Под крылом чудовища (СИ)

О, серьёзно? Пошла в наступление? Снова?
— А ты наивная дура! — отвечаю я, втягивая воздух носом так глубоко, как получается.
Напираю на неё, а Веснушка шагает назад и оказывается прижатой к стене в прихожей. Снова. У меня просто какое-то дежавю возникает, а сердце начинает глухо биться, заставляя меня снова испытать то мощнейшее желание сделать её своей.
— Мы должны поехать! Это наш дядя! Лёша сказал, что он в больнице! Даниил, если с ним что-то случится, а я не увижусь с ним… Я себя никогда не прощу! Понимаешь? Это могло случиться из-за меня, потому что я не отвечала ему, а он переживал.
— Этого не могло случиться! Наверняка он сидит, попивает кофеёк со своим сыночком и ждёт, когда ты прилетишь, как бабочка на огонёк. Как тот ночной мотылёк, который стремится к теплу и свету… Неужели ты не понимаешь этого, Веснушка?
— Даниил… Пожалуйста!
Она смотрит на меня, полностью повторяя выражение морды знаменитого кота из Шрека. И я сдаюсь. Тяжело вздыхаю и отхожу от неё.
— В какой он больнице? — спрашиваю у неё, стараясь не смотреть в глаза, потому что после этой близости на меня вдруг накатывает желание снова поцеловать её, заклеймить и заявить, что она теперь моя.
Бред какой-то!
Я же эту девчонку не знаю почти!..
И она молода… Она чересчур молода для меня. У таких ведь ветер в голове гуляет и под платье задувает…
«Но она особенная», — перебивает все эти мысли внутренний голос, и я готов зарычать, чтобы заткнуть его.
— Во второй клинической.
Я сажусь на верхнюю ступеньку крыльца и вбиваю название больницы в телефоне, а когда нахожу её, копирую номер и звоню.
— Что ты делаешь? — волнуется Веснушка.
— Ты же не думаешь, что я поеду туда, пока не буду уверен, что всё действительно так, как говорит твой Лёша? — Он не мой! — ворчит Саша, но я не успеваю ответить ей, потому что слышу строгий уставший голос в телефоне.
Я прошу найти мне, поступал ли к ним Добрынин, и уже через несколько секунд смотрю на Веснушку.
— Собирайся! — выдавливаю из себя скрепя сердце.
Конечно, я не хотел бы никуда ехать, но мужик реально попал в больницу, и если с ним на самом деле случится что-то, то Веснушка не простит себя, как я теперь… Не могу простить себя, что не попрощался с братом, хоть я понятия не имел, что он уйдёт так рано из жизни…
— Ты самый лучший! — лепечет Веснушка.
Я медленно оборачиваюсь, но когда смотрю на неё, девчонка уже скрывается в доме. Она это серьёзно? Назвала меня самым лучшим? И это после того, как я хотел втолковать ей мысль о том, что у Красавицы и Чудовища в жизни не может получиться так же, как и в сказке?
Вдох…
Ещё один, поглубже, чтобы заставить замедлиться сердце, которое после её слов начинает биться так сильно, что, кажется, вот-вот выскочит из груди.
Она сказала, что я самый лучший…
Хотя, конечно, если сравнивать меня с её этим хахалем, Лёшей, то это можно даже за оскорбление принять, потому что он мне и в подмётки не годится.
Эта мысль отрезвляет меня и заставляет вдолбить себе в голову, что она имела в виду не то, что сказала: Веснушка просто как-то хотела выразить свои эмоции, только и всего. Девчонки часто так делают — говорят то, что на самом деле считают иным…
Захожу в дом только для того, чтобы взять зарядку от телефона и свои пожитки, которые успел захватить, пока был в городе. И на кой чёрт спрашивается я взял их, если теперь снова возвращаюсь в логово, где нас будут поджидать опасности? И я ругаю себя за то, что пошёл у неё на поводу, но иначе поступить просто не мог. Не вышло бы…
Выхожу на крыльцо, пока Веснушка с сестрой собирают вещи и шумно что-то обсуждают. У меня башка пухнет от мыслей, которые начинают копошиться в ней, как свора забулдыг на раздаче бесплатной беленькой.
Набираю номер телефона Дэна и думаю о том, что скоро он пошлёт меня куда подальше с моими просьбами. Я реально обязан ему теперь уже столько, что за всю жизнь не расплачусь. Но я надеюсь, что однажды смогу стать для него полезным. Проведу специально для него курс пикапа, в конце концов, чтобы уже смог найти себе нормальную девчонку. Ну, а что? Это идея… Хотя какой там пикап? Ничего из привычного не действует, когда встречаешь её… Ту, которая может заставить твоё сердце биться чаще, а потом осаждает, заставляет чувствовать себя полнейшим ничтожеством…
 
— Волк, я скоро начну бояться телефона… Раньше он не звонил так часто… — сходу отвечает Дэн.
— Сори, брат! У меня тут ещё одна проблема возникла… Добрынин попал в больницу, и я вынужден вернуться в особняк. Можешь найти тут ребят, которые сделают хорошую защиту по периметру? С камерами, лазерами… Ну, короче, ты понял, чтобы всё как надо? Мне нужен полный фарш, и я заплачу, сколько будет нужно.
— Ты и это без меня сделать не можешь? — удивляется приятель.
— Представь себе! — негромко хихикаю я.
— Ладно… Не вопрос… Тогда поиски связей той бабы с Добрыниным я пока отложу, мне ж ещё твой сервис проверить надо, — деловито произносит Дэн.
Молодец!
Хваткий парень.
Я не сомневался в том, что он справится с должностью руководителя.
— Даня! — выскакивает Принцесса из дома, бежит, но спотыкается на крыльце и начинает лететь с него носом вниз, а я включаю режим Джеки Чана, моментально подскакиваю к ней и ловлю одной рукой, прижимая к себе и не позволяя рухнуть. — Ты спас меня, как настоящий рыцарь! — произносит она и смотрит на меня широко распахнутыми глазами.
Походу она не меньше моего испугалась. Как и Веснушка. Обе смотрят на меня как на героя какого-то, а мне не по себе, потому что я не привык быть героем. Я привык оставаться монстром. Никому не нужным одиноким волком. И теперь их благодарные взгляды меньшее, что мне нужно, потому что они… Они заставляют меня вести себя как героя, а я так не хочу… Я чудовище. И точка. И я снова стану им, когда буду уверен, что они обе в безопасности.
— У тебя там походу всё серьёзно, рыцарь! — смеётся Дэн.
— Угу, — сухо бросаю я. — Ну мы договорились? Надо, чтобы уже сегодня приехали и сделали всё.
— Не вопрос. Уже ищу.
Я благодарю Дэна и отключаю телефон. Убираю его в карман и смотрю на Веснушку, волочащую сумку со своими вещами.
— Я помогу! — пытаюсь взять у неё сумку, но она отрицательно мотает головой.
— Мне не тяжело. Спасибо.
— Правда? Ну ладно! — пожимаю плечами я, подхватываю Принцессу на руки и помогаю ей удобно сесть мне на шею.
Ну если Веснушке так нравится строить из себя гордую и независимую — пожалуйста… Я не против… Пусть видит, что по сто раз просить не стану.
Бабу Маню искать долго не приходится: она как раз встречает гостей, поэтому мне удаётся ненадолго завладеть её вниманием, чтобы сообщить, что оплату я уже перевёл на карту за наше проживание, и что мы возвращаемся к родным пенатам. Пока я усаживаю Принцессу в кресле, слышу, как баба Маня говорит с Веснушкой. Они обсуждают что-то о какой-то там королеве, и я не могу понять, когда это они успели сдружиться.
— Запомни, что только королева сможет спасти… Или погубить окончательно…
Кого и какая королева должна погубить, я так и не понимаю, поэтому просто даю Веснушке знак, что нам пора ехать, обнимаю бабу Маню и машу на прощание Пелагее, которая кажется немного расстроенной.
И тут у меня в голове вдруг срабатывает выключатель и зажигается лампочка.
Пелагея и Дэн!
Ну чем не идеальная пара?
Они же подходят друг другу на все сто, словно кто-то сверху лепил их и ставил рядышком, делая самой настоящей истинной парой, которых так любят описывать в книгах! Нужно будет как-нибудь сорвать сюда другана и познакомить их…
 
С этой мыслью я выруливаю машину со двора усадьбы, где чувствовал себя уверенно и спокойно, и на душе становится противно. Мне страшно ехать в самое пекло не из-за себя… Я бы вообще мог нырнуть в последний круг ада с головой, но вот Веснушка и Принцесса… За них я опасаюсь и хочу сделать всё, чтобы обезопасить их.