Жена брата. Забрать свое

– Спасибо.
– Аленушка, мы тоже приедем. Но утром, хорошо? Сейчас поздно, – шепчет напоследок соседка, на что я лишь киваю.
Оказавшись в больнице, я звоню девочкам. Оставаться тут одна я не хочу. С самого детства не люблю врачей, а лежать в холодной палате тем более.
Не знаю, сколько времени я сижу на холодном полу, как бабушка буквально час назад. На самом деле тут жарко, но я трясусь как осиновый лист, грызу себе ногти, мысленно молю Бога, чтобы врачи ничего плохого не сказали. Но кого я обманываю? У нее серьезные проблемы с сердцем!
  
Резко встаю с места и быстрыми шагами направляюсь к мужчине в белом халате.
– Скажите что-нибудь хорошее. Я вас умоляю, – прошу его, но он медленно мотает головой, поджав губы.
– Ей срочно нужна операция, – говорит он, внимательно всматриваясь в мое лицо. – У вас есть близкие люди? Вы же понимаете, что нужны деньги?
Я, конечно же, понимаю. Но откуда мне взять ту сумму, о которой говорит врач? Господи, к кому пойти за помощью?
Пролистываю контакты в своем телефоне и понимаю, что я реально останусь одна, если вдруг бабушки не станет. Мать, будь она неладна, черт знает где находится. И поможет ли, если узнает о состоянии бабули? Нет, не думаю…
Кирилл… С надеждой смотрю на этот номер. Набираю. Длинные гудки действуют на оголенные нервы, сводят с ума. А потом они превращаются в короткие.
Набираю снова, мысленно умоляя, чтобы ответил.
– Да! – наконец доносится голос друга, но через какой-то гул. – Ален, я в аэропорту. В Москву по делам улетаю. Что-то случилось?
– Нет, – отвечаю после короткой паузы. – Все хорошо. Потом созвонимся.
Отключаю звонок и прижимаю телефон к груди. Что делать, я даже не знаю. Вибрирует мобильник, и я принимаю вызов, не посмотрев на имя звонящего.
– Да!
– Что случилось, Алена? – Сережин голос действует на мои нервы гораздо сильнее, чем те длинные гудки. – Что с бабушкой случилось? У отца там знакомые есть. Я попросил его помочь. Короче, все окей будет. Не паникуй раньше времени. Я сейчас приеду.
– Что? – ошеломленно отвечаю, прижимая телефон к уху крепче, но парень отключается.
Хожу из угла в угол. Нет, словам того мерзавца доверять нельзя. Он профессиональный шантажист, и ничего хорошего от него ожидать не следует.
Девочки приезжают через некоторое время, пытаются успокоить, но получается наоборот. Я плачу сильнее, впадаю в панику. Денег у меня нет. Продать тоже нечего. Тогда откуда?! Откуда достать ту сумму для бабушки?
– Нет, нам не хватает. Может, кредит возьмем? Ну, например, каждый из нас по сотке? – предлагает Лиза.
– Это будет долго. – отчаянно мотаю головой. – Деньги нужны до завтра.
– Боже… – стонет Софи, зажмуриваясь.
– А Сережа что тут делает? – вдруг спрашивает Лена, не скрывая свою ненависть. – Я только что его у регистрационной видела.
Глубоко выдохнув, снова мотаю головой. Ждать от него помощи? Господи…
– Алена, – доносится мужской голос. Девочки, окружившие меня, отходят в сторону. – Не волнуйтесь. Все оплачено. Завтра рано утром…
– Вы серьезно? – не успевает договорить, я его перебиваю. – А кто оплатил?
– Вам тут оставаться не следует. Вы можете поехать домой, – игнорирует мой вопрос, несет какую-то чушь.
Нет, я, конечно же, бабушку тут одну не оставлю.
Мужчина уходит, не сказав больше ни слова. Пока я растерянно хлопаю глазами, всматриваясь в спину врача, кто-то слегка сжимает мой локоть.
– Я же говорил, что все окей будет, – улыбается Сережа. – Через пару дней твоя бабушка будет на ногах.
– Ты оплатил? – прищуриваясь, заглядываю в глаза, на что он лишь кивает. – Спасибо!
Бросаюсь к нему, обнимаю. Я бы сейчас все сделала, о чем он только попросит, потому что жизнь бабушки для меня самое важное. Парень обнимает в ответ.
Становится настолько же тяжело на душе, насколько полегчало секунды назад. Господи… В противоположном конце коридора Рома о чем-то беседует с врачом, а потом хлопает его по плечу, не отрывая взгляда от меня.
 
Глава 11
 
До самого утра сижу на подоконнике в коридоре. Одна мысль о том, что с бабушкой может что-то произойти, не дает покоя. Просто наизнанку выворачивает, потому что я жизнь свою без нее… Черт! Не смогу я без нее! Потеряюсь!
Замерзаю. Девочки ушли еще ночью, точнее, я их заставила. Нечего тут вместе со мной торчать. Да и на учебу идти, плюс работа.
Сережа не остался надолго, за что я ему вдвойне благодарна. Да, он, может, и оплатил операцию или отца своего попросил, черт знает, все же помощь пришла с его стороны, но, несмотря на это, видеть я его особо не хочу.
Направляюсь к палате бабушки. Врач вот-вот должен появиться. Операция начнется в девять – так сказал вчера доктор бабушки. А я тут одна, и это естественно. Кроме бабули, нет у меня ни одной родной души. Выдохнув, опускаюсь в холодное кресло и не могу оторвать глаз от двери палаты, где лежит моя бабушка Ясмина.
– Доброе утро, Ален, – до боли знакомый голос раздается совсем близко.
Рома. Усаживается рядом и замолкает. Минута. Вторая. Третья.
Я не отвечаю, а он молчит мучительно долго. Зачем вообще пришел? Чтобы снова сделать мне больно? Достаточно. Вчера бабушкино состояние окончательно добило меня.
– Хотел сказать пару слов. Выслушаешь?
Обхватив голову руками, я просто сжимаю волосы. Желания разговаривать нет ни капли. Но я очень хотела бы, чтобы он оправдался. Убедил меня в том, что между ними ничего нет. Хочу, чтобы обнял меня, прижал к себе и… И пообещал, что все будет хорошо. И со мной, и с бабушкой. Но он ничего такого не делает.
– Я уезжаю, Ален, – совсем тихо, хрипло произносит он. Неосознанно поднимаю голову и встречаюсь с ним взглядом. Не знаю, как выгляжу я, но он такой растрепанный, уставший. Даже волосы будто утром не расчесал. – Далеко и надолго, но ты должна кое-что знать.
Я усмехаюсь. Опускаю взгляд в пол. Интересно у него все получается. Значит, для него то, что было между нами, пустое место? Игра? А если бы я его не увидела вчера с той блондинкой, он остался бы? Или в любом случае уехал бы?
– Все, что ты вчера видела, просто спектакль, Алена. Не знаю, чего идиотка добивалась, но, поверь, между нами ничего не было и быть не может.
– Прекрати, Ром, – злюсь я. Поднимаюсь с места, а парень следом за мной. – Прекрати дурака валять. Ты и в первый раз так говорил. Не прошло и дня, вторая картина еще хуже вышла. Чего ты хочешь? Поиздеваться? У тебя получилось!
Я закрываю рот ладонью, понимая, что уже перехожу на крики. Нервы сдают окончательно. Получаю удар за ударом. Ломаюсь на глазах. Сил нет уже ни на что.
– Я тебе никогда не врал, – настаивает на своем. – Никогда, Алена. Уезжай домой, приведи себя в порядок. С бабушкой все хорошо будет. В любом случае как минимум неделю, а может, и больше, тебя к ней не пустят.
– Не твое дело!
Господи. Мне так необходима забота. Так хочу, чтобы он был рядом, но не могу принять… Он же и с ней, и со мной. Это больно! Это… Это совсем непростительно!
– Хорошо, – слегка мотает головой. – Хорошо, Ален. Будь все по-твоему.
Он так глубоко вдыхает. И отстраняется на шаг.
– Уходи! Катись к черту! И свою ту… Свою ту блондиночку не забудь с собой взять, Рома! Уходи!
Осмотрев меня с ног до головы, Рома уходит. Обнимаю себя за плечи, вжимаясь в стену. Скольжу по ней и оседаю на холодный пол. Черт! Почему так больно?
Утыкаюсь носом в колени и плачу в голос. Плевать на людей. Плевать на то, что обо мне говорят. Я устала. Никого видеть и слышать не хочу.
День длится бесконечно. К вечеру врач сообщает, что операция прошла хорошо и что мне нужно идти домой. К бабушке не пускают.
  
Но домой ехать нет желания. Я не смогу остаться там одна. Без бабули. Не могу. Все это произошло из-за меня. Моя вина.
– Куда он уехал, не сказал? – Лена пытает меня уже целый часа.
Думает, я знаю, куда собрался уезжать Рома, но я ни черта не знаю, и это меня убивает.