Мой первый. Игрушка Зверя (СИ)

_______
Сегодня днем опубликую фото браслета в своем телеграмм канале ;-)
  
Глава 22
 
— Добро пожаловать, Демид Юрьевич! — радушно восклицает администратор — симпатичная ухоженная женщина в черном костюме с иголочки.
Она смотрит на Демида сияющим восторженным взглядом и лишь вскользь на меня.
Демид ей кивает и сразу же ведет меня к гардеробу. Ресторан потрясающий, в бело-золотом цвете, с винтажной мебелью, множеством картин и зеркал.
  
— Дай я тебя рассмотрю получше, — говорит Демид, снимая с меня свое пальто.
Отходит на шаг, скользит по мне с ног до головы внимательным взглядом.
У меня подрагивают колени, но я их напрягаю и выравниваю спину.
Надо успокоиться. Сейчас я выгляжу хорошо.
Рубиновое платье изумительно переливается в свете больших люстр, ноги в новых туфлях кажутся длиннее и изящнее. И волосы я распустила. Они у меня длинные и от природы блестящие.
Злата завидует, что они такие, даже как-то от обиды просила маму подстричь меня коротко, но этот идиотизм пресекла бабушка, за что я ей благодарна.
Демид слегка прищуривается, задерживая взгляд на игре света и тени на платье.
— Красиво.
Всего одно слово, но у меня в груди будто распускается чудесный цветок. Я счастливо улыбаюсь, и Демид тоже слегка приподнимает уголки губ.
— Ты тоже красивый. Всегда красивый.
Total black — его стиль. И ему дьявольски идет. От него исходят мощные вибрации лидера, даже доминанта. Он везде как хозяин. Если придет в твой дом, то гостем почувствуешь себя ты.
— Идем, — кладет ладонь на мою поясницу и разворачивает к выходу из гардероба.
На секунду мое сердце перестает биться от его горячего прикосновения.
Мне так приятно, когда он деликатно прикасается ко мне.
Я сразу начинаю чувствовать себя особенной, а уж после его признания в машине…
Только сейчас замечаю притихшую администраторшу.
— Я вас провожу, — услужливо говорит она и дефилирует на пару шагов впереди, покачивая бедрами. Заводит в переливающийся хрусталем и золотом зал. — Самый лучший столик для вас… Демид Юрьевич… — вновь смотрит только на него.
Я только давлю улыбку и удивляюсь, что в заведении такого уровня позволено пусть и завуалированное, но пренебрежение к гостям.
Или эта дамочка пошла на риск потерять должность, чтобы показать свое расположение к Демиду, при этом принизив меня?
Не знаю.
Но мой шеф за такое уже высек бы нас морально и безжалостно наказал рублем.
А так меня это не задевает.
Я за двадцать лет уже столько наслушалась и натерпелась, что подобное игнорирование совсем не волнует. Но если бы эта холеная брюнетка пожила в моей шкуре хотя бы год, то наверняка бы уже поседела.
А меня сейчас волнует вообще другое.
— Благодарю, вы свободны, — говорит Демид, едва женщина останавливается у нашего стола, не давая ей шансов выкрасть хотя бы еще несколько секунд для общения с ним.
Демид отодвигает для меня стул, но я задерживаюсь прежде, чем сесть.
— Умоляю, только не подумай, что я тебя гоню или тороплю, — шепотом сразу объясняю я, — но я переживаю, чтобы ты не опоздал на самолет. Меньше всего на свете хочется, чтобы у тебя из-за меня возникли проблемы.
— Не волнуйся.
Демид склоняется и целует меня в обнаженное плечо, пуская по коже волну тепла, заставляя теряться в ощущениях.
На мгновенье у меня перехватывает дыхание, и кажется, что весь ресторан замирает, становясь лишь фоном для нас двоих.
Когда Демид помогает мне сесть за стол, мягко придерживая и направляя, его заботливый жест придает мне уверенности, и я думаю о том, как удивительно Демид на меня влияет. Рядом с ним я чувствую себя тут не случайной гостьей, а центром внимания. И впервые мне это нравится.
Когда Демид садится напротив, я ловлю его взгляд и не прекращаю улыбаться.
В животе будто порхают бабочки.
Не могу поверить, что это все происходит со мной.
Я никогда не смела и мечтать о таком — о том, что проведу свой день рождения в таком шикарном ресторане в компании потрясающего мужчины.
И этот браслет на моем запястье… Все как в сказке.
Может быть, впервые в жизни мне повезло?
Хочется на это надеяться.
Но мне так сейчас хорошо, что даже страшно.
Демид протягивает мне руку.
Все еще в ловушке его неотрывного взгляда, отвечаю на жест взаимностью. Когда наши ладони соприкасаются, у меня на коже проступают мурашки.
— Повторю: не волнуйся за меня. Сегодня твой день, и я хочу, чтобы мы провели его максимально приятно.
— Хорошо, — засмущавшись, отвечаю.
Демид нежно поглаживает мою руку большим пальцем. Поразительно, но от этой невинной ласки я вся пылаю.
Невольно опускаю взгляд на наши переплетенные пальцы.
Замечаю, что рукав на пуловере Демида задрался, обнажив часть его предплечья.
На смуглой коже там, где пульсирует венка, я вижу начало татуировки — римские цифры. Такие знакомые, такие пугающие…
Когда-то они врезались мне в память как осколки разбитого стекла.
И сейчас мир стремительно меркнет, теряя свои краски и звуки.
Сквозь пелену ужаса всплывают картинки из той ночи: комната, залитой красным светом; Зверь в маске; на его руке, сжимавшей мой подбородок, точно такие же цифры. Я вспоминаю, что произошло между нами, и все, что происходит теперь, сразу утрачивает смысл, право на жизнь.
В ушах от поразительного открытия звенит тишина, прерываемая оглушительным стуком моего сердца.
В голове всплывают факты, которые я до этого момента старалась не замечать: голос Демида, запах, манера двигаться — все это было мне знакомо. Лица Зверя я не видела, но он брюнет, как и Демид. И рост, и фигура — все сходится. Это должно было меня насторожить, но я сама себя убедила, что это простое совпадение…
Демид продолжает поглаживать мою ладонь, но его ласка, еще недавно казавшаяся мне верхом нежности, превращается в обжигающую опасную пытку.
Я вся сжимаюсь, пытаясь справиться с ужасом и паникой.
Лихорадочно соображаю, что делать, но…
— Алисия?
  
Глава 23
 
— Я просто задумалась о том, какой чудесный у нас вечер, — едва справляясь с дрожью в голосе, отвечаю. — Мне нужно на минуточку отойти… в дамскую комнату…
Пробую убрать руку, но Демид напрягает пальцы и не отпускает.
Словно почувствовав перемену во мне, смотрит на наши руки и видит татуировку, ставшую символом моего кошмара.
Не задерживаясь на ней, вновь поднимает взгляд, который становится острым, словно лезвие, приставленное к горлу.
Черты его лица мрачнеют, губы сжимаются в жесткую линию. Я перестаю узнавать Демида. Передо мной сидит чужой опасный мужчина, и я понимаю — вот его истинное лицо.
— Ничего не изменилось, — рокочет он. — Ты по-прежнему будешь послушной девочкой.
Его слова звучат как реквием, от которого у меня мороз ползет по позвоночнику и волосы на голове шевелятся.
— Я не согласна. Я ведь еще тогда, в кабинете, все сказала, — с трудом выжимаю слова, сгорая под его взглядом.
— А я не привык, чтобы мне отказывали. И ты будешь делать то, что я говорю. От этого зависят наши отношения.
— Я бы лучше выбрала…
— У тебя есть выбор: либо ты принимаешь правила игры, либо… Впрочем, другого варианта я не рассматриваю. Ты моя, и это не обсуждается.
— Потому что я — твоя собственность? — вспоминаю слова, которые он рычал мне той ночью.
— Да…
Мне становится дурно.
Растерянно оглядываюсь на людей за соседним столом, и Демид еще сильнее сжимает мою ладонь.
— …Не пытайся смотреть на гостей испуганными глазами. Они все равно ничего не поймут. Здесь каждый занят только собой.
  
— Тогда я закричу.
— Кричи. Можешь даже перевернуть стол. Возможно, после такого тебя выведут из ресторана, но ты все равно далеко не уйдешь. Вечер будет проходить так, как его запланировал я.