Неидеальное свидание
Ой, только посмотрите на этого чудесного мужчину, с которым я подписала контракт. Как же мне повезло.
– Теперь наша история. Сосредоточься и слушай внимательно, потому что Элли, невеста Дэйва, родом из Джорджии.
Издав стон, я откидываю голову на подголовник.
– Ты просто форменный болван… ты в курсе?
Когда Хаксли ничего не говорит в ответ, мне хочется верить, что он молча соглашается со мной.
* * *– Пока не забыл… – Хаксли тянется к бардачку и достает небольшую коробочку. Затем протягивает ее мне.
– Вот, надень его.
Ну разве не романтично?
Я открываю бархатную коробочку и обнаруживаю самый большой бриллиант, который когда-либо видела. Его окружают другие камни, а инкрустированный бриллиантами ободок выполнен из красивого розового золота.
Открыв рот, я внимательно рассматриваю кольцо.
– Что это такое?
– Помолвочное кольцо, – как ни в чем не бывало говорит Хаксли.
– Это не помолвочное кольцо, а каток для семьи из пяти человек. – Поднимаю глаза на своего фальшивого жениха. – Какого черта, Хаксли? Ты ожидаешь, что я буду носить его?
– Да.
– Просто вот так – да. Никаких аргументов в пользу этого? – спрашиваю я.
– Тебе нужны аргументы?
– Хаксли, ты видел эту штуковину? Клянусь, оно весит не меньше фунта.
– Да, я сам выбирал его. И конечно, видел. Очень внимательно изучил, чтобы убедиться, что в нем нет никаких изъянов.
– И ты считаешь, это подходящее кольцо?
Он чуть сдвигается и смотрит на меня.
– Лотти, ты якобы помолвлена с миллиардером. Это кольцо вполне отражает состояние моего банковского счета, что-либо меньшее казалось бы неправдоподобной насмешкой. А теперь надень его на свой чертов безымянный палец и не снимай.
Ошеломленная резкостью в его голосе, я откладываю коробочку и надеваю кольцо на свой палец.
– Ух ты, даже не ожидала, что однажды мне сделают такое незабываемое предложение. «Надень его на свой чертов безымянный палец и не снимай». Как романтично.
Хаксли собирается открыть свою дверь, и я следую его примеру, но он выдает:
– Не выходи.
– Не выходить? – спрашиваю я, сбитая с толку.
– Да, сиди на месте.
– Значит… ты хочешь, чтобы я весь вечер оставалась в машине? Тогда исчезает смысл всего того, что мы обсуждали последний час.
Хаксли проводит рукой по лицу.
– Оставайся в машине, чтобы я мог открыть для тебя дверь.
Вот как.
Мысленно усмехаюсь, когда Хаксли выходит из машины и напряжение сковывает его. Мне хочется крикнуть: «да, сэр, есть, сэр», но дверь захлопывается, а он сам обходит машину. И что на него сегодня нашло?
Открыв дверь с моей стороны, он предлагает мне руку и приказывает:
– Возьми меня за руку.
– Ты мог бы сказать «пожалуйста». – Хаксли злобно прищуривается. Принимаю его руку, и он помогает мне выйти из машины. Поправляю свое зеленое платье, довольная тем, как оно сидит, и он закрывает за мной дверь.
Вместе мы подходим к величественному каменному дому, по всему фасаду которого свисают стебли виноградной лозы. Когда мы въехали в ворота, мне показалось, что мы очутились в где-то в английской глубинке с ее ветвистыми деревьями и каменной оградой вдоль гравийной дорожки. Очень похоже на «Таинственный сад».
– Как думаешь, сколько стоит содержание этих вьющихся растений?
– Пожалуйста, не задавай подобных вопросов, – говорит Хаксли. – Так ты кажешься неотесанной.
– Забыл, как нашел меня? Я рыскала по улицам в поисках богатого мужа. Я на дне, Хакс.
Он смотрит на меня сверху вниз.
– Я бы не сказал, что ты достигла дна.
Притворно хватаюсь за сердце.
– Ой какой комплимент. Буду лелеять его всю ночь, пока буду пытаться изображать безумно влюбленную беременную невесту.
Хаксли ведет меня к входу в дом, а затем звонит в дверь. Он крепко сжимает мою руку, как будто боится, что я убегу. Поверьте, я думала об этом. Много раз по дороге сюда я подумывала о том, чтобы проделать старый добрый трюк – «выпрыгни прямо из движущейся машины», но по двум причинам отказалась от этого геройского поступка: во-первых, я побоялась ушибиться, а во-вторых, подписала строгий контракт, который обязывает меня брать на себя ответственность. По сути, если я не выполню условия контракта, то потеряю все, а также маму, Келси и моих нерожденных детей, которые все еще прохлаждаются в моих женских прелестях.
Но я гадаю – нервничает ли Хаксли?
Он выглядит совершенно спокойным. Но опять же, не думаю, что он знает, как проявлять эмоции. Он такой несгибаемый, совершенно не похожий на мужчину, которого я встретила на улице около Флэтс, и на человека, с которым я ужинала. Кто же из них настоящий Хаксли Кейн? Какая-то часть меня хочет верить, что этот лишенный эмоций мужчина, который держит меня за руку, всего лишь пытается защитить то, что скрывается под его надутой от гордости грудью.
Слышу звук открываемого замка, и нервозность обрушивается на меня, словно приливная волна, когда дверь открывается, показывая двух людей, представляющих собой яркую картину благополучной жизни в пригороде. Дэйв обнимает Элли за плечи, а она держит руку на его груди.
Они улыбаются. Такие влюбленные.
Такие милые, с идеальной кожей и зубами. Готовая картинка для журнала Home and Country.
Кто открывает дверь с таким видом, будто по ту сторону их ожидает фотограф? Они кажутся идеальной парой.
Дэйв невероятно красив. Блондин с голубыми глазами, похожий на скучного финансиста, а Элли – самое великолепное создание, которое я когда-либо видела. Светлые волосы с мелированными прядями завиты в идеальные локоны и обрамляют лицо. Макияж заставляет кожу светиться, а благодаря милым красным капри со свободным топом она кажется похожей на ангела, что мне очень нравится.
– Добро пожаловать в наш дом, – широко улыбаясь, говорит Дэйв. – Мы очень рады, что вы смогли приехать.
Вечер будет невероятно длинным. Я уже чувствую это.
Званый ужин в Плезантвилле – почти уверена, что это не то место, где можно лечь, похлопать себя по животу и сказать: «Боже, я не смогла запихнуть в себя еще один тако». А потом быстро схватить последний тако, пока его не унесли обратно на кухню.
Я настолько привыкла ужинать с Джеффом, у которого салфетка заправлена за воротник рубашки, и мамой, любящей рассказывать нам последние сплетни о знаменитостях, на которые, по ее словам, она не обращает внимания, что не уверена, вспомню ли о правилах поведения за столом. Например, что нужно убрать локти со стола, вести светские беседы, которые не включают в себя обсуждение новой, неожиданно обнаруженной на спине родинки, или того, какую куриную кость перебросили через забор наши эксцентричные соседи.
– Большое спасибо, что пригласили нас, – говорит Хаксли приятным голосом, от которого я чуть не падаю. – Это Лотти. Лотти, это Дэйв и Элли.
Дэйв подходит ближе и протягивает мне руку. Я пожимаю ее, и он говорит:
– Лотти, очень приятно с тобой познакомиться.
– Я тоже очень рада встрече, – отвечаю я, потому что так говорят в кино, хотя на самом деле я не испытываю никакой радости по поводу встречи с этим человеком. По правде говоря, чувства скорее противоположные. Это… это… недовольство. Да. Мне неприятна эта встреча. – И, Элли, так здорово познакомиться с тем, кто тоже ждет ребенка. Все мои подруги находятся на совершенно другом этапе своей жизни.
– Отлично тебя понимаю, – отвечает Элли, пожимая мне руку. – Я нахожусь примерно в таком же положении. Заходите, заходите. Поболтаем внутри.
Оборачиваюсь, чтобы взять Хаксли за руку, и замечаю блеск благодарности в его глазах, когда мы заходим в дом.
Хм… может, теперь он будет помягче со мной.
Глава 7
Хаксли– Я тебя ненавижу, – вставая из-за стола, шепчет мне на ухо Лотти. При этом она нежно поглаживает мое плечо, когда проходит мимо.