Возвращение (СИ)

Кроме названных, на Альбатрос поднялись два человека в кирасах, обвешанные оружием и, судя по моим ощущениям, артефактами. И эгипан средних лет, сильный магер, судя по всему.
— Всё? — уточнил я.
— И так нас больше, чем надо, механик, — ответил капитан. — Но так — спокойнее.
— Вам виднее, — не стал спорить я. — Отлетаю…
— Погоди. Надо определиться, к какому берегу ты пристанешь.
— А зачем к берегу?
— Даже если твои полавки выдержат посадку, — проскрипел инженер, — то площадок на том острове нет! Да и деревня этих придурков у воды.
— Просто Альбатрос может зависнуть в воздухе. На высоте в три ярда, ниже я не возьмусь. Носом к земле, но прыжок с трёх ярдов вы выдержите? — обвёл я взглядом присутствующих, закрывая нижний люк.
— Так, погоди, — задумался капитан. — Это намного лучше, и придурка мы этого точно вытащим. А обратно?
— После того, как вы спрыгнете, я направлюсь к морю и посажу варрик на воду, поближе к вам.
— И как ты зависнешь на трёх ярдах от земли, механик? — недоверчиво прищурился гоблин.
— Турбина, мистер инженер, — не стал я раскрывать детали.
— Он — может, — подтвердила Зое.
— Тогда я зафиксируюсь тут, — указал гоблин на скобы крепления багажа. А вы держитесь за меня. Носом вниз, говоришь? — остро взглянул он на меня, на что я кивнул. — Тогда точно тут, иначе люк не открыть.
— Вообще-то и я могу помочь, — добродушно улыбнулся эгипан, что с его могучими и острыми зубами смотрелось слегка страшновато. — Но лучше займусь поиском нанимателя и подстрахую при прыжке.
— Во-во, подстрахуй, а то опять заклинит всё к демонам! — пробурчал гоблин.
— И ты опять будешь изображать передвижную крепость. Только неподвижную, — хихикнула Зое, явно напоминая какой-то конфуз инженера в прошлом.
В ответ гоблин засопел, но дальнейшего диалога я не слышал, направляясь в кабину. Запустил турбину я на малом ходу, да и от пирса отходил не слишком быстро, что, судя по буйству на берегу наёмников, было, возможно, излишним. Но точно не помешает.
Полёт занял всего четверть часа, а я благословил гоглы: без них света звёзд явно бы не хватило, чтобы найти остров и место деревни похитителей на нём. А так, пусть практически без цветов, в этакой серой хмари, я всё же ориентировался. А возможность сменить направление вращения турбины стало после ремонта рядом с Находкой одним из нормальных режимов: чиня, я на всякий случай поменял ряд приводов и механизмов. И не зря, что теперешней ситуацией подтверждалось.
Летел я не слишком быстро, а перед тем, как сменить режим работы турбины, предупредил криком пребывающих в трюме. Хоть скорость была и невелика, но смена направления всё равно вызывает ощутимое сотрясение.
— И ждите команды! — крикнул я. — Пока не скажу — люк не открывайте!
В ответ послышалась не слишком пристойная брань: я разворачивал варрик. Но, судя по отсутствию грохота и треска, пассажиры держались и остались целы. А я, регулируя скорость работы турбины, опускал варрик. Возможно — чрезмерно поспешно, потому что хотя спасение — не моя забота, но быть по нерасторопности причиной гибели разумного от рук негодяев я точно не хотел. В общем, из-за излишне быстрого спуска и не слишком хорошей видимости нос Альбатроса повредил крышу какого-то домика. Впрочем, это испытание варрик выдержал с честью, турбина загудела активнее, удерживая нас на лету, а я крикнул, что «пора». Послышался грохот распахивания люка, завывания поднятого турбиной воздуха, и тут варрик основательно тряхнуло, рывком поднимая вверх и начиная крутить. А я запоздало понял: уменьшился вес, и подъёмная сила турбины уже не удерживала, а поднимала варрик. К счастью все наёмники выпрыгнули одновременно, а то запоздавшие могли разбиться от слишком большой высоты. Впрочем, этот момент пошёл мне на пользу, подтолкнув разум. Например, я не подумал что с распахнутым люком Альбатрос будет вести себя при нормальном полёте несколько иначе, чем обычно. И не факт, что вообще смогу посадить его на воду без неприятных происшествий. Так что перед тем, как менять направление турбины, я не без помощи трактаторов быстро добрался к трюму, захлопнул створки нижнего люка, и только после этого занялся сменой режима и посадкой варрика на воду.
  
После же, на малом ходу турбины подвёл Альбатрос практически к берегу, распахнул боковой люк, а сам вернулся в кабину, придерживая рычаг управления электропушки и готовясь к неприятностям. Которых, к счастью, не было: со стороны деревни похитителей чувствовались мистические вспышки, но даже не было выстрелов. А через три минуты на берегу появились наёмники. И у лейтенанта Хуга на руках было… детское тело, от чего я серьёзно удивился: наниматель — ребёнок?
Впрочем, удивлялся я, не переставая отслеживать округу, да и наёмники не задержались. Правда, почтенному инженеру опять пришлось мокнуть, но тут уж никак по-другому. Убедившись, что все на борту, я направил Альбатрос в обратный путь, который занял ещё меньше времени, чем дорога до острова похитителей. А совершив посадку и подогнав Альбатрос к пирсу, я тут же направился в трюм: было очень интересно посмотреть на нанимателя. Впрчем, увидел я его уже на пирсе, и моё удивление рассеялось. Потому что нанимателем был джентльмен во вполне зрелом возрасте. А моя оценка его как ребёнка была связана с видовыми особенностями. Потому что спасённый был невыскокликом, крайне редкого, насколько я знал, вида. Но полнота, слегка детские черты вполне взрослого лица, большая голова, да и босые, покрытые курчавыми волосами ноги (не шерстью, как у сатиров, но таких зарослей не было и не могло быть даже на цвергах, отличающихся изрядной и обильной волосатостью тела). Был этот спасённый в несколько помрачённом состоянии сознания, поддерживаемый за плечо мистером Хугом.
— Отлично, механик, — довольно заключил капитан Дафф. — Пойдём, рассчитаюсь.
Последнее вызвало у меня, а точнее, у искусственной памяти, некоторые опасений. На тему а не поступит ли капитан, да и Пёстрый Отряд, как негодяи? Впрочем, этот порыв я в себе задавил: с таким подходом решительно невозможно будет жить. И не из-за гипотетических негодяев, просто если видеть злодейство во всём своём окружении, не доверять тому, кто делом доказал свою надёжность и дружелюбие, как Зое… То возвращаться мне стоит не в Академию Всех Чудес, а в Бедлам Камулодуна.
Тем временем наша компания добралась до берега, а спустя несколько минут — до Воздушного Корабля. И рядом с ним я стал свидетелем уморительного зрелища. Дело в том, что вторым капитаном оказалась леди, причём огр. Но это не забавно, хотя занятно. А вот забавным было то, что судя по объятьям, словам «Мулипусичек мой» и прочему, данная дама-торговец-капитан имела романтические отнашения со спасённым полуросликом! Я — не ханжа, и осуждать эту связь не буду, да и не имею желания лезть в дела взрослых разумных. Но зрелище бережно обнимаемого и целуемого невыскоклика, пяти футов роста от силы, дамой в семь, а то и восемь футов ростом и соответствующих статей — уморительно, иначе и не скажешь.
Усмешки спутников показывали, что они также оценили зрелище. А через минуту мы направились от корабля, капитан Дафф же передал мне мешочек, звякнувший характерным для золота звуком.
— Плата, — констатировал он. — Отпразднуешь с нами, механик? — указал он на веселящихся наёмников, праздник которых из отвлекающего внимание стал именно праздником.
На вопрос я пожал плечами, двигаясь со спутниками. И… постоял немного в сторонке, посмотрел на веселящуюся и радостную Зое в окружении спутников. И решил уйти, как и подобает в такой ситуации джентльмену из Британики.
Впрочем, далеко уйти я не успел: позади заскрипел песок, а ко мне приблизился огр Хуг.
— Улетаешь, механик? — негромко поинтересовался он, что было удивительно для его габаритов и громогласности.
— Улетаю. Передайте мисс Лузильян мои наилучшие пожелания, если вас не затруднит.
— Угум. Может, так и к лучшему. Передам. Удачи тебе, Фиктор Хуманум.