Легкое отклонение от канона. Или гоп со смыком по-корейски (СИ)

— Нет! Я играть не буду!
— О чём вы там шепчетесь? — раздался тот же властный голос из жюри.
— Понимаете, уважаемый ачжосси, — с поклоном ответила ГопСо, — Эта великолепная реплика Гварнери, никак не может звучать в таком небольшом зале. Вы просто ничего не услышите, кроме гула и какофонии. Мне бы что-нибудь из Амати, ну на крайняк Страдивари. А можно вообще любую скрипку из магазина.
В жюри раздался смех.
— На крайняк, ха-ха. Надо запомнить. Из магазина! Ха-ха. — а голос-то был тот же самый. Властный.
И тут ко мне подбежал высокий длинноволосый тип. И положил на деку рояля скрипку. Ого-го, какую! Страдивари оригинал!
— Если мои догадки подтвердятся, я тебе такую же найду, — указал он на инструмент кивком головы А говорил он с ужасным немецким акцентом. Ага. Герр Маркус Штайнц!
— Герр Маркус, — ответила ему девчонка на чистейшем дойче с таким знакомым тягучим баварским акцентом. — Я не знаю, что вы имеете в виду, но я постараюсь вас не подвести.
— Верю, — ответил великий дирижёр на родном языке. — И не пропадай, я тебя из-под земли достану! — он убежал в зал.
ГопСо тем временем провела смычком по струнам, что-то настраивая и подтягивая колки, а потом снова пробормотав что-то про деньги без всяких предисловий и вступлений начала играть. Но теперь уже под аплодисменты всего зала.
 https://www.youtube.com/watch?v=8uzLb6i-kU8&t=94s
 https://rutube.ru/video/4229a1847c188940c3e40476edb24543/
— Да, это оно! Это та же классическая русская школа. Майн готт! Сколько я её искал!
— Да тише ты со своей школой! Ты сам-то сыграешь как она? Откуда это неземное существо? С какой планеты к нам попала?
— Господа потише пожалуйста. И на скрипку тоже особо не рассчитывайте. Хе-хе.
Небольшой, камерный зал, встал. Это снова был мой такой забытый драйв! На сцену ко мне выскочил сабоним вместе с СоЮ и проводили меня прямо до машины, где сидела бледная омма.
— Мама, всё в порядке? — спросил я тревожно.
— Всё отлично! — омма, прижала меня к себе. — Какая ты у меня талантливая стала. Я помню всё, что мне твой врач говорил. Всё испоняется в точности! Я очень счастлива тталь.
— Результат экзаменов пришлют завтра твоей омме на электронную почту. Но я уверен что ты поступила! Так что езжайте по своим делам и ни о чём не волнуйтесь, — улыбнулся сабоним.
— А ты останешься ИнСон-оппа? — спросила мама.
— А что делать? Надо же как-то с этими монстрами бороться за свою трейни?
— Мам, а куда мы едем? — я уже представил себе хороший ресторан или кафе, где мы хорошенько поедим.
— А ты забыла? У нас через полчаса медицинская проверка в клинике св. Петра. Где ты родилась. Я очень хочу послушать, что мне скажет уважаемый доктор Пак МёнСок! — на корню обломала мои мечты омма.
 Глава 4 
Школа «Сонхва».
— Господа, прошу вас, успокоиться! — попыталась сбить накал страстей мировая дива Ли СуМи. — Спорами и упрёками, вы добьётесь совершенно противоположных результатов. Не забывайте, что ещё не все дети и их родители, покинули здание школы. Что они о нас подумают?
— Лично меня, уважаемая СуМи-сии, в данный момент мало интересует, что обо мне подумают школьники и их родители! — расправил плечи невысокий полноватый господин. — Меня волнует, что некто, — он указал подбородком на молодого мужчину в чёрном, — пытается умыкнуть незнамо куда, талантливого ребёнка!
— Я вам уже неоднократно повторял, уважаемый Мунг ВингЧунг, что ГопСо без пяти минут моя трейни. Трейни моего агенства FM Entertainment! И без моего разрешения, она не то что в Австралию…или где у вас намечаются гастроли через месяц?
— В Сан-Франциско, — буркнул маэстро.
— Не то, что в Сан-Франциско, — продолжил ИнСон. — Она из своего дома лишнего шага не сделает!
  
— Но, позвольте, молодой человек! — воскликнул тощий, высокий и длинноволосый герр Маркус Штайнц, с ужасным немецким акцентом. — На каком основании вы распоряжаетесь судьбой ГопСо? Разве контракт трейни с ней уже подписан?
— Поставить подпись, Маркус-сии, дело десяти минут, — ответил ИнСон. — Тем более, что устная договорённость с её оммой, достигнута.
— Однако официального документа, пока ещё в природе не существует, — не согласился с ним, главный дирижёр Сеульского Филармонического оркестра.
— Пока нет, — пришлось признать, ИнСону.
— Тогда не мешайте нам…
— Диелит шкул не бийт меведи, — перебила дирижёра преподаватель балета.
— Как-как вы сказали уважаемая, Кан СоЧжин-сии? — переспросил ВингЧунг.
— Это русская пословица, господа, — ответила улыбаясь балерина. — Означает — делить шкуру неубитого медведя. То есть, вы распределяете то, что вам пока не принадлежит. Я несколько лет в своё время проработала в «Болшой». И почерпнула для себя несколько мудрых выражений из местного фольклора.
— СонгЁ, — тихо спросил только что вошедшего распорядителя в зал, директор ХёнСу. — Приказ готов?
— Да, сонсенним, — распорядитель приёмных экзаменов, по совместительству оказавшийся и помощником директора по общей дисциплине, с поклоном протянул начальнику лист бумаги формата А-4.
— Спасибо. Можешь быть свободен, — сказал директор и обратился к спорщикам:
— Господа! Попрошу вас прекратить ненужные дебаты. Вот приказ о зачислении на первый курс, старшей школы «Сонхва», Ли ГопСо. Так что это, без «моего», — директор специально сделал акцент на этом слове, — разрешения, моя ученица и шага не сделает из школьного кампуса! — Ли ХёнСу, помахал бумажкой перед удивлёнными лицами местной и мировой классической богемы.
— Но постановка, русская классическая постановка… — как-то жалостливо простонал немец. — Я полжизни провёл в поисках адепта русской школы, утерянной почти сто лет назад, под давлением большевитского переворота! Большевики презирали всё царское и дореволюционное! Они преследовали всех последователей Чайковского и Рахманинова! Они…
— Маркус-сии, я понимаю ваше…
— Да, что вы там понимаете, господин ВингЧунг! — вскричал расстроенный Штайнц. — Я полжизни провёл в поисках! Объездил весь СССР и всю новую Россию! Хрена с два! — крикнул дирижёр по-русски. — Австрийская школа — пожалуйста, — вновь перешёл он на ужасный корейский. — Немецкая — тоже. Итальянская — нет проблем. Даже английская и американская присутствуют. А русской, чисто русской, так и не нашёл. Кстати, СоЧжин-сии, вы бы тоже обратили внимание на преподавание балета в «Сонхва». Я в жюри замечал, что несколько ваших будущих учениц, уже заразились новинками идущими в разрез с классикой русского балета. Все эти потряхивания ладонями…Это же чистый к-поп! К-поп в балете? Вы, один из последних островков русской классики. Глядите, не упустите! Иначе новых улановых и плисецких вам не видать как своих очаровательных ушек!
— Не волнуйтесь, Маркус-сии, — с улыбкой ответила балерина. — Я тоже всё замечаю! Но очень благодарна вам за заботу, — женщина низко поклонилась дирижёру.
— Господин, Штайнц, — развёл руками директор ХёнСу. — Но я ведь не сказал, что запрещаю лично вам общаться с ГопСо! Пожалуйста в свободное от учёбы время она вся в вашем распоряжении.
— Что значит вся? — всполошился дирижёр Мунг ВингЧунг. — А я? А мой оркестр? У меня через месяц гастроли! Я хочу чтобы ГопСо со своей новой классикой, выступила в Америке! Она ведь будет представлять нашу страну! Мы будем представлять!
— Через месяц она начнёт учиться в школе.
— А как же распоряжения президента? Знамя Халлю?
— Холь! Вы хотите, за счёт моей ученицы выйти на международный уровень?
— Мой оркестр и так известен всему миру! — гордо ответил ВингЧунг.
— Но вы хотите эксклюзивное право на исполнение новой классики ГопСо? — вкрадчиво спросил директор.