Маркиза Светлой Пустоши

Постепенно к Альтасу присоединились и другие боги. Динар создал разнообразные расы, многие из которых исчезли с лица земли. Нариса наделила живые существа способностью любить. Шарт показал им, как можно торговать и воевать. Зира позволила им создавать семьи и растить потомство.
И спустя несколько тысяч лет мир пришел к относительной гармонии.
Я закрыла книгу, дочитав до последней страницы, недовольно фыркнула. Нигде, ни на одной странице я не встретила упоминание о том, что мир принимал переселенцев из других миров. Про попаданцев там тоже не было ни слова. То есть получается, я такая уникальная? Надо гордиться или опасаться?
  
Или это книга мне попалась простенькая, ни о чем? И следует попытаться найти более серьезные труды? Только где ж их найдешь, эти труды, в такой глуши?
Ответов на свои вопросы я, конечно же, не получила. Крутись, попаданка, как хочешь. Выживай, как получится.
 
Глава 10
 
В тот же день я нашла в кабинете клятву верности, написанную на гербовом листе, который был украшен изысканными узорами и печатью моего рода. Именно ее зачитывали вслух или повторяли за начальством те, кто желал служить новому хозяину. Клятва обладала сроком давности и проносилась на определенное время. После ее произнесения работник мог официально трудиться в доме или во владениях хозяина и не способен был хоть как-то повредить тому, его семье или имуществу. Это было важное условие, которое защищало меня от возможных предательств.
В качестве доказательства клятвы на кистях рабочих должны были проступить временные татуировки с вензелями хозяев.
Как и все, работающее с помощью магии, лист с клятвой возвращался на свое законное место после того, как была произнесена последняя буква. То есть можно было не бояться, что Алек потеряет выданную ему бумагу. Она сама вернется в кабинет после того, как последний рабочий поклянется мне в верности. Это было удобно и надежно, и я чувствовала, что, наконец, начинаю брать ситуацию под контроль.
Алек появился следующим утром, его лицо было сосредоточенным, а глаза полны решимости. Он получил лист с клятвой, горсть медяков, чтобы хоть частично расплатиться с рабочими, и отбыл назад, к шахтерам. Я наблюдала за ним, как он покидал усадьбу, и в душе надеялась, что он выполнит свою задачу с должной серьезностью. Он получил четкие инструкции без сожаления расставаться с теми, кто откажется клясться. После расчета такие рабочие больше не будут иметь доступа к шахте и тому, что там добывается. А значит, не смогут навредить мне перепродажей металлов советнику.
Сам он пока молчал и никак себя не проявлял. И я искренне надеялась, что он и дальше будет «молчать» и даст мне время и возможность хоть что-то восстановить.
Я собиралась попытаться продать соседям металлы из следующей выработанной партии руды. И на полученные деньги рассчитаться, пусть и не полностью, с рабочими. Ну и слугам заплатить за их труд. Я понимала, что это будет непросто, но у меня не было другого выбора. Мне нужно было время, много времени, чтобы встать на ноги.
Через несколько дней после общения с Дирком в усадьбе появился Алек.
– Ваша светлость, клятва принесена, – сообщил он, слегка наклонив голову. – Ни один рабочий не отказался. Первая партия металлов уже поднята на поверхность.
– Отлично, – кивнула я, мысленно выдохнув с облегчением. – Советник появлялся?
– Пока нет, ваша светлость.
Да? Что ж он так? Пока не нашел возможности взломать мою защиту? Или же занят своими непосредственными обязанностями в столице? В любом случае, его отсутствие было мне только на руку. Я могла сосредоточиться на своих делах, не опасаясь его вмешательства.
– Распусти слух о возобновлении выработки в рудниках, можешь приукрасить события, – приказала я, чувствуя, как внутри меня нарастает уверенность. – Надо, чтобы соседи обо всем узнали.
Алек поклонился, выслушал еще несколько указаний и отправился назад, в деревню.
Я же вернулась к своим повседневным делам. Впрочем, дел как таковых и не было – практически всем заведовала экономка. Я же давала указания, ела, спала, читала, грелась у камина, оставляя заботы о хозяйстве на профессионала. Это создавало атмосферу безмятежности, но в то же время ощущение пустоты от того, что не было никаких значительных достижений.
Погода с каждым днем портилась все сильней. Зима входила в свои права, вытесняя из края пусть и холодную, но дождливую осень. Стало значительно холоднее, воздух наполнился свежестью, а деревья покрывались инеем, словно белоснежными кружевами, подчеркивающими их силуэт. Я любовалась этой зимней красотой из окна, наблюдая, как снежинки медленно кружатся в воздухе, словно танцующие феи.
По первому снежному настилу до меня скоро добрались редкие гости. Приехали в санях, довольные, раскрасневшиеся на небольшом морозе, веселые.
Я не ожидала визитов в это время года, и потому удивилась, услышав от служанки, что в холле меня ожидает семейство аристократов.
Пришлось выходить встречать в чем есть. На переодевание времени не осталось, и потому по ступенькам я спускалась в темно-коричневом платье, домашнем и совершенно не новом. Оно было простым, но аккуратным, с легкими кружевами на рукавах. Не сказать, чтобы оно было уже потертым или затасканным. Но, встав рядом с гостями, я ощутила себя этакой Золушкой, решившей прийти на бал в том же, в чем до того убирала дом.
А пожаловали ко мне ни много ни мало герцоги Арлонтонские, дальние родственники императора, супруги средних лет, с тремя холостыми сыновьями и незамужней дочерью.
И по тому интересу, с которым все семейство оглядывалось вокруг, я предположила, что слухи о моих заработавших рудниках уже просочились не только в среду крестьян и слуг. Возможно, гости прибыли как раз для того, чтобы оценить, насколько успешным стало поместье. А значит, можно ожидать, что здесь и сейчас мне начнут сватать выгодных провинциальных женихов, статных, широкоплечих и очень даже симпатичных.
И все бы ничего. Вот только я не собиралась в ближайшее время выходить замуж. У меня были свои планы, и я не хотела, чтобы кто-то вмешивался в мои дела.
Впрочем, своим непрошеным гостям я ничего подобного не сказала. Наоборот, улыбнулась как можно более спокойно и радушно.
– Добрый день. Я – Настасья горт Малтова, маркиза Артанская, владелица этого поместья. Добро пожаловать. Прошу разделить со мной пищу.
Как раз наступило время обеда, и гости, проголодавшись на морозе, с удовольствием согласились.
Всей толпой мы прошли в обеденный зал, расселись за столом, приготовились есть и общаться.
 
Глава 11
 
Первое, горячий мясной суп, густой и ароматный, традиционно съели молча. Я приглядывалась к гостям, размышляя, что от них можно ждать, они – ко мне. До них явно уже донеслись какие-то определенные сплетни обо мне и моем жилище, потому что в их глазах постоянно вспыхивал огонек любопытства.
Когда служанки унесли грязные тарелки и поставили на стол второе, мы приступили к беседе. Сначала обсудили погоду, подготовку к холодам и морозам, а затем уже перешли к основному предмету разговора.
– Ронья Настасья, поговаривают, вы возобновили работы на рудниках, – произнес Дортас горт Арлонтонский, высокий плотный брюнет с синими глазами и военной выправкой. Явно совсем недавно служил, думаю, в штабе. Одет он был довольно скромно, а значит, или дела в семье шли не очень, или, что более вероятно, служба в армии приучила его к экономии. Его голос звучал уверенно, но в нем проскальзывала нотка любопытства, как будто он искал подтверждение своих догадок. – Ходят слухи, что вы ищете рабочих, готовых работать в шахтах даже в холода.
  
Рабочих я не искала. Вернее, если и искала, то не сама. А через Дирка. Он занимался всем, что было связано с поиском рабочих рук.
– После вступления в наследство я обнаружила, что в поместье очень много нерешенных проблем, – вздохнула я. – И конечно, глупо было бы в моем положении пренебрегать возможностями, которые мне могут дать рудники. Я надеюсь найти в окрестностях тех, кому можно будет продавать то, что поднимают из шахт. Ну а на эти деньги уже думаю отремонтировать усадьбу.