резными изделиями.
Мои ожидания относительно официантов в набедренных повязках не оправдались. К нам подошла миловидная девушка в темных брюках и светлой рубашке. Широко улыбнувшись, она разложила перед нами этно-меню и уточнила, что бы мы желали из напитков.
Увидев мою нерешительность, Антуан любезно предложил свою помощь и сделал заказ за нас двоих.
После двух бокалов, которые я как-то незаметно выпила, мой партнер по фильму вежливо намекнул о необходимости остановиться. Хоть я и понимала, что он прав, но алкоголь по странности приятно ударил в голову и сумел на время размыть гнетущее внутри воспоминание о Райане. Еще придал уверенности в себе и решительности. Захотелось позвонить Ливу и сообщить о моем полном к нему безразличии.
— Мне надо позвонить, — хихикнула я повернувшемуся ко мне Антуану, — И высказать кое-что важное одному человеку.
— Хлоэ, — прищурился тот, — У меня сел телефон. Ты не одолжишь свой на пару минут?
— Хорошо, — я послушно протянула ему мобильный. — Только верни быстрее, потому что мне очень надо позвонить. Не забывай.
Он улыбнулся, взяв сотовый и, поднявшись, направился к выходу.
Когда его спина удалилась в темном проеме выхода, ко мне придвинулся Марк, исполнитель одной из второстепенных ролей. Парень облизнул сухие губы и пододвинул ко мне зеленый коктейль с оранжевым зонтиком. Такой мне еще не доводилось пробовать, в моем списке числились только два- малиновый и черничный.
— Выпей, — хмыкнул парень. — От него сразу улетишь и мир станет прекрасным.
Однажды я обещала себе не пить. Но было так хорошо и легко. Поэтому волшебная жидкость потекла вверх по трубочке в мой рот.
Когда Антуан вернулся, половина коктейля радостно плескалась в желудке. Вторую половину он от меня молча отодвинул, а на Марка обрушилась тихая, но слаженная цепочка ругательств, на которую тот обиделся, но ничего в ответ не сказал.
— Зачем ты выпила? — сверкнул на меня глазами Антуан.
Большая часть группы ушла танцевать или вышла покурить на улицу, поэтому за столом нас осталось всего пара человек.
— Мне так нравятся твои брови, — искренне улыбнулась я.
Рука сама потянулась к его лицу и палец беззастенчиво опустился на правую бровь. Он перехватил запястье, скользнув взглядом к моим губам. Повернул мою ладонь к себе, нежно поцеловал и глухо спросил:
— Только брови?
Во рту стало сухо, а в тело ударила горячая волна жара. Я не понимала, как такое возможно, но на меня смотрела пара океанских синих глаз. Эти светлые взъерошенные волосы, в которые так и хотелось зарыться рукой. Сердце бешено застучало. Тот, кого я безуспешно пыталась забыть, сидел передо мной, заставляя терять контроль и тянутся к его губам.
Не знаю сколько длились по времени наши поцелуи, но я горела от его прикосновений, ненасытно изучающих мое тело.
 
До номера мы добирались с редкими перерывами на дыхание, а когда очередная остановка произошла около моей двери, сознание на миг протрезвело, и я увидела, что рядом со мной не Он.
Что все это время я отдавалась в руки другому.
Прежде, чем я успела что-то сказать, Антуан открыл дверь и, притянув меня к себе, впечатался в губы новым жадным поцелуем.
Мозг и тело теперь изучали новые для себя прикосновения без обманной призмы другого лица. Ощущения не походили на поцелуй с Ним, и не были похожи на те ужасные прикосновения Брендона, потому что запах Антуана не отталкивал. Он мне нравился. Действительно нравился. Только иначе. Не вызывал внутри бурю или вихрь, не заставлял колени подкашиваться, он обволакивал, как теплый плед. Наверное, потому я решилась отдаться моменту, но в ту же секунду мой партнер отодвинулся и часто дыша произнес:
— Тебе надо идти спать. — его наставление удивило, брови поспешили воплотить в реальность эмоции. На губах Антуана появилась усмешка. — Да, я очень тебя хочу, Хлоэ. Но не так. Сейчас мы оба слишком сильно пьяны.
Актер аккуратно подтолкнул меня в номер. Оставил мою сумку, про которую я давно забыла, на столике около зеркала и пожелал:
— Доброй ночи.
Дверь за ним захлопнулась, и я осталась одна со спутанными мыслями и чудовищным желанием спать.
Плюхнулась на кровать и заснула быстрее, чем закрылись глаза.
*
— Ещё раз так напьёшься и твоя жопка встретится с моим ремнём, бемби! И нет, я не боюсь, что ты меня засудишь, потому что быстрее сам выиграю дело о моральном разочаровании в своей подопечной! — суровый голос Сэма ощущался так громко, будто мою голову засунули внутрь колокола, по которому целенаправленно и метко били.
Попытки прикрыться одеялом и уйти в «домик» оборвались сразу же. Он стащил с меня защиту и поднес к носу стакан, от которого пахло откровенной отравой.
«Пей и спи вечно» — именно так трактовала аромат моя ватная голова.
— Пей. — не терпя возражений, сказал голос.
Мои глаза все еще были закрыты. Я играла в игру «если я вас не вижу, значит, вас здесь нет», но она почему-то оказалась бракованной и не сработала.
— Съемка через три часа. Пей. Считай, что это спасательный нектар. Поверь старине Сэму, благодаря этому, ты через полчаса будешь, как огурчик.
Морщась и задержав дыхание, кое-как влила в себя напиток. Мне не разрешили остановиться на половине, и при попытке отодвинуть чудодейственное пойло, долили его в меня уже насильно. Потом забрали стакан, а чуть погодя меня подняли на руки.
— Второй ингредиент чудодейственного средства, — безжалостно произнес мучитель, — Холодный душ.
Эти слова самым волшебным образом вмиг открыли мои глаза.
— О! Доброе утро, мамзелька. — усмехнулся Сэм, крепче сжимая меня в руках и вмиг нокаутируя жалкие попытки к бегству. — Твои оленьи глаза не помогут. В другой раз будешь думать, прежде чем напиваться перед съемкой! На один день доверил тебя этому бездарю и нате здравствуйте! Бемби-алконавт в похмелье.
— Он ни в чем не виноват. — промычала в ответ, краснея от воспоминаний вчерашних поцелуев.
И как теперь вести себя с Антуаном?
Разыграть роль с амнезией?
Алкогольная прогрессирующая амнезия!
Стараться избегать его весь день?
Как я буду его избегать, если у нас сегодня сцена на вилле почти тет-а-тет… Сослаться на роль и необходимость уединения?
Где, кстати, мой паспорт?
Найти паспорт и срочно вылететь обратно в Америку.
— Ты хоть трусишками своими перед ним не светила? — добил меня Сэм. — Или он оказался благородным дундуком?
— Благородным. — честно призналась я.
— О-о-о…
*
Я больше никогда не буду пить. Дала себе слово. Никогда-никогда.
Вокруг кишели люди, готовясь к съемке. Я листала роль, повторяя сцену.