Развод. Она будет моей (СИ)

Гордеев издает едкий смешок, а затем и вовсе разряжается звонким гоготом, и в ту же секунду я жалею о сказанных мною словах.
— Слушай, у меня прямо-таки дежавю, — сквозь смех выдает. — Ничего не изменилось, — продолжает заливаться хохотом, в то время как я в непонимании гляжу на него. — Но ты выбрала его, Лера.
— Я не могла его выбрать… — глухо протестую.
— Тогда вспомни. Вспомни, почему ты выбрала его. И тогда все поймёшь. Может, взглянув на свой поступок спустя время, к тебе придет хоть доля раскаяния, — жестко высекает, но в глазах сосредоточено столько боли, что я сама начинаю ее ощущать. От этого сердце распадается на части. Да, Макс наглый, самоуверенный, местами вредный и слишком дерзкий тип! Но все же чувствую, что за его маской надменности и холодного безразличия скрывается что-то хорошее. Хоть и мозг не помнит его, но в душе становится теплее, когда думаю о нем. Смотря на этого мужчину, не могу понять одного…Как же все-таки я могла променять его на Марка?!
  
Глава 16
 
Максим
Хотел бы я сжалиться над ней и дать шанс, но… Слишком крупная моя душевная рана, а гордость тем более не позволит снова подпустить ее ближе допустимого уровня. Посмотрев на часы, обнаруживаю, что пять минут давно прошли.
— Время вышло, — сухо заявляю, желая, чтобы она поскорее ушла. Слишком тяжело быть с ней так близко… Ощущать его запах. Даже просто смотреть на нее.
— Максим… — умоляюще произносит. Поднимаю взгляд от экрана, и встречаюсь с ее. Полными отчаяния и страха. А еще…я замечаю, что на шее красуются два синяка. И нет, это не засосы.
— Мне больше некому помочь… — полушепотом выдыхает, а взгляд такой умоляющий, что у меня аж сердце сводит. Встаю, и медленным шагом надвигаюсь к ней. Растерянно следит за моим приближением. Сажусь рядом. Касаюсь пальцами шеи. Лера, кажется, и вовсе дышать перестала. Лишь шумно сглатывает, прикрывая глаза.
— Кто это сделал с тобой? — шепчу хрипло, поворачивая ее голову к себе. Одна ее просьба, и я уже готов сдаться! Идиот. Ничему жизнь не учит. Если человек предал один раз — обязательно предаст и второй.
— О чем ты? — судорожно дотрагивается рукой до шеи, будто бы и правда не понимая, что я имею ввиду.
— Синяки на твоей шее, — грозно произношу я уже на более повышенном тоне. И не потому что на нее злюсь, а потому что предполагаю, кто это сделал! Урод.
— А… да так, пустяки, — отмахивается Лера, нервно трясущимися руками распределяя волосы по плечам, так, чтобы увечий не было видно.
— Лера, — шиплю я строго. — Ты врешь мне. Если будешь и дальше врать, я больше тебя к себе на метр не подпущу.
— Марк, — едва шевеля губами, тихо выдает. Но мне, в общем-то, и не нужно было слышать. Я изначально обо всем догадался. И мне…мне, черт возьми, жаль ее! Сердце болезненно сжимается, едва представляю, что этот мудила мог с ней сотворить. И будь сейчас Марк рядом, задушил бы его голыми руками. Вот только не очередной ли это спектакль? Вся эта потеря памяти, синяки, просьба о помощи… Кто его знает, возможно у этих двоих появилась новая схема? Поэтому решаю проверить. И как по мне, этот способ идеально подходит.
— Что ж, я могу тебе помочь, — произношу эти слова, а в голове снова чертово дежавю, когда предлагал ей выйти за меня замуж. Поздравьте меня, я дважды идиот. Но противостоять чувствам не могу. Если это очередной фарс, я навсегда вычеркну Леру из своей жизни.
— Ты мне все расскажешь? — глаза Леры загорелись в надежде. Нет, милая, не все так просто.
— Да. Но с одним условием, — ухмыляюсь злорадно.
— С каким? — настороженно задает вопрос.
— Тебе нужно будет провести со мной одну ночь, — выпаливаю, как ни в чем не бывало, в то время как глаза Леры испуганно расширяются. Затем она и вовсе закашливается.
— Что ты себе позволяешь? — шепчет задушено.
— А почему нет? По старой дружбе, так сказать, — издаю ехидный смешок, в то время как возмущенное лицо Леры пылает жаром.
— Ты…ты…ты невыносим! — сбивчиво хрипит, хмуря брови.
 
— Боишься, что твой женишок обо всем узнает? — едко подначиваю.
— У тебя, вообще-то, тоже есть девушка! — выпаливает с осуждением.
— Я смотрю ты знаешь о моей жизни больше, чем я сам. Так может тогда и в своей сама разберешься? — нарочито задеваю ее за «больное». Молчит. Значит, я все же был прав. Это снова какой-то коварный план. — Лера, повторяю еще, твоё время вышло.
Возвращаюсь к столу и утыкаюсь в экран монитора, делая вид, что очень занят работой. Внутри же меня разрывают смешанные чувства. Я одновременно хочу, чтобы она скорее ушла, и также сильно этого не хочу. Устало тру пальцами виски, прикрыв глаза.
— Это точно будет всего лишь один раз? — доносится тихий голос Леры. Неужели?
— Точно.
— И ты мне после этого точно все расскажешь? — уточняет робко.
— Точно, Лера, точно.
Обреченно вздыхает. Нервно закусывает губу. И, черт возьми, я знаю, какой будет ее ответ.
  
Глава 16.1
 
Лера
— Тогда я согласна, — проговариваю несмело, находясь в шоке от самой себя. Неужели я действительно иду на это? Подойдя вплотную к Максиму, встречаю его изумленный взгляд. Дрожащими руками принимаюсь расстегивать пуговицы на блузке.
— Нет, нет, — берет меня за руку, тем самым останавливая мой порыв. — Не здесь. Все таки рабочий день еще не закончился, — гадко ухмыляется, а в глазах так и читается открытое издевательство! Черт! Я дура! Щеки заливает жаром, и я от стыда увожу взгляд, лишь бы только не смотреть в этот затягивающий омут глаз.
— В следующий раз уточняй! — возмущенно шиплю в ответ.
— Так я уточнил, Лера. Ночь — это темное время суток между вечером и утром. Если ты вдруг не знала, — с издевкой высекает. Засранец!
— Я прекрасно знаю, что такое ночь! — обиженно восклицаю.
— Умница, — Гордеев встает и оказывается вплотную ко мне. Осторожными движениями застегивает пуговицы, оставив расстегнутыми лишь две верхние. Так, чтобы мою грудь было видно. А затем и вовсе нагло пялится в откровенный вырез! — А для начала можем сделать так.
Дотрагивается губами к моим. Обхватывает мощной ладонью мой затылок, прижимая к своему рту крепче. И если по началу его движения были легкие и практически невесомые, то теперь же он нагло языком изучает мой рот! Руками упираюсь в его плечи, требуя прекратить. Но наглец будто бы не замечает моего протеста. Продолжает жадно поглощать мои губы. И, черт возьми…в какой-то момент мне это даже начинает нравиться. И я уже не призываю его остановиться, руки сами по себе опускаются вниз. Сердце бахает нещадно, отчаянно отбиваясь о ребра. В животе разливается неведомое мне ранее предвкушение. Может, переспать с Гордеевым вовсе не так уж и страшно? Кажется, мой чувствительный организм вовсе не против продолжения…
Стоп. Я похоже, не в себе. Как только у меня мысли такие могли возникнуть?! Но все же, он мой бывший муж. Пусть и фиктивный, как заявляет Максим. Возможно, а может даже наверняка, в прошлой жизни я могла любить этого человека…
— Ну что? Не пришло озарение? — хриплым голосом спрашивает, отрываясь от меня. Глаза смотрят в упор. Зрачки расширены, отчего цвет глаз кажется и вовсе черным, словно тьма. Омут, который завораживает и сводит с ума.
— Нет, — шепчу я, не прерывая зрительный контакт. Но на интуитивном уровне что-то мне подсказывает, что такое со мной точно уже когда-то случалось. Да, воспоминания стерлись напрочь в моей голове. Но ощущения… Тело словно помнит его поцелуи. Помнит те эмоции, что вызывали его жаркие прикосновения.
— Тогда попробуем еще.
И снова он нападает на мои и без того истерзанные губы. Но я беру и сама подаюсь ему навстречу! Сама нагло исследую руками его спину, плечи, шею, руки… Распаленная кожа обжигает. Но вместе с тем я будто бы не против сгореть в этом огне.
— Не делайте так больше…
— Почему? Тебе не понравилось?