Босс для Золушки (СИ)

И я терпеть его не могу.
— О, Катенька, сделай мне кофейку, моя прелесть, — слащаво улыбается Вадим и кивает бармену: — Дим, включи последнюю игру спартачей.
Пока он устраивается за ближайшим столом, я уже успеваю сбегать за чашечкой кофе. Странно, обычно этот клиент предпочитает что-то покрепче для просмотра футбольного матча.
Ставлю чашку на стол и поворачиваюсь, чтобы уйти, но неприятно липкая ладонь хватает меня за запястье.
— Подожди, Катенька, ну куда ты все время убегаешь? Поболтай со мной немного, — Вадим многозначительно подмигивает. — Я ведь только ради тебя и хожу сюда по утрам, когда народу мало.
— Принести вам ещё что-нибудь? — дипломатично говорю я, игнорируя попытку втянуть меня во флирт.
— Ух, какая серьезная. Слушай, давай встретимся вечером после работы?
— Нет, спасибо, у меня дела. Если вам что-то понадобится еще, позовите.
Снова разворачиваюсь, чтобы уйти, и снова меня останавливают. Игривый блеск из глаз Вадима исчез, и теперь в них поблескивают злые точечки сузившихся зрачков.
— Катюш, хватит динамить, а? — тихо цедит он сквозь зубы. — Сколько тебе заплатить, чтобы ты перестала целку из себя строить?
Ну офигеть. «Чудесное» начало рабочего дня.
Я едва сдерживаюсь, чтобы не высказать вслух всё, что думаю о нем и его предложении, но слишком сильна привычка к рабочей самодисциплине.
— Вот, — продолжает вполголоса Вадим и, к моему удивлению, достает из кармана бумажник. — Десять косарей тебя устроят?
Он извлекает несколько бумажных купюр и сует мне в руку. Я настолько поражена его наглым беспардонным поведением, что реагирую лишь секунду спустя. Бросаю деньги на стол, резко дёргаю рукой, чтобы освободиться от цепких пальцев…
И задеваю чашку, которую только что принесла.
Горячий кофе разливается по всему столу и длинной коричневой струйкой стекает с края прямо на брюки клиента. Тот вскакивает.
— Простите, — бормочу я, донельзя растроенная и растерянная, и торопливо хватаю салфетки. — Вот, надо вытереть…
Вадим отодвигает меня с грозным видом и громко произносит в сторону барной стойки:
— Дима! Ну-ка кликни управляющего!
Я закусываю губу. Вот попала так попала. Ну и козел же он!
Вадим внимательно смотрит на меня. Намекающе так. И, поскольку я продолжаю хранить молчание, говорит сам:
— Катенька, ты же понимаешь, что надо делать. Ты умная девочка. Твое начальство не обрадуется скандалу. Управляющий или менеджер, как он тут у вас называется..? Неважно. Я вашему ресторану такой отзыв негативный накатаю, что тебя полы драить отправят, а не клиентов обслуживать… Но если ты согласишься встретиться со мной этим вечером, то я ни слова про кофе не скажу. И чаевые оставлю, Катюш. Много чаевых…
Всё это Вадим произносит тихо-тихо — так, чтобы слова достигли только моих ушей. И по его наглой физиономии бродит гадкая усмешка.
Я стою перед ним с пылающим лицом. Мало того, что клиент меня оскорбляет, так ещё и шантажировать пытается. От бессильной злости мои губы дрожат, в горле стоит ком обиды и горечи. Я сжимаю руки в кулаки, и ногти болезненно впиваются в ладони. Нельзя позволить себе высказаться, нагрубить клиенту, иначе Горыныч даже разбираться не станет. Просто вышвырнет меня с работы, и всё. Тем более, что за пролитый кофе меня всего лишь отштрафуют. В уборщицы отправят вряд ли — управляющий слишком ценит мою высокую и качественную скорость обслуживания, особенно по ночам в выходные, когда тут развлекаются толпы посетителей.
Что ж, потерплю. Мне не впервой слушать неприятные вещи в собственный адрес. Правда, купить меня, как девицу лёгкого поведения, настолько прямолинейно ещё не пытались.
Из-за стойки высовывается бармен Дима с трубкой служебного телефона в руке.
— Сожалею, но Олег Данилович сейчас подойти не может. Его мобильный все время занят.
Чувство облегчения от этой новости так велико, что у меня слабеют колени. Я еле заметно выдыхаю. Разборки с Горынычем откладываются — это уже хорошо.
Вадим небрежно оглядывает меня и хмыкает. Моя нервозность явно не остаётся незамеченной.
 
— Ладно, Катенька, живи. Но мы ещё с тобой поговорим, не расслабляйся.
Он оглядывает свои испорченные брюки и морщится. Кофейные потеки создают впечатление, что их обладатель позорно обмочился.
Подскочившая к нам Людка услужливо подаёт Вадиму белое салфеточное полотенце. Он промокает ткань на ширинке и снова хмыкает, глядя на меня.
— Да уж, умеешь ты заставить мужчину поменять свои планы на день.
— Извините за кофе, — устало говорю я и машинально добавляю: — Такого больше не повторится.
После его ухода мне остро требуется уединение.
Я иду в маленькую служебную уборную и прислоняюсь там к стене с закрытыми глазами. Дышу медленно, стараясь успокоиться. Настроение отвратительное, обида на окружающий мир так и душит. Почему все это происходит именно со мной? За что такая жизнь в вечном напряге и нервах? Я кручусь, как белка в колесе, а такие гады, как Вадим, развлекаются по ресторанам и могут позволить себе запросто выкинуть десять тысяч за «свидание» с приглянувшейся официанткой.
— Кать, ты здесь? — раздается гулкий Людкин голос за дверью.
— Здесь.
— Да не расстраивайся ты так. Подумаешь, кофе разлила.
— Он мне денег предлагал, — бурчу я. — За то, чтобы с ним встретиться и… ну, ты понимаешь. А из-за кофе грозил скандалом, если не соглашусь.
— Вот ведь козлина! — возмущается Людка, а когда я выхожу из уборной, с жадным любопытством спрашивает: — А сколько предлагал-то?
— Десять штук.
— Хм… маловато для симпатичной девственницы с хорошей фигурой.
— Люда!
— Что? Я на твоей стороне, — хихикает она. — Этот козлина совсем тебя не ценит. Пусть лесом идёт, скупердяй.
— Надеюсь, он загуляет где-нибудь и забудет про этот дурацкий кофе. А то Горыныч меня живьём сожрёт. И без зарплаты в этом месяце оставит…
Людка пару секунд жалостливо смотрит на меня. Потом быстро обнимает и качает головой.
— Господи, Кать, ты прям как котенок бездомный иногда. Так и хочется тебя погладить и налить блюдце теплого молока.
Бездомным котёнком она обзывает меня часто, и я уже привыкла пропускать ее жалостливые метафоры мимо ушей.
— Я кофе крепкий предпочитаю.
— О чем речь! Идём, попрошу Димку нам заварить, пока посетителей нет.
После чашечки натурального кофе мне становится значительно легче. Уныние и сонливость отступают, и я начинаю прислушиваться к Людке, которая вовсю сплетничает с барменом о новом владельце «Дворца».
— Слушай, он что, какой-то олигарх? — интересуется Людка. — Купить так запросто весь наш комплекс не каждый может себе позволить.
Дима пожимает плечами, механически выстраивая чистые стаканы за барной стойкой в одному ему понятном порядке.
— Насчёт олигарха не знаю, но ходят слухи, что он один из семи акционеров многопрофильной бизнес-корпорации «Сэвэн». Там целая сеть всякого разного. И ресторанный бизнес в том числе. Кстати, говорят, этим направлением он и занимается. Наверное, нам скоро и логотип этой корпорации прилепят.
— Крутой перец! — восхищается Людка. — А он молодой, не знаешь?
— Без понятия. Я его не видел.
— Эх, живут же люди… Покупают ресторанные комплексы, как пачку печенья на завтрак. Кать, будешь ещё кофе..? Ой, отбой. Клиенты.
Бар-ресторан потихоньку заполняется посетителями. Начинается новый рабочий день.
— Дим, а Олег Данилович ещё не вышел на связь? — спрашиваю я перед тем, как идти принимать заказы.
На полке вибрирует мобильник. Бармен быстро заглядывает в него и лишь затем отвечает:
— Нет. Кстати, Славик только что маякнул, что наш новый владелец вызвал Горыныча к себе. Срочно.
Друзья, а вы знаете, что лайки и комментарии делают автора счастливей, а проды — интересней и длинней?
Буду рада любой вашей поддержке ☺️
Глава 5. Последняя капля
Снова поднимаемся с сестрёнкой по ступенькам подъезда в нашей старенькой пятиэтажке.