Любить нельзя отказать (СИ)
В очередной раз печально вздохнув, я вдруг отметила, что линия горизонта как-то потемнела. Неужели шторм приближается? А ведь все эти дни была хорошая солнечная погода. И я бы предпочла, чтобы так было и дальше.
Я несколько минут напряженно всматривалась в горизонт, пытаясь понять, насколько все плохо, когда вдруг сообразила, что это никакие не тучи. Это — земля. И мы к ней приближались.
12
Не отрывая глаз, я следила за приближающейся землей и где-то к обеду корабль бросил якорь достаточно близко, чтобы понять, это дикая местность без признаков цивилизации. Мне очень хотелось задать множество вопросов по поводу того и что это за местность, и зачем мы здесь останавливаемся. Вот только некому было. Меня полдня держали взаперти. Разве что утром один раз Брош зашел, когда набирал продукты, да воду на готовку. А еще он мне дал мазь, которой велел смазать все ссадины. При этом я успела заметить как те двое, что вчера меня поймали, что-то нарезают на кухне, сверля злобным взглядом старика, когда он к ним поворачивался спиной. Да еще один раз дверь открылась, позволяя мне по-быстрому сходить по своим природным делам, после чего я получила миску с едой и кусок сухаря да сыр. И да, сегодня мне еще перепало большое яблоко и маленький кусочек вяленого мяса. Так сказать, компенсация за ущерб.
С жадностью изучая берег, я пыталась хоть что-то на нем рассмотреть. Но, кроме деревьев и немного в отдалении то ли скал, то ли гор, больше ничего видно не было. Кстати, деревья были очень похожи на наши лиственницы и сосны. Возможно, с близи они как-то и отличаются, но на таком расстоянии этого видно не было. Значит, мы в умеренных широтах. И это был единственный вывод, который я смогла сделать.
Где-то в середине дня от нашего корабля отделилось лодка, которая направилась к суше. И только вечером, когда Брош принес мне ужин, я узнала, что да, это незаселенная часть материка и поселений здесь нет. А на берег мужики отправились, чтобы пополнить запасы пресной воды, дров для приготовления еды и чтобы подстрелить дичь. Если охота окажется удачной, то в течение нескольких дней у нас будет много мяса в рационе. Против последнего я ничего не имела. Ведь от той размазни, которая выдавалась нам каждый день, уже тошнило. Да и сыр, который хоть и начала есть (силы-то мне нужны), гастрономической радости не приносил. А моя попытка предложить приготовить что-то другое, ни к чему не привела. При этом брать продукты самой мне запретили под страхом стать следующим блюдом.
В то, что меня съедят, не верила, но все же решила не нарываться. Тем более, что старалась всем видом показать, что я послушная и от меня не надо ожидать какие-либо неприятности. Ведь только так мои тюремщики могут потерять бдительность, и у меня появится шанс сбежать.
Вернулись лодка под вечер. И я было подумала, что мы сразу отчалим, но нет. Солнце уже почти зашло, когда от корабля отделилось уже три лодки под завязку заполненные пиратами и направились на сушу.
На следующее утро я себя чувствовала значительно лучше. Глаз все еще не открывался, но вот бок болел меньше. Не знаю, что помогло, то ли то, что в течение суток я его не тревожила, то ли мазь выданная мне коком, то ли все вместе. Но если не делать резких движений, то все было вполне терпимо. Вот поэтому второго выходного мне не дали и утром я приступила к своим обычным обязанностям. Принялась чистить, нарезать, помешивать, мыть посуду и все остальное, разве что воду не носила ведрами.
Отправившиеся на берег на ночь глядя пираты, вернулись сегодня во второй половине дня и не сами. Все же Брош ошибся и здесь оказалось поселение. Часть его жителей сейчас уже была в трюме. Кроме того, наш склад с продуктами заметно пополнился мукой, разными крупами, фруктами и овощами, а также другими продуктами сельского хозяйства. Но, судя по всему, ушурам этого было мало. Потому что, выгрузив свою добычу, они вернулись на берег.
Мне было очень жаль новых пленников. Я считала несправедливым, что разного рода бандиты, нападают на мирных людей, которые живут своей жизнью и никого не трогают и отбирают у них все, в том числе и жизнь. Я, вообще, не понимала, на каком основании они решили, что выше других и имеют права, распоряжаться чужими судьбами. Но что я могла сделать? Мне ни разу не разрешили даже в трюм спустится, чтобы узнать, как там Кейри и Мэйв, а также брат с сестрой. А ведь я готова была для них немного еды украсть. Но меня близко не подпускали к пленникам. Мало того, в том числе не разрешали покидать кухню, когда те выходили вечером на палубу ведра выливать.
Если хорошенько подумать, то получалось, что я ничем не отличалась от тех, кто заперт в клетках. Как и у них, у меня не было ни свободы выбора, ни свободы перемещения, но хуже всего, это то, что я не могла распоряжаться своей жизнью. Мало того, мне еще приходилось работать от рассвета до заката и терпеть побои. Так что тут еще надо подумать, кому из нас лучше. Ведь их просто продадут, а вот меня... Думать о том, какую судьбу мне уготовили пираты, не хотелось. Хорошо хоть я смогла подслушать разговор капитана с коком и знаю чего мне ждать дальше. А как говорится: осведомлен - значит вооружен. Хотелось бы, конечно, помимо сведений, обладать еще и чем-то более существенным и опасным, но Брош каждый день пересчитывал все ножи имеющиеся у нас на кухне. Поэтому возможности украсть даже самый маленький, у меня не было.
- Забирай.
Наконец-то капитан поел и я могла, собрав грязную посуду, вернуться на кухню. Ужин сегодня, из-за всей этой суеты с приемом и размещением новых пленных, дележкой краденного и доставкой свежих продуктов, из-за чего в каюте, в которой мне приходится жить, свободного места больше не было, несколько затянулся и был гораздо позже, чем обычно. Из-за чего от голода у меня неприятно сосало в желудке.
Сложив все на поднос и протерев стол, я вышла из каюты капитана и на несколько минут замерла, наслаждаясь призрачной свободой. Ведь стоит мне вернуться, как меня вновь запрут. А так хотелось подышать свежим воздухом, подставить лицо легкому, чуть прохладному ветерку, послушать шум моря, а еще получше рассмотреть берег. Но света луны для этого было мало. Поэтому, подняв голову, я просто рассматривала темное небо и бледный круг ночного светила. А ведь последний выглядел значительно крупнее привычного мне с детства спутника родной Земли, потому что, то ли был большего размера, то ли располагалась ближе. И ведь нет ни одного знакомого созвездия. Не то, чтобы я хорошо была знакомы с астрономией, но уж найти Большую или Малую медведицу, Южный Крест, созвездие Геркулеса, да еще парочку других, в зависимости от того, в каком полушарии находилась бы, могла. Но здесь ничего даже отдаленно похожего не было.
Печально вздохнув, я уже собралась было вернуться на камбуз, как почувствовала острие холодного лезвия у своего горла. И еще до того как успела дернуться, опасно-мягкий голос мне прошептал предупреждающе на ухо.
- Тихо, иначе я тебе перережу глотку.
13
Услышав предупреждение сказанное спокойным голосом, я испуганно замерла. Неужели кто-то из команды все же решил нарушить приказ капитана не убивать меня? Так я, вроде бы, особенно сильно никого не цепляла, да еще и настолько, чтобы захотеть от меня избавиться. Или все же... Я попыталась быстро вспомнить всех, с кем пришлось драться в эти дни и кто из них мог захотеть приставить к моему горлу нож, и сразу же поняла, что любой. Все же в пираты редко шли нормальные и адекватные люди. А от неадекватных психов, которые привыкли, что им все можно, ничего другого ожидать и не приходится. Но я ошиблась в своих выводах. Еще до того, как успела обдумать последнюю мысль, все тот же уверенный и спокойный голос, требовательно произнес.