Когда вмешалась жизнь (ЛП)

— Ты очень религиозен?
— Нет.
— Хм… — Паркер потерла мочку уха между пальцами. — Безумие какое-то. Мне жаль, что я заставила тебя ответить.
— Тебе, правда, жаль?
Она ухмыльнулась.
— Нет. Я буду думать над твоим ответом до конца дня.
— Думать о сексе?
— Нет, о… — Ее голова склонилась набок. — Ну, да.
— Можешь объединить задачи, чтобы мы, наконец, поговорили о Рэгсе?
— Да. Что ты хочешь узнать?
Глава 22
После всего трех часов с Рэгсом Леви задумался, как собака впишется в его дом в Скоттсдейле. Для восьмилетнего пса он обладал энергией щенка. Это прекрасно подходило для загородного дома с собачьей дверцей и огромным, огороженным двором, но в Аризоне у Леви не было ни того, ни другого.
— Он и правда много лает, — заметил Джо, отец Леви, спускаясь по лестнице с еще одной коробкой. — Твои соседи не придут в восторг.
Леви взял коробку и понес ее к гаражу, где они сортировали вещи: для продажи, для пожертвований и для семьи, если кто захочет оставить себе что-нибудь.
— Да, такая же мысль пришла и мне. Лай кажется чрезмерным, и он продолжает прыгать на забор и рыть под ним яму, будто готовит побег.
Джо взял черный перманентный маркер и написал на коробке: «Пожертвование».
— Кажется, соседка нравится ему больше, чем ты.
— Не могу его в этом винить. — Леви ухмыльнулся, глядя на припадочного пса.
— Сидеть, мальчик. — Джо оглянулся через плечо с такой же улыбкой. — Ты здесь временно.
— Просто наблюдение. Только и всего. Как дела у мамы?
— Все еще сидит на полу гардеробной, складывает одежду Сабрины, прижимает ее к себе, нюхает, орошает слезами… практически разбивая мое чертово сердце. Я многое смог исправить в ее жизни, но это… — он пожал плечами, сдерживая собственные эмоции, — …не знаю, станет ли она когда-нибудь прежней.
— Кажется, ей было лучше в присутствии Тесс.
Родители Гаса погрузили в багажник машины вещи, которые хотели оставить себе, и сказали, что вернутся позже.
— Рэгс! — Леви свистнул, устав слушать непрерывный лай.
— Сабрина не узнает, если ты не возьмешь его с собой, — заметил Джо.
— Я буду знать.
— Похоже, к тебе спешат на помощь. — Джо кивнул на Паркер, направляющуюся к воротам. — Я буду наверху. Не сморозь какую-нибудь глупость.
Он усмехнулся.
— Я? Никогда.
Леви продолжал убирать вещи с верстака Гаса, которые Джеральд сказал пожертвовать, наслаждаясь передышкой от лая благодаря Паркер, спасшей положение.
— Извините, сэр, ваша собака слишком громко лает.
Ему нравилось, как она шутила и как говорила, щурясь, подмигивая и быстро моргая. Леви никогда не видел таких выразительных глаз.
— Простите. Мне тут намекнули, что соседка может нравиться ему больше меня. Безумие какое-то. Я очень симпатичный. — Он сосредоточился на ее руке, из которой Рэгс что-то ел. — Что это такое?
— Вяленая индейка. Он ее любит.
— Ясно. Раньше ты не упоминала об этом в своем наборе уловок для Рэгса.
— Я дам тебе немного перед отъездом.
— Буду у тебя в вечном долгу, если это заставит его замолчать.
Леви окинул взглядом ее загорелые, сексуальные ноги, округлые бедра, узкую талию и упругую грудь. Когда их глаза встретились, Паркер смотрела на него понимающим взглядом. Он молился, чтобы она не спросила его, оценивал ли он ее или пялился на ее грудь.
— Как идут дела со сборами?
— Эм… — он снова сосредоточился на инструментах в ящиках, — …хорошо. Только для двух человек они накопили очень много вещей.
— Я только что думала то же самое о своей сестре и ее муже. Пока мы разговариваем, разгружают «кое-что» из их вещей. Мне требовалось вдохнуть свежего воздуха. Хотя не уверена, что воздух здесь свежий. Странно находиться здесь.
— Странно разбирать их вещи. У меня такое чувство, будто я вторгаюсь в их личную жизнь. Часть меня беспокоится, что мы наткнемся на то, чего они не хотят, чтобы кто-то увидел.
Паркер усмехнулась. Леви нравилась искренность в ее смехе так же, как и то, что с ее лица никогда не сходила легкая улыбка. Добрая. Теплая. Приветственная.
  
— Думаешь о наркотиках или секс-видео?
Ему также нравилось, как она читала его мысли, но, похоже, без всякого осуждения.
— Да. И найду их не я. Их найдут моя мама или Тесс.
— Моя мама не выжила бы, найди она секс-видео со мной. Наркотики? Да. Но не секс. У нее к нему отвращение. Это чудо, что мы с сестрой родились. Если честно, я считаю ее реинкарнацией Девы Марии. Это объясняет, почему мы совсем не похожи на отца.
Леви рассмеялся ее откровенности.
— Кстати, моя мама перебирает вещи Сабрины. Если нам удастся оторвать ее от цепляния за все, что пахнет Сабриной, мы с радостью отдадим тебе любую ее одежду или обувь. Или их просто отправят на пожертвование.
Паркер напряглась, на ее естественную улыбку набежала легкая тень.
— Я… э-э… ладно. Ее одежда мне мала. Уверена, у нее все миниатюрного размера. Не подходящее моему росту. И я знаю, что ее обувь на три размера меньше моего десятого. Но спасибо за предложение.
— Без проблем.
Вытащив еще одну палочку вяленой индейки, она откусила от нее, а остальное бросила Рэгсу.
— Какие у тебя планы относительно работы? Была ли возможность подумать об этом? — спросил Леви.
— У меня высшее образование в области коммуникаций. Я хотела бы воспользоваться им, поэтому думаю отправить резюме на местные радио- и телестанции. Если меня не наймут, придется искать другую временную работу, но, по крайней мере, это шаг в правильном направлении.
— На какую должность надеешься? — Леви заклеил скотчем еще одну коробку и поставил ее к остальным.
Паркер покачивалась взад и вперед на пятках, сплетя руки за спиной.
— Спортивный репортер.
— Хороший выбор. Не ведущий прогноза погоды?
— Ни за что. С географией у меня плохо, поэтому нечего мне показывать на карту в прямом эфире.
— Я любил географию.
— Да? — Она пожала плечами, оглядывая гараж с легкой гримасой, будто что-то причиняло ей боль. — Тогда тебе, возможно, стоит стать ведущим прогноза погоды. Ну, я лучше пойду. Очень странно находиться здесь среди их вещей, фургона… просто среди всего. Не представляю, как ты справляешься.
Леви прислонился спиной к верстаку.
— Не уверен, что наступит день, когда это будет легко. Я просто хочу закончить. Уехать домой. И постараться привыкнуть к жизни без них. Мы с Сабриной не так часто виделись с тех пор, как она возглавила фирму, но я все равно каждый день посылал ей сообщения. Иногда всего лишь гифку с волосатой задницей какого-нибудь мужика или фото, где я на поле для гольфа хвастаюсь тем, что у меня выходной… во вторник.
Он рассмеялся.
Паркер ухмыльнулась, такая улыбка пробуждала в нем желание танцевать смешные танцы, рассказывать свои лучшие шутки и совершенствовать искусство вызывать у нее улыбку. Возможно, он не хотел заканчивать. Возможно, стоило еще немного продержаться в доме воспоминаний, лишь бы видеться с ней.
— Уверен, ты понимаешь, что я имею в виду. Вы с Пайпер, вероятно, разговариваете каждый день столько же, сколько и мы с Сабриной, если не больше.
Ее брови сошлись у переносицы, и она принялась терзать зубами нижнюю губу.
— На самом деле, мы поссорились пару лет назад. Они совсем недавно вернулись из Канзас-Сити. Спустя два года мы снова начали разговаривать, но отношения все еще немного… натянутые.
— Серьезно? — Он скрестил руки на груди. — Ты много лет не разговаривала с сестрой?
Паркер кивнула, поморщившись.
— Видимо, произошло что-то очень плохое. Вы близнецы, поэтому она не могла украсть твоего парня, так что… — Глаза Леви широко распахнулись, когда Паркер съёжилась, тем самым показав, что произошло именно это. — Нет. Не может быть.
Он с полдюжины раз покачал головой.
— Может.
— Но это не тот, за кого она вышла замуж… — Он наклонился вперед, когда Паркер еще сильнее уменьшилась в размерах. — Ай-яй! Кто же так делает?