Маски лицедея (СИ)

— Сразу пристегнитесь, — сказал он. — Полёт будет бурным. Вас не укачивает?
— До сих пор не замечал за собой такого.
— Это хорошо.
Захлопнув дверцу, Максим повернул затвор, сел во второе кресло и вставил диск в торчавшую из стены капсулы стойку.
— Всё, сейчас полетим, — предупредил он, поворачивая его до щелчка.
В тот же я почувствовал, как зомби разбегается, а затем последовал резкий рывок вверх! Раздался шум крыльев. На самолёт это совсем не походило. У меня желудок словно поднимался к самому горлу, а затем обрушивался куда-то вниз! Длилось это примерно полминуты, а затем рывки стали более редкими и плавными.
— Ну, как⁈ — оскалившись, осведомился Максим. — Впечатляет?
— Ещё как! — просипел я. — Только не понимаю, вы вообще видите, куда мы направляемся?
Связной кивнул.
— Конечно. Я подключён к зрению руха, — он постучал согнутым указательным пальцем по диску. — Всё благодаря этой штуке!
— И долго нам так лететь?
— К сожалению, да. Птицы не так быстры, как самолёты. Придётся запастись терпением.
Дорога, и правда, заняла много времени. Бастионы Камнегорска стали видны только к вечеру. К моему удивлению, я почувствовал, что возвращаюсь домой. Похоже, мегаполис успел стать мне за эти пару лет родным. Правильно писал Достоевский — человек ко всему привыкает. Он, правда, считал это недостатком.
Рух вскоре пошёл на снижение.
— Ближе нельзя, — прокомментировал Максим. — Начнут обстреливать.
Как только мы сели, он отстегнулся и отворил дверь.
Я вышел, он выпрыгнул вслед за мной. Вытащил из-за ремня ракетницу, поднял и выстрелил. Красная точка взмыла над нашими головами и зависла в трёх десятках метров в воздухе, заливая округу дрожащим сиянием.
— На этом всё, — сказал мне связной. — Мне пора возвращаться. Надеюсь, продержитесь. Вас должны забрать быстро.
Я пожал ему руку.
— Спасибо.
— Не за что, — кивнул он в ответ. — Такая работа.
После чего забрался назад в птицу, захлопнул дверь, и рух через несколько секунд начал разбег, взмахнул огромными крыльями и взлетел. Заложив поворот, он устремился прочь от Камнегорска.
Я огляделся. Стоять в сумерках вне надёжных бастионов мегаполиса было неуютно, даже зная, что гули почти истреблены, а оставшиеся едва ли посмеют показаться из леса. И всё же стоило держать ухо востро.
Однако долго куковать на открытом пространстве мне не пришлось: вскоре в небе показался вертолёт. Он быстро приближался и через несколько минут завис надо мной. А затем начал снижаться. Как только сел, из него выпрыгнул человек в форме Белого клана и подбежал ко мне.
— Вас ожидает Его Величество! — проорал он, перекрикивая шум лопастей.
Кивнув, я последовал за ним. Мы забрались в коптер и полетели к Камнегорску.
Сели во дворе Запретного города. Там к нам присоединились ещё трое военных. В их сопровождении я дошёл до дверей, за которыми находился кабинет, где устраивались аудиенции.
Как только о нашем прибытии доложил секретарь, меня впустили.
Голицын сидел за столом в домашней курке-венгерке и плоской бархатной шапочке. Видимо, ввиду позднего времени уже готовился ко сну, когда ему сообщили о моём возвращении.
Окинув меня быстрым оценивающим взглядом, встал и двинулся навстречу, протягивая руку.
— Николай, рад тебя видеть!
Вот ведь старый лицемер!
— Взаимно, Ваше Величество, — ответил я, стиснув сухую, но крепкую ладонь.
— Ты быстро справился. Ты ведь справился?
— Конечно, Ваше Величество. Иначе не вернулся бы так рано.
— Отлично! Я в тебе и не сомневался. Ну, садись же. Вот сюда, — указав на кресло для посетителей, он обошёл стол и устроился за ним. — Рассказывай, как прошло. Я хочу знать всё в мельчайших подробностях.
  
Глава 10
 
Поскольку никаких подробностей не было, а враньё могло загнать меня в тупик, отвечать на требование императора я не собирался.
— Прошу прощения, Ваше Величество, но кодекс моего клана не позволяет мне раскрывать детали операций. Надеюсь, вы понимаете.
Голицын нахмурился. Однако спорить не стал.
 
— Ну, хорошо, Николай. Это твоё право. Главное, задание выполнено, и мы показали коммунистам, что с нами шутки плохи. А заодно лишили их лидера. Даже не знаю, что важнее, если честно. Теперь можно будет даже принять их попытки примириться. Всё-таки, у нас было взаимовыгодное сотрудничество. В Старгороде производят много провианта, который нам необходим. Ты отлично потрудился. Хвалю. Наградил бы, да не знаю, что тебе ещё нужно.
— Я лишь отдал долг, Ваше Величество. Так что ничего не нужно.
Голицын кивнул.
— Вот и славно. Полагаю, можно объявить о твоём выздоровлении. Возвращайся в школу, занимайся своими делами. Пожинай плоды. Ты заслужил.
Сказал ласково, но глаза оставались холодными. Похоже, прав был Юматов: одолев гулей без помощи царя, из любимчиков я вылетел.
— Благодарю, Ваше Величество, — ответил я, вставая.
— Ступай, Николай. Если понадобишься, позову. И не забывай о службе в Канцелярии. Там ещё много работы.
— Конечно, Ваше Величество.
Отвесив учтивый поклон, я вышел из кабинета.
В приёмной меня встретил незнакомый человек. Высокий, с усами, одетый в белый китель.
— Прощу прощения, — обратился он ко мне. — Я должен снять с вас чары.
Представляться не стал. Видимо, придворный маг, создавший эликсир Лицедея.
— Хорошо, — кивнул я. — Здесь?
— Почему бы и нет? Это дело недолгое, — он протянул мне склянку с красной жидкостью. — Доза отмерена, так что пейте до дна.
Принюхавшись, я не учуял ничего подозрительного. Впрочем, меня теперь не так-то просто отравить. С моей-то демонической способностью к регенерации.
Я опрокинул в себя содержимое сосуда. По пищеводу потекло приятое тепло, которое затем распространилось по желудку. Усатый чародей внимательно наблюдал за мной. Спустя минуту удовлетворённо кивнул.
— Ну, вот и всё. Полагаю, вам осталось лишь переодеться, — он взял со стола секретаря свёрток и протянул мне. — Идёмте, я покажу, где это можно сделать.
Мы прошли в небольшую комнату с ширмой.
— Оставлю вас, — сказал маг и исчез за дверью.
В комнате имелось ростовое зеркало в массивной золочёной раме. Встав перед ним, я увидел себя. В смысле — маркиза Скуратова. Ни одна черта не напоминала о Феликсе Сырмяжском. Осталось только сменить одежду, которая теперь сидела на мне мешковато.
Когда я вышел из комнаты через несколько минут, меня поджидал военный, встретивший по прибытии.
— Я покажу дорогу, — сказал он.
В его компании я добрался до выхода из дворца. Возле крыльца стояла машина. Как только я показался на ступеньках, из неё выскользнула Марта.
— Ваше Сиятельство!
— Всё в порядке, — кивнул я. — Можем ехать домой.
Уже в автомобиле спросил:
— Как дела в замке?
— Спокойно, — ответила девушка. — Звонили ваши друзья, журналисты, несколько аристократов. Хотели вас видеть или хотя бы поговорить по телефону. Записи обо всех звонках есть у секретарши.
— Хорошо. Значит, никаких инцидентов не было?
— Никак нет.
Моё возвращение в замок вызвало лёгкий ажиотаж. Все были рады, особенно Пешковы. Правда, узнали они об этом только утром, выйдя к завтраку. Еле от них отделался, чтобы отправиться в школу. Там меня сразу обступили друзья. Каминская всячески старалась показать, как скучала. Возможно, так оно и было. Расспрашивали о болезни. Пришлось наплести небылиц. Благо, у меня было полно времени, чтобы их сочинить.
— Смотри! — сказала Глаша, подводя меня к стене второго этажа, где возле кабинета директора красовалась совершенно свежая бронзовая доска с моим барельефным портретом.
— Это что⁈ — слегка опешил я.
— А ты как думаешь⁈ Ты же герой империи! Было бы странно, если бы в школе этот факт не увековечили.
— Хм… Лестно, конечно.
— Ещё бы! Правда, класс⁈
После уроков пришлось отправиться с друзьями в ресторан. Отметить, и правда, было, что. Сидели долго, часа четыре. Пару раз к столику подходили посетители — выражали благодарность, восхищение и так далее. Уже не говоря о том, что все вокруг пялились, хоть и старались делать это незаметно.