Когда вмешалась жизнь (ЛП)

Паркер оторвала кусок хлеба и бросила его в рот.
— Беременность? Нет. Их возвращение в Айову? Да.
— Дерьмо! Ты серьезно?
— Абсолютно. И мама пришла вчера узнать, как я отношусь к тому, что они будут жить со мной до завершения строительства их нового дома… через пять месяцев.
Минди ахнула.
— Ни. Хрена. Себе. Что ты ответила?
— Сказала: ни за что. Но есть загвоздка. Технически, ферма и земля, на которой она стоит, наполовину принадлежат Пайпер. Наши бабушка и дедушка оставили их нам обеим. Калеб зарабатывает неприлично большие деньги, поэтому с меня еще не просили чек, но что-то мне подсказывает, что мне придется либо проглотить свою гордость и позволить им жить со мной, либо продать дом, когда они потребуют долю Пайпер.
Паркер с силой выдохнула через нос.
— И помяни мое слово, ничего бы так не обрадовало Пайпер, как вынудить меня продать дом и смотреть, как я возвращаюсь к родителям… чего я не сделаю. Я лучше поселюсь в приюте для бездомных, чем перееду обратно.
— Когда они возвращаются?
— В середине июля.
— Это через месяц. Ты что-нибудь придумаешь. Может, трахнешь ее мужа… ну, знаешь… из мести. Если она хотя бы наполовину в таком же ужасном состоянии как и я, Калебу не потребуется много времени, чтобы прыгнуть к тебе в постель.
Паркер поджала губы, чтобы не ухмыльнуться, откинулась назад и почесала подбородок.
— Это сравняло бы счет, не так ли?
Минди хихикнула.
— Да, вполне возможно. Твоя семья отречется от тебя, и когда-нибудь эту историю придется объяснить твоей племяннице или племяннику, но…
— Это способ взглянуть на ситуацию со светлой стороны. — Паркер натянуто улыбнулась.
— Кстати, о светлой стороне: как тебе новая работа?
— Я скоро увольняюсь.
— Что? Ты же говорила, что это идеальная работа, не требующая опыта, и за нее платят сумасшедшие деньги. Что случилось?
— Кажется, у пары проблемы в браке. — Паркер уставилась на крошки на тарелке, опасаясь, что если встретится взглядом с Минди, та увидит более полную картину.
— Господи, надеюсь, это не из-за поцелуя в баре. Если так, то я полностью встану в твою защиту: всему виной алкоголь, и любой, кто тебя знает, может поклясться, что ты даже не посмотришь в сторону женатого мужчины.
Нет. Только не Паркер, не президент «Клуба ненавижу изменщиков».
— Сабрина, жена, много путешествует по работе. Видимо, это сильно повлияло на их брак.
— Понятно. Знаешь, что еще я понимаю?
— Ты о чем?
— Вернемся к твоему первоначальному вопросу: кажешься ли ты мне счастливой? Нет, не кажешься. Тебе нужно больше показываться на людях, развлекаться и найти сексуального парня, который сможет залезть тебе в трусики.
— Мне не нужно…
— И-и-и-и… я знаю такого парня. — Минди ухмыльнулась. — Марк. Новый доктор в нашей клинике.
— Подолог? Нет. Я не могу встречаться с парнем, который весь день возится со ступнями. Это мерзко.
— И с лодыжками. И не так уж это и мерзко. — Минди не смогла удержаться от хихиканья. — Ладно, это немного противно. Я рада, что просто отвечаю на звонки. Но, давай… одно свидание. У него еще молоко на губах не обсохло, он только что закончил колледж и так хочет угодить.
— Думаешь, общение с усердным доктором-футфетишистом волшебным образом сделает меня счастливой?
— У тебя есть идеи получше?
Нет. Лучше идей у нее не было.
*
После целой недели без встреч с Гасом, Паркер согласилась на свидание с ножным доктором. За час до прибытия кавалера Сабрина отправила ей сообщение, наконец предложив пять минут на общение. Паркер надела белое платье без бретелек, облегавшее ее фигуру и заканчивающееся на два дюйма выше колен, и черные туфли на шпильке, подчеркивающие ее икры.
— Ого, какой убийственный наряд. — Сабрина вошла в прихожую, разглядывая Паркер. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не тратишь зря это платье и туфли на девичник.
Паркер поджала сверкающие блеском губы, чтобы сдержать усмешку.
— У меня свидание.
— Первое свидание?
— Да.
— Расскажи мне о нем?
После нескольких недель ожидания двух свободных секунд Сабрины, она выбрала худший момент, чтобы уделить их Паркер.
  
— Он…
— Сабрина, ты не видела… — Гас вышел из-за угла кухни, вздрогнув всем телом при виде Паркер.
— Ты только взгляни на нашу малышку-соседку, она выросла и выглядит потрясающе. Тебе не кажется, Август?
Паркер смотрела куда угодно, только не на Гаса. Высокие каблуки никогда не были для нее проблемой, но по какой-то причине ее колени и лодыжки дрожали, пока она стояла под пристальным вниманием Уэстманов.
— Э-э… да. Идешь на свадьбу?
— Не смеши меня, Август. В четверг вечером? Ты серьезно? — Сабрина закатила глаза. — Ох, уж эти мужчины. О чем ты хотела со мной поговорить?
Гас не сводил глаз с Паркер. Она чувствовала это. Он не понял намека Сабрины оставить их одних.
— Это можно обсудить позже. Гасу что-то было нужно? — напомнила Паркер.
— Он может подождать. Твое свидание не может.
Паркер сдалась и мельком взглянула на Гаса. Стиснутые челюсти, руки сжаты в кулаки, возможно, готовясь нанести удар. Он не мог знать, что она хотела обсудить с Сабриной, но, наверняка, догадывался.
— Я хотела уведомить о своем увольнении за две недели. — Голос Паркер дрожал вместе с ее коленями и лодыжками.
— Что? Почему? Тебе нужно поднять зарплату? — Сабрина приблизилась на шаг с выражением искреннего беспокойства… вероятно, о себе.
— Нет. Вы платите очень щедро. Но я полагаю, пришло время найти работу, соответствующую моей степени. Как бы мне ни хотелось целый день выгуливать вашу собаку и печь банановый хлеб, думаю, настало время повзрослеть и найти настоящую работу. — Она прочистила горло. — Без обид.
Сабрина покачала головой.
— Никаких обид. Ты нашла другую работу?
Паркер еще раз мельком взглянула на Гаса. Его глаза бродили по ее телу, вызывая необходимость сменить нижнее белье.
— Н-нет. Еще нет.
— Ну, тебе нет нужды уведомлять меня за две недели, но тебе также нет необходимости увольняться до тех пор, пока ты действительно не согласишься на другую работу. Уверена, твои расходы на жизнь сами себя не покроют. Зачем оставаться без зарплаты, если в этом нет необходимости? И, честно говоря, я была бы тебе очень признательна, останься ты до окончания нашей вечеринки в честь празднования Четвертого июля.
Паркер впилась зубами в нижнюю губу, набираясь смелости сказать: «Нет, спасибо», но устремленный на нее взгляд Гаса вызвал перегрев и неясность мыслей.
— Хорошо. Спасибо.
— Замечательно! Утром я оставлю тебе список на стойке. Желаю приятно провести время на свидании. — Сабрина понизила голос. — И если ты немного опоздаешь утром, ничего страшного.
Паркер показалось, что она слышит скрежет зубов Гаса и хруст его пальцев.
— Спасибо. Я… — она отступила к двери, — …лучше пойду.
— Будь ответственной, Паркер. — Гас прищурился, и на его губах заиграла легкая ухмылка.
Засранец специально произнес ее имя после того, как уже довел ее до кипения одним только взглядом.
Она подмигнула ему и одарила широкой улыбкой, медленно закрывая за собой дверь.
— Не беспокойтесь, мистер Уэстман. У меня в сумочке полно презервативов очень большого размера.
Щёлк.
*
Невинная и наивная Паркер Круз испытывала бы некую странную преданность к своему женатому соседу. Паркер-я-вечно-выбираю-не-тех-мужчин-Круз не испытывала никакой преданности. Она также считала необходимым не только позволить доктору Марку Блэру залезть к ней в трусики на первом свидании, но и отвлечь его на лишний час утром, чтобы он ушел от нее после отъезда Гаса на работу, чтобы тот увидел машину доктора Марка на ее подъездной дорожке.
— Спасибо за ночь… и за утро. — Марк стиснул ее задницу под большой футболкой и выцеловал из Паркер всю жизнь. Он обладал некоторыми серьезными навыками, а рыжие волосы, веснушки и убийственная улыбка играли ему на руку.