Пять лет спустя (СИ)

Прямо с раннего утра мы вдвоём с Дашкой улетели в Бережково, где она за день вдоволь набегалась на своём шагоходе по полям и лесам, а я, в это же время, успел выполнить два полноценных подхода к Чашам, приодевшись в Сбрую.
Ну, а как? Алмазы сами себя не вырастят, тем более мои, с переливами.
Встретились мы с женой уже под ужин.
Оба усталые и потные.
А тут и банька готова оказалась!
После ада парилки, а мы с Дашкой до пара оба охочие, да броситься в купель с холоднющей родниковой водой, от которой зубы сводит, если её выпьешь полстакана — это нечто… Словами не передать.
И уж после баньки, когда мы разомлевшие, в одних ещё влажных халатах, уселись перед камином, тут-то у нас под вино, да лёгкий ужин и состоялся разговор.
— Мы с Алёнкой про Лину давно знали. Недаром же за её успехами следили. И Алису заставили её проверять в самых жёстких условиях. На безнадёжных больных. Линка как почуяло что. Такие чудеса порой вытворяла, что у нашей Мухи русских слов не хватало, чтобы это описать. То и дело на немецкий сбивалась, а ругалась, так вовсе чисто на своём. Говорила, кстати, что папаня её, канцлер, большим мастером был в деле составления ругательств. Очень жалела, что запомнила лишь малую их часть.
— И чем же вам Лина понравилась? — словно невзначай, поинтересовался я, доливая жене вино в бокал.
— Слишком уж она стала мощной фигурой, чтобы такую из рук выпустить. Богатство — богатством, но когда со здоровьем нелады, а тем более, в тех случаях, когда смерти в глаза смотришь, то любые деньги отдашь, лишь бы пожить подольше, а тем более, здоровым. Мы с Алёнкой уже давно прикинули её ценность, но тут ты, со своим проектом лечебниц для богатых, нам карты немного спутал.
— Это каким же образом? Проект с лечебницами вышел очень удачный. Мы с него денег получаем раза в два, а то и в три больше, чем с моих верфей. А они у меня, знаешь ли, далеко не убыточные, — чуть ли не возмутился я до такой степени, что рука у меня дрогнула и я вино пролил. Немного.
— Слишком хорошо твои лечебницы работают. Из десяти потенциально значимых клиентов, из них восемь, а то и девять, вполне здоровыми выходят, — задумчиво проговорила жена, любуясь переливами вина на фоне огня камина.
— Так это же хорошо!
— С точки зрения медицины, наверное, да. Но мы — княгини. И мыслим мы с Алёной не совсем так, как купчихи, — очень ловко сумела уколоть меня Дарья, явно намекая на мои Камышинские связи. Зря она так. К счастью, ей-то объяснять ничего не надо. Посмотрела на моё разом окаменевшее лицо, и тут же тему сменила, — Было бы намного проще, а может даже и выгодней, если услугу по восстановлению здоровья для целого ряда богатых людей мы бы сделали сверхдорогим эксклюзивом. Заодно добавив в это действие толику своего влияния. Той же политики, — отсалютовала мне она своим бокалом, предлагая выпить, — Сам должен понимать, что немногие захотят ссориться с Семьёй самого сильного целителя в стране, а может, и не только в стране, но и во всём мире.
Угу, выпить то я выпил, и даже не поперхнулся, но вот разница между мной, недавним князем, и моими жёнами — княгинями, которые в этом котле всю жизнь варились, не может не огорчать.
Если прикинуть, то там, где я думаю на ход или два вперёд, они делают это сразу на три, а то и сразу на четыре. Интригантки чёртовы.
— Погоди-ка, то есть вам будет мало, если у вас двоих на руках окажется мой эликсир и вам будут доступны способности Лины? — пожелал я прояснить для себя размах дел тех двух русских княгинь, с которыми я регулярно делю постель.
— Да нет. Всё нормально. Но ты существенно сократил для нас круг воздействия, — включила Дашка своё женское обаяние, поглаживая меня по руке.
От того, чтобы задрать голову вверх и завыть по-волчьи, меня удержало лишь чувство собственного достоинства.
Скорее всего — князем нужно родится. Ну, или хотя бы княжной.
Пока что Алёна и Дарья показывают мне тот высокий класс, который присущ потомственным княгиням, впитывающим в себя отношение к людям и обществу вместе с молоком матери.
 
Об этом же свидетельствует и фраза Дарьи насчёт Светланы. Когда они ей про шестую жену сказали, та лишь хмыкнула и отмахнулась, словно между делом заметив, что она заранее отдаёт свой голос этой парочке. Вроде того, что они лучше вопрос решат, а у неё сейчас более важные проблемы с блюмингом возникли.
Вся Светка в этом. Её мир — это блюминги и слябинги, а также печи, прессы и прокатные станы. Вот же дал Бог жену… Хотя, к политическим интригам Светлана тоже подключится, если в качестве приза будет обозначен крупный заказ на рельсы или ещё какие-нибудь грандиозные поставки стали
Про мнение своих жён — азиаток я даже не стал интересоваться. Для них многожёнство — это вполне нормальное дело, а вдобавок к тому, они кулуарно признали Дарью и Алёну старшими жёнами. Даром, что обе мои азиатские жены имеют титул Императриц. В доме их не видно и не слышно. При всём том по ним не скажешь, что они — забитые создания. Просто обе так воспитаны. А может и вовсе — тишина и спокойствие в них заложены на генетическом уровне.
— Интересно, а как ты будущее Лины в нашей Семье видишь? — спросил я у Даши, бездумно пялясь на огонь в камине.
— Для начала пусть станет личным целителем Семьи Императора, а дальше посмотрим, — пожала Дашка плечами, заставив меня выпучить глаза.
Ай да жёнушки! Теперь понятно, отчего они так спокойно отнеслись к происхождению Лины.
И ведь действительно, нет никаких проблем, чтобы с нашими связями, влиянием и талантами Лины, осуществить план Дарьи с Алёнкой.
Есть в Российской Империи такие должности, где на происхождение не смотрят. В том смысле, что те же графы и князья всегда будут вежливо общаться что с министром обороны, что с мажордомом императорских дворцов, не чинясь своим титулом и родословной. Ибо так принято и от них много, что зависит.
Тот же мажордом сам лично особо важных гостей размещает, которых на какое-нибудь торжество в императорский дворец приглашают. Понятно, что гостевые покои всегда будут соответствовать статусу гостя, но вот их размеры и местонахождение — это уже на его усмотрение. Так что те, кто с мажордомом в контрах, вряд ли смогут полюбоваться из окон своих гостевых покоев на сад или озеро с лебедями. Скорее всего, им откроется вид на казармы с плацем, а то, и вовсе на гараж с парковкой.
Тем более, новоявленную княгиню Лину Бережкову, вряд ли кто посмеет происхождением попрекнуть.
Для этого, как минимум, будут сразу две весомые причины: — во-первых, она станет личным целителем Императорской Семьи, а во-вторых, любая попытка её оскорбления может тут же вылиться в очень неприятный момент. Причём, вылиться, в самом прямом смысле этого слова. С её-то силой целителя организовать моментальный понос или мочеиспускание — это раз плюнуть, а обделаться в Императорском дворце — это всенародный стыд и срам. Такое запомнят, и не одно поколение пройдёт, прежде, чем оно забудется.
Есть ещё и в-третьих — это я. Не поверите, но невзирая на всю столичную свободу нравов, к моим жёнам никто не подкатывает. Я это не просто так говорю. Озаботился в своё время проверкой, но напрасно. Мазохистов и суицидников среди светского общества не оказалось.
Ну, и как вишенка на торте — это не только офигенно высокий статус новой княгини, но и не менее высокие ставки за её лечение, если кого-то припрёт. И я одним местом чую, что договариваться страждущим придётся не с Линой, а как минимум, с Дарьей. Больно уж она сейчас довольно щурится, понимая, что часть их плана только что сработала, и я не против свадьбы.
Если кто-то считает, что я не вижу в плане пары моих жён второго дна, то зря.
Молодая и горячая жена южных кровей, наверняка окажется любвеобильной и требовательной.
А там, глядишь, и остальные жёны на пару градусов свою активность повысят. При такой массовой сексуальной атаке, хочешь не хочешь, а придётся мне выкладываться на полную, а то и сверх того.