Неудачное попадание, а может...(СИ)

 — Э? Что такое дурка? Причем тут желтые стены, к тому же мягкие? — встав напротив спецназовца, с интересом проговорил вампир. — Ненавижу желтый цвет, — скривился он. — И какая крыша куда поехала? — на всякий случай Сеар бросил взгляд на потолок, вдруг этот юноша имел в виду их крышу, но она никуда поехать не могла, так как была прочно прибита.
  
 — Это выражение такое, — не отрывая рук от лица, глухо проговорил Филипп. — Поехала крыша, означает, что мозг отправился в отпуск, — пояснил он, чем еще больше запутал вампира.
 — Мозг? В отпуск? — уточнил клыкастый. Филипп кивнул. — Откуда же ты явился, что ваши мозги сами по отпускам ходят? — протянул вампир, пытаясь представить эту картину, но у него ничего не получилось.
 — Что мне делать? — вскинул голову на ректора адепт, резко отняв руки от лица. Нож рассек со свистом воздух, едва не зацепив клыкастого. Он отшатнулся, осторожно высвобождая оружие из рук парня.
 — Жить, что же еще? — пожал плечами клыкастый. — У тебя есть другие предложения? Ведь домой, насколько я понимаю, тебе возврата нет?
 — Меня там убили, — честно признался Филипп. — А тут называют каким-то странным именем, которое я не могу запомнить. Да и это тело… — презрительная улыбка исказила лицо.
 — Все зависит только от тебя, — жестко произнес вампир. — Подбери сопли и вперед! Покажи, на что способен. У тебя странные навыки ведения боя, я видел твои перевороты, видел хватку, которой ты держал нож, наши воины так не могут. Они всегда идут в лобовую атаку. Может ты не зря здесь оказался? Ведь Судьба не каждому дает шанс на перерождение. Иди!
 Кивнув, благодарно посмотрев на ректора, что несколькими словами промыл мозг, Филипп встал, кивнул и молча вышел за дверь. Там, как оказалось, его ждала потрясенная преподавательница. Подглядывала наверняка, — сделал вывод Филипп, косясь на женщину, которая ни слова ему не сказала. В тишине они дошли до класса, в такой же тишине, ткнув Филиппу пальцем на дверь, она развернулась и ушла. Адепт пожал плечами и вошел в класс.
 Двадцать пар глаз сразу устремились на него. Сначала Филипп не понял этих взглядов. А потом сработали инстинкты. Он подпрыгнул, изогнулся и схватил летящий в него дротик, гневно посмотрев на преподавателя, который довольно наблюдал за Филиппом. А потом стремительно бросился на остроухого.
 — Как же вы мне дороги, — возмутился адепт, принимая защитную стойку. — Сначала вампир, теперь какой-то остроухий… Что ж вам от меня надо-то?
 Глава 2.  
 Танец начался. Остроухий был виртуозом. Он двигался плавно, словно перетекая с одного места в другое. Несколько минут Филипп уворачивался, изучая тактику противника.
 «Эх! Сейчас бы мое тело», — удрученно подумал парень, делая пробный выпад, обманку-нападение. Остроухий попался на нее, уворачиваясь в нужную для Филиппа сторону. Этим он и воспользовался, быстро падая на пол, перекатываясь и хватая соперника за ноги, нанося ему удар кулаком под колено. Ему в ответ достался довольно ощутимый тычок под ребра и сразу же в основание шеи. В глазах спецназовца помутилось. Но он не дал себя свалить. Отскочил, напоровшись на стол спиной. Едва успел увернуться от следующего удара. Отскочил. Остроухий, казалось, играл с ним, как с букашкой. Нога преподавателя взметнулась перед лицом парня, припечатала его к стене. Падая, спецназовец успел дернуть остроухого за лодыжку и вывернуть ее. Такой подлянки преподаватель не ожидал.
 Как только остроухий оказался на полу, Филипп вскочил на него, сел на грудную клетку и подставил дротик к горлу.
 — Все? Проверка на вшивость окончена? Я могу отдохнуть? Это тело совершенно не предназначено для таких нагрузок, — зло выпалил свои вопросы Филипп, задыхаясь. Этот спарринг дался сложно. Болело все тело, ломили кости. Внутри словно жар разгорался. Как этот тип из него все внутренности не выбил — осталось загадкой. Остроухий кивнул. Парень с огромным трудом слез с него — даже это движение далось с трудом — и уселся за первую парту. В данный момент только она была свободна да и не дошел бы он дальше — рухнул бы прямо на проходе.
 В классе стояла гробовая тишина. Филипп спиной ощущал направленные на себя взгляды, но ни разу не обернулся. Он пытался разложить мысли по полкам. Как же его угораздило попасть неизвестно куда? И почему именно это тело ему досталось? Но больше всего волновало Филиппа, куда делся прежний владелец? Ведь если сам спецназовец в своем мире умер, то и хозяин этого тела тоже, по идее, мертв. Что же с ним произошло? Не во сне же он скончался? Ведь очнулся Филипп в кровати, да и Сентиар вел себя как обычно. Будь он убийцей, то оживший сосед по комнате поверг бы его в ужас. А этого не было.
 «Как же мне все выяснить? В одиночку это будет сложно сделать, нужен помощник. А я даже не знаю, кому можно доверять, кому нет», — размышлял адепт, совершенно отрешившись от реальности. Он не обращал внимания на то, что рассказывал остроухий, на перешептывания за спиной, сейчас Филипп решал вопрос о том, как ему быть дальше.
 Очнулся от хлопка по плечу. Перед ним стоял его сосед по комнате, с которым Филипп уже успел «познакомиться».
 — Фра… э-э-э, Фил, идем. Или ты тут намерен остаться? — поинтересовался сосед, выжидающе глядя на адепта.
 — Идем, — Филипп встал. — Только куда сейчас? В комнату? Или есть еще занятия?
 — Все закончилось, сейчас у нас небольшая практика на полигоне, ты должен это увидеть, — усмехнувшись, произнес Сентиар. Филипп почувствовал подвох. Но желания отступать не было, да и некуда. Русские не сдаются, даже если оказываются в неизвестном мире и в тщедушном теле.
 Учащиеся пришли на полигон. Большое поле, которое было накрыто прозрачным куполом. Можно было увидеть, что происходит внутри. Только назначение купола для новичка пока было загадкой. А спрашивать он не стал. Зачем тратить слова, когда и так будет все скоро известно. Как он и предполагал, внутрь отправилась первая пара адептов. А то, что происходило дальше, заставило Филиппа напрячься. Это как у них такое получается? Из ладоней парней вырывался огонь, из-под земли выползали корни, оплетая одного из адептов, но он тут же сжигал эти отростки огнем.
  
 «Ох-е! Куда ж я попал? Интересно, а во мне такое есть? Скоро наверняка и моя очередь подойдет. Так вот чему этот тип радовался? Наверняка знает, что это тело ни к чему не приспособлено, потому и надеется на то, что сможет закатать меня в асфальт, — размышлял Филипп. — Тьфу, блин, тут и про асфальт наверняка не слышали. Значит, в песок».