Скверная жизнь дракона. Книга седьмая (СИ)

Желтоватая полоска берега сменяется покрытой травой землёй, чтобы смениться искажённым лесом, перейти скверную каменистую землю, оборваться берегом озера… опять земля… болото… лес, и ещё лес, и ещё… скверна меняет свои проявления, меняет тварей. А впереди маячат горы. Те самые. Они тянутся к небу, вырастают с каждой секундой. Видно начало предгорья, плато, небольшую рощицу и текущий ручеёк. Вот та самая тропинка, полого тянущаяся к прорехе в склоне.
Я подлетаю к пещере: из неё тянет тёплым воздухом, а во входной заброшенная печка для розовых оболочек, целы каменный холодильник и половинчатая загородка на входе. Спускаюсь и отлетаю к рощице. Водосбор ручья засорился за год, вполовину заполнен землёй, но цел, и вода — кусает прохладой кожу, когда я опускаю морду, глубоко пью. В животе пробуждается лёгкий голод, царапает желудок. Терпимо, у меня три микла, они справятся.
Бывшее хранилище орехов из псехвотрубок и каменная раскалывательница — всё на месте, на пологом участке холма. Рядом с ними я снимаю ящик: сначала заднюю лямку. С передней приходится повозиться, роговые отростки не дают снять, приходится перекувыркнуться животом кверху, только тогда лямка скользит по внутренней гладкой коже шеи. Когтями задних лап поддеваю крышку, отскабливая дурно пахнущий клей. Всё остальное — уже не важно, и в форме ксата справлюсь.
Я раскрываю крылья и, активировав «Полёт», вздымаю в небо. Мана чуть восстановилась, хватит до верхушек горы. Тело покачивает ветер, но добираюсь без проблем. Приземляюсь, опираясь сначала на задние лапы, аккуратно опускаю оставшийся вес тела на локти, стараясь не касаться культями острых камней. Уставшие с долгого перелёта крылья ноют, в местах сочленение крыльев и спины будто воткнули гвоздики. Тянет как после судороги, но и это пройдёт, только отдохну немного.
Вокруг — привычный материк. Скверна до горизонта, прерываемая кусочками простой земли, а где-то лесами, полями и реками с отступившей порчей. Ветер сменился, теперь дует с запада, несёт запах хвои далёкого леса и влагу от горного ручья. Под горой коз нет, но обоняние говорит, что далеко впереди есть живность, нечувствительная к скверне. Справа — привычный защитный лес с древнями, кабанами и кошаками, за ним лес скверный, настоящий, с мицелиевыми коконами, хитцами и светящимися грибами. За ним — кусок нетронутой земли, а на северо-западе белёсые треугольнички. Небо чистое, скверна игнорирует меня. Всё привычно мне и знакомо. Я знаю — что произойдёт дальше, знаю — как ведут себя порождения, знаю — как прокормить себя, знаю — что могу найти нежить и стать сильнее. Я контролирую ситуацию.
Меня пробил озноб, дрожь сковала мышцы. Стягивает их, натягивает и вновь стягивает. Меня всего трясёт, сжимает, лапы в судороге прижимаются к телу, крылья вдавливаются в спину. Я пытаюсь закричать, но открываю рот в беззвучном рыке. От судороги больно, везде. Меня ещё сильнее скрючивает, сворачивает. Я касаюсь носом горы, грызу камни в попытке унять непонятное чувство, пытаюсь отвлечься от мыслей в голове. Хочу, чтобы они исчезли. Из глотки вырывается тихий рык, скулёж, мольба.
Я не знаю, как реагировать. Не знаю, что думать о себе; как чувствовать себя дальше; как воспринимать происходящее. Я не могу понять, что я чувствую, как относится ощущению в груди, в голове. Что мне делать, как относится к нему? Не знаю. Как быть, как воспринимать себя? Не понимаю.
Впервые, за прошедший год — я почувствовал себя в безопасности.
 Глава 2 
 Часть 1 
— Даже не знаю, что теперь делать, — задумчиво произнёс я, откусив кусок мясистого языка и с высоты пещеры осмотрев скверный лес перед горным плато.
На обычном южном континенте, задачи на материке скверны мне казались простыми — но теперь я поменял своё мнение. Причина — время.
На остров ксатов я приплыл в конце второго летнего месяца. Примерно три недели добирался до материка скверны. А как прилетел и отсиделся на горе, погасив эмоции, сделал несколько вещей. Об одной из них, очень важной, в прошлый раз забыл. Я её сделал, и на несколько дней превратился в едва дышащую статую. До сих пор увиденное понять не могу, но тогда, больше месяца назад, я растормошил себя и воплотился в ксата — а размышления отложил на будущее. Как и брезгливость по отношению к дарам скверны: от них зависит моя жизнь, да и другой еды на материке скверны не найти.
  
Больше месяца я только и делал, что утром спускался с горы, хватал волокушу их псехвотрубок древней, и отправлялся добывать припасы. За месяц добыто две сотни миклов, орехов древней, с двадцатку мясистых языков шестилапых кошаков, Нашласарских манулов скверны, и от них же Кваралитской массы приправой, розовых коробочек с две сотни и с десяток мешочков с тёплым содержимым. С этим зиму можно переждать. Тем более что повторно пошил себе одежду из добытой шкуры манулов и кожи кракчатов, вепрей скверны. Привычную одежду в скверну лучше не заносить, чтобы её не сожрало.
Больше месяца собирал припасы, вчера решил закончить. И на сегодняшнюю ночь «система» обрадовала меня извещением. Я прожил очередной год. Лог.
Очки в моей истинной форме получены за два последних нарождения. Ими сейчас я не смогу воспользоваться. Форма ксата — вот, где нужно поднимать уровни. Это эффективней, если сравнивать с поднятием уровней в моей истинной форме. За уровень в форме ксата я получу одно очко навыков, когда в форме дракона мне для этого нужно взять все десять уровней.
Если грубо считать оставшиеся время — то через два года и один месяц я должен быть у академии. За это время я должен искать семью, и это не обговаривается. Оптимальное — холодный период, и искать на северном материке, потому что южный уж точно покрыт моими объявлениями. Время на материке скверны ограничено. Ровно через год и один месяц я должен воплотиться в свою истинную форму и лететь сначала на остров ксатов, а потом и на поиски семьи. За эти тринадцать месяцев надо успеть очень многое.
Нужно подготовить заллаи для погашения долга, и собственных нужд. Для первого нужно ждать зиму, и подготавливать ядра хитца. Я должен четверть миллиона имперских золотых, одно такое ядро скосит долг на пятьдесят тысяч. Нужны пластинки полёвки, тоже подготовленные, они пойдут в гримуар. Нужен стебель для будущего жезла, да и не мешало бы посох заменить на подготовленную заллаю.
Надо найти порождение одно, особенное для меня. И наблюдать за ним, подмечая слабые места, чтобы наверняка убить с одного удара. И прочие порождения не мешает изучить, в будущем пригодится.
Я должен поднять навык «Чувство магии» до двадцать пятого уровня. Без потаённого чувства чужого магического следа придётся туго. Нужно накопить двадцать очков навыков, а это ровно двадцать уровней. Но ещё нужно столько же про запас: пригодятся, когда начну изучать умения из своего класса.
До отлёта я должен собрать не меньше четырёх сотен миклов. В прошлый раз я собрал две сотни орехов древней, и энергия одной сотни восстановила примерно сорок сантиметров моего прекрасного хвостика. Это был болезненный опыт — но смертельно лететь на северный материк таким калекой, как я. И, конечно, мне нужно поднять уровней в своей истинной форме, чтобы увеличить запас очков характеристик и навыков.
На это всё лишь тринадцать месяцев. Притом холодные месяцы я прикован к пещере и далеко отходить не могу. Но спасибо мне, что месяц назад сперва покружил по округе, высматривая порченые обиталища разумных.
Дворфийскую нежить на западе использовать слишком накладно: там негде укрыться, а холод меня убьёт быстро. Ту нежить оставлю для своей истинной формы. Для формы ксата же нашлось другое место. Но есть одна загвоздка, одна проблема, и одно очень скверное обстоятельство. Вот только выбора у меня нет. Придётся воспользоваться этим местом, если я хочу успеть всё задуманное к следующей осени.