Возвращение (СИ)

Так что подобные мысли были мимолётными, оставив после себя некоторое сожаление, но и радость, что сейчас — всё хорошо. Чему, несомненно, надо радоваться и наслаждаться, пока это «сейчас» не сменится на совершенно другое. И постараться и в нём найти повод для радости и удовольствия.
Так мы долетели до Грани, где я волей-неволей напрягся, а трактаторы, повинуясь полуосознанному импульсу, оплели металлическую сферу в ярд диаметром, где за мистическим стеклом и слоем механизмов билось Пламя Факела. Но, как и было описано. никаких свойственных Очагу пертурбаций при переходе за Грань Факел не проявил. Правда, загудел, а в груди у меня появилось несколько… сосущее чувство. Что-то вроде лёгкого голода, когда я уже не «не против перекусить», а перекусить очень не против. До «готовности слопать всё, что угодно», безусловно, не дотягивало, болезненных ощущений не вызывало, но некоторый дискомфорт был. Правда, понятна и его причина, с учётом того, что проводящий через меня мистические энергии изнанки канал, сбрасывающий несожжённые и непереработанные энергии в меня же, стал именно ощущаться, как объективная реальность. До перехода через Грань я просто знал, что он есть, и Факел горит за счёт моих сил, но не чувствовал и не ощущал никакой связи.
И, помимо этого, меня стали посещать «образы», которых я был лишён при переходе через Грань Диастриста. Но то ли они были гораздо слабее от Факела, нежели чем от Очага, то ли моя чувствительность и восприимчивость к мистическим образам недостаточна — я не знаю. Но были они скорее приятны, нежели нет: некие летающие в пространстве кабины огоньки, образы деревьев, обнажённых девушек и прекрасных замков в трепете герметических цветов за колпаком кабины. И прорастающие на древометалле кабины красивейшие цветы с чудесным запахом. Не было ничего пугающего и отталкивающего, а главное: я прекрасно понимал, что это — иллюзии. Хотя с учётом того, что мы пребывали за Гранью — возможно, и реальность. За Гранью. Но для меня — именно иллюзии, причём спутать с реальными объектами я видения Изнанки не смог бы при всём своём искреннем желании. Которого, по совести говоря, не было. И даже приятные образы, в сочетании с тянущим чувством, навевали некоторое беспокойство. Так что второй переход Грани, произошедший менее, чем через минуту, я встретил облегчённым выдохом. Расслабился было в кресле… И тут рука Зое ухватила меня за не самую пристойную деталь организма! Нет, не непристойную, интимную, но она ещё требовательно тянула! А тянуть за эту деталь категорически не стоит, она чувствительна и доставляет дискомфорт и даже боль при неаккуратном обращении.
— Вставай уже, Фик, — безжалостно подёргивала меня оборотень. — Грань перешли, ты — молодец, но кто-то обещал проверить кровать!
— Не обещал, а… Да проверим, Зое! Отпусти меня…
— Не отпущу!
— Ну хоть не дёргай меня несколько минут! — почти взмолился я. — Надо настроить управителя и проложить курс, а так — почти дюжина часов перелёта через Ном есть, так что я не против.
— Так — ладно, — опять заизвивала ехидным языком подруга. — Но не отпущу — точно!
С чем мне оставалось, напоказ вздохнув, смириться. Хотя есть в этой игре и приятные, и забавные моменты, так что с довольной улыбкой мне приходилось именно бороться.
  
19. Симпатичное место
 
Сложностей с настройкой управителя не возникло, на то он и автоматический. А вот курс до нужной Грани пришлось настроить и указать: ещё одно отличие Факела от Очага. С последним место перехода Грани было не слишком важным, навигация осуществлялась и за ней, ну а с Факелом выходило важно всё, вплоть до угла, под которым варрик пересечёт Грань. Пройти-то пройдёт, но в ряде случаев может «вынести» совершенно не в тот Ном, что нужно. А нам надо было попасть в небольшой, смежный с двумя другими, обитаемый Ном.
Впрочем, общий курс Альбатрос держал, а перед переходом Грани я намеревался проверить и, при нужде, подкорректировать, для чего поставил соответствующий будильник. И занятие, ради которого меня теребила Зое, не слишком способствовало отвлечению, да и была надежда поспать немного перед переходом.
  
Со сном ожидаемо не вышло. Так что пока Зое громко (и довольно приятно) напевала какую-ту песенку на незнакомом языке в душевой кабинке, я занял кресло управления. Немного подправил курс — видимо, из-за ветра возникло небольшое отклонение. После чего Альбатрос пересёк Грань Нома.
— Мы там, где надо? — поинтересовалась подруга, вытирая волосы после душа.
— Судя по астрокомпасу — да, — ответил я, проверяя соотвествующий прибор.
Просто Ном, в который мы попали, был относительно небольшим, обитаемым, но… В Крепости этот Ном называли «деревней», причём пренебрежительно-покровительственно. Судя по всему, грузовой варрик из Крепости раз в год навещал этот Лотта, привозил какие-то товары. Хотя в последнем я не уверен — может, и просто некую помощь. Очень уж характерно морщился почтенный гоблин, интендант Крепости, что прямо указывало на отсутствие «выгодной торговли». Те же атланты, например, про существование тут обитаемого Нома просто не знали, что, впрочем, с описанным населением менее, чем в тысячу — и не удивительно.
Ну и установить, что мы в нужном месте, было в принципе невозможно без навигационного прибора: хотя был день, а видимость ниже облачности позволяла различить берег, особенно в небольшом Номе, но не в данном случае.
— А я тебе говорила, Фик, что ты зря дёргаешься, — покровительственно произнесла Зое, встретилась с моим осуждающим взглядом и хихикнула. — Ну прости, Фик. Просто ты, вроде молодой парень, а зануден и дотошен — страсть как. Не могу удержаться, — подмигнула она.
— От этого зависят наши жизни, Зое… — начал было я.
— Я не говорю, что твое кошмарное занудство, пробирающее до печёнки, всегда плохо. Но не пошутить иной раз нет никакой возможности, — заизвивала она своим языком, на что я даже после совместного времяпрепровождения не мог не смотреть без посторонних мыслей.
Ну, может, и зануда, мысленно и в реальности пожал плечами я. Хотя, мне кажется, Зое несколько преувеличивает, да и то, что я отвечаю не только за себя, как и события последнего времени просто громким криком кричат: «проверить, перепроверить и ещё раз перепроверить!» В общем, даже если так — беды не нахожу. Да и кажется, всё-таки, всё не настолько кошмарно, как со слов подруги.
Что я Зое и озвучил: занудность моя связана с тем, что мне не хочется, чтобы она погибла. Да и самому, почему-то, не слишком хочется погибать, так что в условиях этого полёта, на незнакомом и непривычном транспортном средстве…
— Поняла-поняла, не нуди, — фыркнула Зое, поцеловав меня в щёку.
— Кстати, тебя не затруднит отделить послание этим островитянам? — уточнил я.
Просто дело в том, что гоблин-интендант, рассказывая про этот забытый Ном, попросил доставить на него ящик. Вид при этом имел страдающий, а я уточнил, что там.
— Лекарства, ножи, инструменты, — как несмазанная дверь скрипел зелёный джентльмен.
— А как мне передать вам плату? — уточнил я, получив в ответ такое выражение лица, такого цвета, что испугался, а не хватил ли моего собеседника удар.
— Нет там особо никакой платы, — уж совсем умирающе проскрипел интендант, — что с этой голытьбы возьмёшь? Хоть варрик гонять не будем в этом году… Так доставите?
— Доставлю, если нужно и хватит места. У нас, мистер интендант, припасы на перелёт.
— Хватит, там немного, — махнул зелёной ладонью гоблин, несколько посветлев лицом, которое всё равно оставалось страдающим.
Зое на мою просьбу спокойно направилась в трюм, где судя по звукам подтащила ящик к люкам. А через полтора часа стал заметен… В общем — несколько соединённых атоллов, песчано-коралловых кос и совсем небольших островков были на достаточно большой площади, пары-тройки миль протяжённостью. При этом, самый большой островок с чахлой растительностью был около трёх фурлонгов длиной и не более одного шириной. Остальные островки были меньше, да и было их всего десяток. Как и общее количество хижин, крытых пальмовыми листьями. Так что несмотря на то, что весь этот небольшой архипелаг располагался на довольно внушительной площади, ни места для жизни, ни домов для этого не нашлось бы не то, чтобы на тысячу разумных, о которых нам говорили, но даже на сотню-то места не нашлось бы!