Фронтера

Взрыв скального карниза снаружи довершил трансформацию.
Пока скальное основание не задрожало под ее ногами, Молли не вполне верила, что у них получится. Кёртис ни на миг не утратил самообладания, не растерялся, не предоставил ей шанса преодолеть страх и попытаться остановить его, нарушить равновесие, отогнать висевшее над ними видение приговора судьбы. А если бы такой момент и представился, размышляла Молли, то спутники Алонсо сделали бы все, чтоб помешать ей им воспользоваться.
В продолжение приготовлений к демонстрационному взрыву Кёртис восседал, держа одной рукой телефон, и отдавал в трубку приказы своим подручным под куполом. Молли видела, что Кёртису недостает камер наблюдения; взрыв не покажется ему окончательной реальностью, пока он его на видеоэкране не воспроизведет.
Она была шокирована, поняв, что у Глаголи уже имеются образцы антивещества, чьи удерживающие поля можно отключить. Глаголь сказала, это для опытов или для расширения пещеры. Они приготовили их просто на всякий случай — вдруг пригодится? Молли сочла бы смертельной наивностью создавать нечто, с такой легкостью доступное трансформации в оружие.
Они сидели вплотную друг к другу — отец и дочь-полукалека. Кёртис наблюдал, как Глаголь вводит в компьютер координаты Москвы и модифицирует настройки. Думай, приказала себе Молли. Положение не безнадежно. Молли представляла себе устройство машины и достаточно хорошо знала уязвимые места, чтобы при удачном стечении обстоятельств отключить ее.
Самое очевидное — блок питания и синяя керамическая банка с антивеществом внутри. Молли стояла за спиной Кёртиса, в пяти-шести метрах от стойки с мониторами, дисками и рулонами распечаток. Плата на другой стороне. Если добраться туда, можно полностью выдернуть ее из установки, словно огромную вилку из розетки.
Трудность заключалась в том, что Кёртис не выпускал из рук пушки. Она не боялась умереть, дойди дело до такого, она опасалась напрасной смерти, при которой и до платы-то добраться не удастся.
Молли отклеилась от столешницы, на которую опиралась, и пошла ко входу в пещеру, демонстративно держась подальше от критических частей транспортера. В целом установка занимала участок длиной почти десять метров, а шириной четыре-пять, и ширма в восточном стиле стояла точно в центре, будто увеличенная в размерах доска для сборки детских наборов электроники. На дальней стороне установки, вне пределов досягаемости Молли, находился сам портал. Толстые черные провода вели от него только к главному блоку питания.
Она продолжала перемещаться по пещере, впервые заметив, как в действительности та обширна. Большую часть времени здесь горели точечные источники света, а иногда тускло-красные лампы под потолком, словно Глаголи было неприятно видеть нерушимые каменные стены. Как ни тусклы были потолочные лампы, а они производили впечатление очередного вмешательства в естественную среду, не чуждого жестокости.
У входа в пещеру что-то сверкнуло. Индикатор возле шлюза. Кто-то хотел войти.
Молли покосилась на Кёртиса, который этого не заметил. Алонсо смотрел поверх плеча Кёртиса на дисплей, а за шлюзом наблюдала только Ханаи. Молли как могла быстро двинулась к открытой внутренней двери тамбура, стараясь не привлекать внимания Кёртиса, но не успела подойти и на десять метров, как Ханаи заступила ей дорогу.
— Молли, — сказала та, — не делай этого.
— Ты не понимаешь, что происходит? Ты не осознаешь, что пытаются сделать Кёртис и его слуги?
Ханаи покачала головой.
— Это неважно. Держись подальше от люка.
— Я не пытаюсь выйти наружу. Я просто хочу его закрыть.
— Я индикатор не хуже твоего вижу. Ты не знаешь, кто там. А что, если это русские?
— Ну и что, если русские? — сказала Молли. — Кёртис безумен. Он совсем чокнулся. Он собирается уничтожить Москву. Ты понимаешь, что это означает? Мы не только Фронтеру потеряем — это само собой, — мы начнем войну, атомную войну. Бомбы полетят на города, настанет конец всему. Русские будут вынуждены нанести ответный удар, втянется Морган, даже если не желает того, и так всему придет конец. Все погибнут.
 
Не успела Ханаи ответить, как Молли аккуратно отодвинула ее в сторону и быстро пересекла отделявшее их от шлюза открытое пространство. Переступив через лежавший на полу пустой скафандр Кёртиса, она нажала кнопку интеркома на стене, переключилась на стандартную частоту связи скафандров и сказала:
— Это Молли. Кто здесь?
— Такахаси. Внутреннюю дверь заклинило или что-то такое. Вы не могли бы ее закрыть?
Молли покосилась на все еще колеблющуюся Ханаи.
— Ладно, закрою. Но проходите внутрь быстро и как можно скорее перебирайтесь в укрытие. У нас проблем не оберешься.
— Об этом мне уже известно, — ответил Такахаси.
Она закрыла внутреннюю дверь и встала спиной к тамбуру, наблюдая за действиями Кёртиса в дальнем углу. Держи голову опущенной, думала Молли, просто не поднимай взгляда. Она услышала, как открывается люк за ее спиной, и выгнула шею оглянуться на Такахаси, который переместился в тень металлического стеллажа.
Ханаи медленно двинулась к нему, словно преодолевая какие-то инстинкты. Такахаси снял шлем и перехватил взгляд Ханаи. Та быстро отвернулась.
— Она все еще на стороне Кёртиса? — спросил Такахаси у Молли.
— Не знаю. Но думаю, что она пытается собраться с мыслями. Думаю, вы знакомы.
— Сегодня утром познакомились, — сказала Ханаи. — Я нашла Диану — то бишь труп Дианы. Думаю, ее Кёртис убил.
— Да, — проговорила Молли, — и я того же мнения.
— Можно ли его остановить? — спросил Такахаси.
— Не знаю, — ответила Молли. — У него пушка. Он способен убить нас обоих. И вообще любого из нас, если давить на него станем.
— А как насчет Кейна? — спросил Такахаси.
— Кейна?
Молли рискнула бросить новый взгляд на Кёртиса; он все еще не поднял головы, но мог в любой момент это сделать. Лена заметила их и направлялась к ним из дальнего угла.
— Если Кейн где-то тут, — объяснил Такахаси, — мы можем его использовать. Он в состоянии остановить Кёртиса. Он на это запрограммирован.
Молли медленно обернулась и окинула взглядом тени у стен пещеры, в лабиринте аппаратуры и мебели. При мысли о Кейне, который мог прятаться там, одурманенный, одержимый навязчивой идеей, порабощенный биотехнологией в собственном мозгу, ее продрал мороз.
— У Кейна прошивка глючит, — сказала Лена. — Он себя воображает в какой-то греческой мифологической фэнтези. Нельзя на него полагаться.
— А на тебя? — спросил Такахаси.
— Смотря чего ты хочешь, — сказала Лена, и Молли ощутила в неожиданном приливе ее гнева накопившееся за время перелета с Земли напряжение. — Я с тобой в этом деле, против Кёртиса.
— Тогда, пожалуйста, придумайте что-нибудь, — проговорила Молли. — Бога ради. Меньше часа остается.
— А с ней что? — Такахаси указал на Ханаи.
— Я помогу, — ответила Ханаи, — но мне нужна защита от Кёртиса. Чего бы это ни стоило. Даже если вам придется забрать меня на Землю.
— С тобой все будет в порядке, — сказала Молли.
— Этого недостаточно. Пообещайте.
— Обещаю, — сказала Молли. — Обещаю сделать все, что в моих силах, чтобы тебя защитить от него.
— Нужно узнать, где Кейн, — проговорил Такахаси. — Я по-прежнему считаю, что это наш лучший шанс.
— Здесь он, — ответила Лена. — По крайней мере, направлялся сюда.
— Тогда я пойду поищу его, — Такахаси сбросил скафандр и бесшумно утянулся в сумрак.
— Лучше разойдемся, — сказала Ханаи. Она смотрела поверх левого плеча Молли. Та обернулась и увидела, что к ним направляется один из телохранителей Кёртиса. Это был Йен. Молли припомнилось, что в качестве подвига Йен предпринял одиночную вылазку к мемориалу Матча [18], на месте посадки «Викинга-1», отсоединил штангу автоматического грунтозаборника и вернулся с этим трофеем.
— Что тут такое? — спросил он. Молли помотала головой.