Возвращение (СИ)

Взлёт также прошёл без неприятностей: если на Рукуене и возникли неприятности из-за капитана, то они остались позади. А мы сделали всё, что могли (больше, чем стоило, отметила Зое, по-моему, не вполне искренне), ну а капитан и его взаимоотношения c пиратами — уже не наша забота.
Покинули Ном мы также без неприятностей, но вот после перехода Грани у нас с Зое был серьёзный разговор. И отнюдь не из-за оставшихся с пустыми барабанами и недовольным оборотнем «мальчиков», эти неджентельмены сами выбрали свою судьбу и сами виноваты.
Просто мне ОЧЕНЬ не понравилось наше путешествие. Не в плане компании, которая была приятна практически во всех отношениях, а в тех, что не была приятна — выходила забавной, да и не суть. Дело в том, что возможность погибнуть возникала с удручающей частотой. Слишком часто, как по мне, при том, что сам полёт на варрике — совсем не безопасное занятие.
— Вообще-то да, Фик. Но действительно неприятная случайность, как я вижу — с Диастристом и пиратами. А у нас с тобой… Ну смотри, обычно летают Воздушными Кораблями. И выходят на берег командами, кстати. Да и у нас в Отряде тоже самое.
— Варрики летают, — отметил я.
— Летают, — не стала спорить подруга. — Но обычно по известным маршрутам, между пятков номов максимум.
— Где все друг друга знают, — под кивки Зое завершил я. — Хорошо, возможно, всё вот это — не череда неудач, а нормальное состояние, связанное с нашим способом передвижения…
— Ну, что нормальное — я бы не сказала, — фыркнула оборотень. — Но ничего странного я не вижу. И это точно не «проклятье», — ухмыльнулась она.
— Я — знаю. И проклятий не бывает…
— Да? — ехидно приподняла бровь подруга.
— О действующем мистическом воздействии, поливариантно воздействующем на вероятность, локализованную окружением объекта — я не читал. Опровержения того, что это невозможно — читал. А что, есть? — заинтересовался я.
— Есть, судя по всему, Фик. Не знаю твоих заумных слов, но сталкивалась. И не проси, не расскажу! Очень неприятно, а толку тебе никакого — я про эти твои поливариантные вероятности ни хера не знаю!
— Не хочешь — не говори, — пожал плечами я, хотя было действительно интересно. — В любом случае, Зое. Невезение ли это или норма — мы рискуем в каждом Номе. И мне это не нравится.
— И?
— Предлагаю в них не залетать, Зое. Нам надо добраться до цели, а не влезать в каждую неприятность по пути, при том, что немалая часть этих неприятностей возникают из-за нашего присутствия.
— Фик, мы догоняем караван, — напомнила Зое. — И нам надо быть в Номах по маршруту, при том что мы и так уклонились.
— Понял. Но не в каждый Ном по пути. И давай не задерживаться: узнали — и летим.
— Хорошо, Фик, — с видом примерной леди склонила голову оборотень.
Собственно, так мы и поступили: рассчитали маршрут, исходя из текущего отклонения и известных Зое обитаемых Номов на пути каравана с её Отрядом. Несколько раз из-за подобного маршрута нам приходилось останавливаться в морских Номах, для технического обслуживания Альбатроса (что, к моему удивлению, выходило совершенно излишним: механизмы работали идеально, хотя это не повод преступно пренебрегать проверкой и обслуживанием) и опреснения воды. Последняя расходовалась довольно активно не только и не столько для еды и питья, сколько для уборной Альбатроса.
Остановки же наши в крупных Номах были на пару часов, не больше. Зое выспрашивала портовых чиновников (а если не помогало — матросов в питейных) насчёт каравана. А я закупался свежей провизией, после чего мы продолжали наш путь. И караван мы уверенно нагоняли, неприятностей не случалось, так что почти три недели выглядели, на удивление, не путешествием-погоней, а этаким приятным отпуском после случившихся с нами злоключений.
И вот, на третью неделю мы перестали «срезать углы», а двинулись уже полностью по маршруту каравана. Вероятность разминуться с ним была крайне мала, но даже если так, то в воздушном порту караван ещё не появлялся, а значит, мы просто подождём его несколько дней, если не часов. Прошли четыре Нома, пока, наконец, в пятом, вполне обитаемом Номе с тремя островами, буквально тотчас же после перехода грани я услышал голос. Хотя «услышал» — не вполне верно. Для начала я было подумал, что меня посещают редкостно дурацкие мысли после перехода. Этакое побочное явление видений Изнанки, что меня несколько обеспокоило. Но вскоре я понял, что столь однообразно и не слишком уместно сквернословить мой внутренний голос не может. Наставник изящной словесности не поставил бы мне балл «превыше ожиданий», не говоря о том, что порка ждала бы меня на каждом уроке.
  
А значит, со мной пытается связаться мистик, пытаясь понять, кто мы. При переходе Грани в обитаемых Номах, насколько я знал, гостя проверяли различными мистическими способами, не прибегая к непосредственной связи, хотя и не всегда. Но это касалось Воздушных Кораблей, прорыв грани которыми был намного ощутимее, чем от нашего варрика. Не уверен, что мистики, ритуалы и артефакты портового Нома смогли бы определить проникновение варрика. А вот сейчас, похоже, с нами связывался мистик, причём некоего воздушного судна. Правда, обиженно замолчавший после того, как я сознательно отмыслил ему, что задавать вопросы в подобной форме недостойно джентльмена. Так ещё выругался напоследок перед этим особенно непристойно!
— Догнали, — вдруг произнесла Зое с закрытыми глазами, улыбаясь. — Спасибо, Фик! — бросилась она мне на шею, поцеловав в щёку.
— А ты услышала послание?
— Да оно скорее мне и предназначалось, это Дренн, наш отрядный магер, решил проверить, кто пожаловал в Ном, — с улыбкой уточнила она.
Высказывать свою позицию на тему того, что этому Дренну стоило бы выражаться несколько иначе, если он желает называться джентльменом, я не стал. А через четверть часа мы увидели два Воздушных Корабля, покачивающиеся в лагуне у средних размеров острова, заросшего растительностью. Альбатрос беспрепятственно приземлился неподалёку, пристав к деревянному пирсу, по которому к месту остановки уже двигалась группа разумных. А Зое, распахнувшая люк ещё до остановки варрика, выпрыгнула на пирс, оказавшись в объятьях радостных разумных.
— Мохнатая снова с нами! — раздался чуть ли не хоровой радостный крик.
Спустился к люку, посмотрел со стороны на объятия, рукопожатия и хлопки по плечам (да и по задницам, к некоторому моему внутреннему неудовольствию) Зое и довольных разумных. Немного подивился несоответствию вида явных головорезов, обвешанных оружием, и радостным лицам. Но в целом — почувствовал себя лишним на «этом празднике жизни», как ехидно отметила искусственная память. Впрочем, о том, что мы расстаёмся, я так и так знал. Ну а что привязался к попутчице, любовнице и подруге — так это нормально и естественно. А вот недовольство, детская обида и некая ревность — пусть тоже нормально, но недостойно джентльмена!
— Мохнатая, а за что ты ухватила этого пацана, — громко поинтересовался здоровенный огр, с одним ухом, кожаной жилетке на голое мускулистое тело и покрытый шрамами, — что он сжигал свои мозги, только бы тебя доставить?
Вопрос был полушуточный, но не оставлял сомнений, в чей адрес направлен. Помимо взгляда, огр указывал на стоящего в люке меня пальцем. Впрочем, обращён он не ко мне и…
Додумать я не успел: Зое отвесила здоровяку звонкий подзатыльник.
— Это Фиктор Хуманум, мистик и механик, которому я искренне благодарна за помощь. И его силы позволяют ничего не сжигать, чтобы оказать помощь подруге! — горячо заступилась за меня оборотень. — Вы лучше скажите, когда выдвигаемся? Я бы хотела попрощаться с другом, — выразительно посмотрела она на меня, незаметно подмигнув, явно намекая на формат «прощания», — так что мне интересно, сколько у нас времени.
А вот на последний вопрос присутствующие поскучнели, помрачнели. И ответ последовал далеко не сразу, от нахмурившегося огра.
— Не знаем, Мохнатая, — хмуро пробасил он. — Тут несколько неприятная ситуация. Так что проводи время со своим другом сколько пожелаешь, время есть.