Проведи меня через туман. Летопись первая: Велесовы святки (СИ)

Светлые локоны с красными прядями легкой волной рассыпались по ее плечам и спине, и девочка с явным удовольствием провела по голове пальцами, разминая ее.
— Да, — тихо ответил ей яриловец, но его тут же отвлек Никита.
— Слушай, а каково это? Ну, превращаться?
Онисим, к которому на плечо перелез Персей, сидел молча, только лишь и успевал, что переводить заинтересованные взгляды с одного подростка на другого.
— Послушай, Вершинин, я проклятый волколак, а не перевертыш! И это не так здорово, как тебе думается! — фыркнул Полоцкий, наливая себе чай из самовара только чтобы чем-то себя отвлечь.
— Все равно! Это ведь дар! Понятное дело про полнолуние, но ты ведь можешь научиться контролировать это! — Никита явно не собирался сдаваться. Яромир замер. У него дернулась мышца на израненной серебряной цепью щеке, а Мирослава быстро перекрыла кран в самоваре, когда чай стал переливаться за края чашки.
— Аккуратно!
— Ой… — парень убрал руку с кружкой, отпив горячий чай, переливающийся за бортики. Затем как-то зло посмотрел на своего друга. — Это невозможно научиться контролировать! Мне даже магия перевертышей из-за этого недоступна!
Мирослава, вытиравшая промокшую скатерть, резко к нему повернулась.
— Это правда?
Яромир кивнул, а Никита несогласно замотал головой, как болванчик.
— Нет-нет-нет, ты не прав! У тебя даже больше всех нас есть шанс стать перевертышем! Твое тело уже знакомо с родственной магией! Тем более, твоя оборотническая форма какая?
— Он волк, банальщина, — каркнул Персей, видя, как Полоцкий пытается снова замкнуться в себе.
— Тогда точно! Ты еще и родился под чертогом волка! Возможно, тебе даже удастся контролировать себя в полнолуние!
— Ты не понимаешь, о чем говоришь, Вершинин! — окончательно разозлился черноволосый яриловец, стукнув ладонью по столу. Девочки вздрогнули.
— Я читал об этих феноменах! И они являются родственными, как двоюродные братья! — не сдавался Никита, которого вообще сложно было сбить с намеченной цели.
— Мне все медзнахари твердили и твердят о том, что я обречен!
Два парня смотрели друг на друга в упор.
— А ты сам-то хоть что-нибудь читал дальше первой страницы про волколаков?!
— Какой смысл в этом?!
— Так, тихо, мальчики! — Мирослава взволнованно закусила нижнюю губу. — Давайте сейчас спокойно во всем разберемся. Никита, ты уверен?
Тот кивнул, на что Яромир фыркнул, всем своим видом показывая свой скептицизм.
— У тебя из чего перстень? — Вершинин жадно посмотрел на правую руку друга, а тот растопырил пальцы, показывая.
— Серебро и лунный камень… — после слов Яромира Никита хлопнул в ладоши и подпрыгнул на месте, из-за чего все остальные испуганно вздрогнули.
Астра стукнула парня по затылку, но тот даже не отреагировал, продолжив:
— Это же подарок судьбы, Полоцкий, ты понимаешь?! Волколаки чувствительны к серебру! Но лунный камень нейтрализует его действие! Да, возможно, кожу на пальце у тебя и жгло по началу, но ведь со временем ты привык?! Знаешь, что это значит?
Яромир, все же взбудораженный его словами, пригнулся ближе к другу, с жадностью слушая каждое его слово.
— Что?
— Оборотень-маг с лунным камнем! Значит, он может помочь тебе контролировать превращения! Просто надо с этим разобраться…
— Тогда разберемся с этим позже! Вы хотите знать, что произошло сегодня ночью? — спросила Мирослава, когда повисло молчание. Яромир погрузился в свои тяжелые мысли. Вершинин подарил ему надежду, и парень боялся, что это может быть ошибкой.
Все разом резко оживились, а Персей, перелетев с плеча Онисима на самовар, явно чтобы погреть лапы, громко кашлянул своим немного жутковато вороно-мужским голосом:
— Кар! Дело было так! Кто-то под именем нашего княже назначил вашей рыжей подружке свидание на погосте прям перед опахиванием на Малых Велесовых святках. Та, недолго думая, рванула к нему навстречу…
Часом позже в Избушке висела тишина, во время которой Мирослава и Яромир выжидающе смотрели на своих задумчивых друзей. Ворон рассказал все максимально подробно, делая свои мудрые выводы и расставляя где надо акценты.
 
— А потом император поклонился Хозяйке Подгорья, и я вдруг осознала, что Никифор, скорее всего, намекал именно на нее! — вполне уверенно добавила Мирослава, когда посыпались уточняющие вопросы о том, что же было после событий на кладбище.
— Хочешь сказать, это она пыталась тебя убить, а перед этим проверить на подселенную душу? Но ведь ни разу именно на тебя не было совершено никаких нападений… — задумчиво проговорила Астра, неосознанно теребя тоненькую косичку у лица, в которую были вплетены колечки с какими-то символами.
— Именно, но мы подумали, что сначала Яга должна была натравить на нас Избушку, еще в сентябре. Она прекрасно знала, что мы с Яромиром ее тогда выследили, но ведьма не догадывалась, что мы познакомимся с Онисимом, который нас с этой Избушкой подружит, скажем так, — смотря сквозь подругу, говорила Мирослава. — Потом мы сблизились с Третьяковым и, возможно, став вампиром, тот должен был убить меня. Либо все должны были думать, что я каким-то образом связана с его гибелью, раз он упоминал, что именно я звала его в лес той роковой ночью. Но и тут не срослось. Вместо меня все стали подозревать Яромира.
— Затем пострадала Маша Романова, которая вышла из леса слегка сумасшедшей, — вспомнил Полоцкий, щелкнув пальцами. — Хотя опять мы с Мирой были в лесу в тот же момент, однако с нами был Онисим, и мы точно можем сказать, что не он причастен к тому, что случилось с девушкой. Ну и не мы, разумеется!
Леший кивнул, счастливо улыбнувшись.
— Да за такое меня бы изгнали отсюдова, я же тоже правилам Подгорья подчиняюся! — сказал хозяин леса, сидя на лавочке и болтая короткими ножками.
— Что было дальше? Дальше нападение на Елену Даль, которая ни с того, ни с сего потом дала показания, что именно после общения со мной ее потянуло в лес. Уж не знаю, что бы со мной было, если б не Владимир…
Мирослава посмотрела на Яромира, который после новогодних каникул рассказал ей, что брат пока все держит на контроле.
— Следом нас ожидает небольшое затишье, обернувшееся разгулявшейся в школе коровьей смертью. Назначают обряд опахивания, и кто-то под именем Яромира приглашает Мирскую на свидание на кладбище. Надо совершенно меня не знать, чтобы подумать, что я бы не рванула вместе с ним туда. А этот кто-то прекрасно меня знает, хоть и придумывает совсем нелогичные способы, чтобы меня подставить! Потом и Никифор, после того, как опоил меня каким-то зельем и пока закапывал меня в могиле… — яриловка заметно поежилась, когда воспоминания о той ночи снова проникли в память. — ...сказал, что я стою у кого-то поперек горла! В общем, со стороны все выглядит как банальное нападение серийного упыря, — она истерично хихикнула.
— Чем ты можешь мешать-то? — удивилась такому Иванна, смотря на одногруппницу. — Но ведь это все как-то не вяжется одно с другим! Можно было просто выйти напрямую на тебя, не строя всех этих заговоров!
— И почему нельзя было подстроить так, чтобы это зелье подлили тебе в то время, когда ты, допустим, лежала в медзнахарских палатах? — поинтересовалась Астра.
— Потому что это незаконно, — ответил за подругу Яромир. — И опасно. Подселенная душа, пробудившись, могла начать вырываться из тебя, ненароком убив его. Такое скрыть было бы сложно.
Мирослава неуютно поежилась, а потом заметила переглядки парней.
— Вы что-то знаете? — она повернулась сначала к задумчивому Полоцкому, а потом к Вершинину, который нервно ворошил свои пшеничного цвета волосы.
— Возможно, ты на самом деле представляешь некую опасность… — заговорил Никита, тщательно подбирая слова.
— Видишь ли, дело в том, что… — прокашлялся Яромир, почесав подбородок. Оба парня выглядели нервными.
— В чем, ради Перуна, дело?! — Мирослава ничего не понимала и только крутила головой в разные стороны. У нее уже сдавали нервы!