Неидеальное свидание

В этом есть доля правды, но все же…
– И что мне делать – просто жить в особняке этого парня?
Келси ухмыляется.
– Ну да. По-моему, это просто мечта.
Наклонившись к Келси, я шепчу:
– Он мне даже не нравится.
В ответ она шепчет:
– Он тебя слышит.
– Не обязательно симпатизировать мне, чтобы вести со мной дела. Помни, это всего лишь деловая сделка. Чем скорее ты начнешь думать об этом в данном ключе, тем легче будет погасить эмоции.
Хмуро смотрю на Хаксли, который выглядит абсолютно непринужденно, покачиваясь на каблуках и засунув руки в карманы.
– Он прав, – соглашается Келси. Когда я ничего не произношу, она продолжает: – Как насчет такого? Останься там на неделю, а потом, если захочешь вернуться, моя студия открыта для тебя, кровать с подушками и все такое.
– Ты серьезно? Ты не хочешь, чтобы я осталась?
– Он не обидит тебя, – успокаивает меня Келси.
– Ага, а завтра по сети будут ходить новости о похищении сестры.
– Ты ведешь себя нелепо. Мы знаем о нем все. Если он хотя бы попытается что-то сделать, то попрощается с репутацией. Поверь, я хорошо умею читать людей. Он не идиот.
Не могу поверить, что вообще думаю об этом, но когда смотрю то на сестру, то на Хаксли, чувствую, что все больше склоняюсь к тому, чтобы согласиться. Не из-за особняка, а потому что не хочу, чтобы Келси меня ненавидела, а я знаю, что после нескольких дней в этой крошечной квартирке она вполне может отречься от меня. Жить здесь – это одно, а работать и жить в этой квартире – совсем другое.
Вздохнув, я соглашаюсь:
– Хорошо, но я займу самую дальнюю комнату от твоей, и никаких фокусов. – Указываю на Хаксли пальцем.
– Не льсти себе, – как ни в чем не бывало улыбается он, а затем подходит к кровати, где переставляет коробки с платьями. Келси фыркает и прикрывает рот, пока я злюсь.
– Ну, не… сам не льсти себе, – ворчу я.
– О-о-о, жарковато, – издевается Келси. – Ты и правда уделала его.
Потираю виски.
– Келси, я была бы рада, если бы ты была на моей стороне.
– Да, поэтому я и призываю тебя отвечать. Думай, прежде чем реагировать, бей по больному месту. Знаешь, что-то вроде… твои, э-э, волосы… ну, нет, это не годится. Может быть, этот костюм……хм, он безупречен. Подожди, это комплимент. О, я знаю, твоя челюсть так крепко сжата… она на самом деле очень симметрична. Все его лицо очень симметричное. Просто чудесный экземпляр.
– Ах вот как. – Нарочито медленно хлопаю в ладоши. – Спасибо, Келси, очень полезные оскорбления.
Хаксли смотрит на нас.
– Закончила с убогими попытками поставить меня на место?
– Ты жалок, – отвечаю я, а затем смотрю на Келси в поисках одобрения. Она поднимает большой палец вверх и кивает головой. Ха, как я его уделала.
Хаксли стискивает челюсти.
– Мне нужно, чтобы ты примерила наряды.
– Мог бы попросить более вежливо.
– Это бизнес. Я не пытаюсь завоевать тебя или обаять. В данный момент я твой босс, поэтому ты подчиняешься моим приказам.
Гнев бурлит во мне, а Келси улыбается.
– Ого, после этой высокомерной речи она должна называть тебя «папочка»?
– Келси, ради всего святого. – Потираю переносицу. – Пожалуйста, держи себя в руках.
Снова раздаётся стук в дверь, и сестра говорит:
– Должно быть, теперь это еда, если только у тебя нет кого-то, кто ждет меня за этой дверью. – Она двигает бровями, а затем замирает. – Боже, мне и правда надо держать себя в руках. – Она идет к двери, принимает еду, а затем несет ее на свою маленькую кухню.
Хаксли открывает коробки и берет в руки красивое зеленое платье-макси с высокой талией и рукавами доломан. Вырез ниже, чем я предпочитаю, но ткань кажется роскошной, так что, знаете… Я примерю его.
– Надень. Хочу увидеть тебя в нем.
Встаю со стула и забираю у него платье:
– Знаешь, «спасибо» тебя не убьет.
Оказавшись в ванной, быстро вылезаю из своей одежды, которую просто отбрасываю в сторону – Келси будет в ужасе – и затем надеваю платье, позволяя гладкой ткани скользить по моему телу.
– Ого, – шепчу я, рассматривая платье в зеркале. Оно облегает меня как перчатка, подчеркивая талию и эффектно приподнимая грудь. Наверное, за деньги действительно можно купить все, потому что раньше у меня никогда не было такой фигуры. Пора показаться «боссу».
  
Открываю дверь и выхожу из ванной, чувствуя себя неловко. Я не знаю, что делать с руками, поэтому чопорно держу их перед собой.
– Это то, что вы искали, господин? – спрашиваю я Хаксли.
На его лице ни единой эмоции, и он не выказывает и проблеска признательности. Просто сурово отвечает:
– На сегодня сойдет.
С тем же успехом он мог бы быть фермером из «Бэйба». Погладил бы меня по голове и сказал: «Сойдет, свинка. Этого хватит».
Фу.
По крайней мере, сейчас он оправдывает ожидания. Это бизнес. А не какая-то сказка, где он избавляет меня от лохмотьев и превращает в принцессу. Не то чтобы я мечтала о чем-то подобном. Я и правда хочу сама устроить свою жизнь, но, знаете, было бы приятно услышать что-нибудь вежливое или комплимент по поводу наличия моего обычно отсутствующего декольте.
– Здесь платья для разных случаев. В коробках лежат шпаргалки, когда их носить, а также какую обувь к ним подобрать, но теперь, когда ты будешь жить со мной, я могу сам одобрять все до того, как ты выйдешь из дома.
– Одобрять, значит? – спрашиваю я. – Ты ведь понимаешь, что это мое тело?
– Отлично понимаю, что это твое тело. Но ты также подписала контракт, в котором говорится, что прежде чем мы посетим деловое мероприятие, я должен одобрить твой наряд.
– Я думала, это просто, ну, знаешь, слова. – Многозначительно машу рукой.
– Ни один пункт контракта не является просто словами, – выдает Хаксли. – Четко уясни это, особенно если собираешься вести дела сестры. Тебе будет полезно ознакомиться с юридической терминологией.
– Я знакома с ней, – резко произношу я. – Не надо думать, будто я ничего не знаю.
– Учитывая, что ты считаешь наш контракт набором слов, склонен считать, что тебе стоит подучиться, особенно если ты возьмешься за ведение бизнеса родственницы, которая построила его с нуля. Не стоит шутить с этим.
– Я и не шучу.
– Ты должна серьезно относиться к делу, – говорит он этим своим властным голосом.
– Я и отношусь к нему серьезно.
– Это не игра, Лотти, а шанс, возможно, открыть новую главу в твоей жизни, подняться на ступень выше, и если ты будешь просто валять дурака…
– С чего ты думаешь, что я валяю дурака? – Раскидываю руки в стороны. – Я стою здесь в выбранном тобой платье, а какой-то мужчина вот-вот придет сюда и переместит мои коробки в твой дом, по твоему же приказу. Сегодня вечером мне предстоит ужин, которого, скажу честно, я боюсь, потому что если ошибусь, если скажу что-то не то, у тебя будут неприятности. И по какой-то странной причине я не хочу этого делать. – Сокращаю расстояние между нами и тычу пальцем ему в грудь. – Так что не надо обвинять меня в том, что я валяю дурака. Понял?
Тишину нарушает чавканье, и мы с Хаксли поворачиваемся к Келси, у которой в руке контейнер с лапшой ло-мейн, а в другой – палочки для еды. Она улыбается нам:
– О, простите… просто наслаждаюсь шоу. Хотите ло-мейн? – И протягивает контейнер.
Раздраженная всем происходящим, я резко разворачиваюсь и возвращаюсь в ванную, где снова раздеваюсь, но на этот раз сажусь в таком виде на закрытый унитаз.
Что за наглец! Пришло время прочитать этот контракт.
* * *
Кондиционер в машине совсем не помогает охладить пылающий внутри меня огонь.
Я знаю, что это бизнес, и не ищу здесь что-то, кроме простой сделки, но разве этот тип умер бы, если бы поблагодарил меня за то, что я пошла и завила свои длинные волосы? Безусловно, он попросил меня завить их и потребовал, чтобы я сделала естественный макияж, но мог бы выказать свое одобрение хотя бы кивком!