Герой по найму (СИ)
Между тем, толпа спасенных на берегу увеличивалась, начали жечь костры, бабы из деревни делились последним, но некоторые рейды с острова начали поступить не только с людьми, но и с продовольствием и питьевой водой. И опять же безо всяких препонов.
А вот в самом дворце все было далеко не столь радужно…
* * *
Джуба быстро освоился с управлением островом. Оказалось, что даже одного человека достаточно, чтобы перемещать всю эту махину в нужном направлении. А тарелочки с яблочками обзорно показывали, куда именно нужно двигаться.
Вот Игги и двигался. Первым делом он предусмотрительно всплыл на поверхность воды — рычагов от шлюзов в комнате управления не имелось, и если бы Морской затопил весь город, то вся затея уже не имела бы никакого смысла.
А так, двигаясь по верху, топить было уже, собственно, нечего.
— Ты уме-е-е-н! — прошипела из своей клетки женская особь. — Но ты не понимаеш-ш-ш-ш-ь, что делаешь-ш-ш-ь хуже!
— Это почему? — удивился Игги. — Я подгоню остров к берегу, ссажу всех людей, а дальше живите, как пожелаете. Дело ваше!
— Морс-с-с-с-кой не прос-с-с-стит! Мс-с—стить будет! С-с-с-сейчас-с-с договор! Забудь про него! Море с-с-с-танет нашим!
В этом был смысл, но что делать, Джуба не знал.
К тому же его личный квест оставался нерешенным. Ожерелье Морского все еще висело на шее владельца, и теперь, после всего, мирным путем его не добыть. Хоть, формально, Джуба и выполнил оба задания, но он прекрасно понимал, что ожерелья ему не видать, как своих ушей.
А значит, провалено и поручение Громослава, и на этом жених Кудр выпадет из списка финалистов. Ну и плевать на него! И на деньги… деньги жалко, зато люди целы.
Он кинул короткий взгляд на клетку. Лютозмеи свились клубком, обвивая тела друг друга кольцами. Только их головы: мужская — с благородным подбородком, властным взглядом и вьющимися волосам, и женская — с обрамлением закрученных кудряшек, милым профилем, и совершенно неживыми глазами, — смотрели, не отрываясь, прямо на него.
Игги передернуло. Он ненавидел змей. Хорошая змея — мертвая змея!
— Могу дать с-с-с-овет! — предложила женская особь. Мужская особь вообще не проявляла активности с момента попадания в клетку.
— Зачем он мне? — удивился Джуба.- Впрочем, говори, убивать тебя я все равно не буду, если сама не нарвешься…
— Мы оба-два с-с-с-лышали, что ты хочешь его ж-ж-ж-емчуг?..
И лютозмей начала говорить. Ум у нее работал хорошо, и она просчитала некоторые варианты будущего. Главное, что будет с городом?
Если все люди сойдут на берег, то нормальное функционирование града остановится. Вся деятельность, поддерживающая его жизнь, замрет на месте. Остановится уборка, работа столовых, ремонт, прочистка внутрегородских каналов, вывоз и утилизация мусора, и множество прочих видов деятельности, без которых не обойтись. Город умрет за пару дней… максимум за седмицу.
Но есть и иной вариант. Сделать из бывшего подводного града — надводный! Перепрофилировать его на новый лад. По словам змеюги, всем очень не хватало нормального морского порта, и всплывший на поверхность град мог бы им стать.
Бухта в этом месте отличная — с нормальной глубиной, возможностью для быстрого роста.
Это место в скором времени могло бы стать главным центром морской торговли. Нужно предложить людям рабочие места не за страх, а за деньги, улучшить их условия труда, предложить льготы и надбавки, выходные…
Охрана города будет осуществляться, как и прежде, стараниями русалов. Но и надводные силы могут существенно помочь.
А им, лютозмеям, их скромной семейной чете, многого не надо — всего лишь посты глав таможенных служб, они змеи скромные, место свое знают…
Джуба присвистнул. Змеи встрепенулись.
Если представить, что все реально, и проект осуществим, то главы таможни быстро станут богатейшими людьми… хм… особями этого города. Губа не дура!
Чувствовалось, что этот план лютозмеи давно лелеяли, слишком уж продуманно и гладко все звучало в их устах. И закрадывалось сомнение, уж не поддались ли они в схватке, не намеренно ли сели в клетку?..
— Хорошо! — решил Джуба. — План мне нравится. Но вот понравится ли он Морскому? Сомневаюсь! Еще никто на моей памяти не лишался добровольно всей полноты своей власти. Он просто убьет меня, и точка. Вы видели его трезубец?
Лютозмеи закивали. Трезубец они видели, и он был куда мощнее, чем их оружие… многократно мощнее!
Деньги Морского не заинтересуют, он и так обладатель всех сокровищ моря. А там десятки затонувших кораблей, перевозивших золото и серебро с рудников. Да и зачем злато на дне морском? Разве что потешить свое эго!
И тогда коварная женская особь предложила вторую стадию плана. И тут уже Джуба только покачал головой — хитро придумано! Но смысл в идее, несомненно, был. Стоило попробовать.
* * *
— Твоя дочь станет одной из самых влиятельных женщин континента! А ее дети — ее и маркиза де Гака, — Игги отпустил короткий поклон в сторону Жака, это выглядело комично, потому что в этот момент Джуба висел вниз головой, — будут именоваться королями и королевами многих заморских царств!
Ситуация сложилась грустная. Как только Джуба привел город к берегу, снял защитный барьер, и позволил всем желающим покинуть чертоги, он сдался на милость Морского. И тот сразу повелел заточить его в цепи и подвесить в тронном зале.
В таком положении и проходил диалог. Морской сидел на троне, рядом приставили невысокие кресла для де Гака и Сельди — они держались за руки и не могли налюбоваться друг на друга. Вокруг стояли стражи из числа дышащих воздухом, готовые в любой момент убить Игги. Эти люди не сошли на берег, предпочтя остаться на своих постах. Их выбор. Пока царь слушал… слушал… слушал… однако, было непонятно, слышит ли он…
— Подводный город станет самым крупным морским портом на море, сюда будут сходиться все морские пути, и караванные по суши тоже, — продолжал расхваливать план лютозмеев Игги. — Город расцветет новыми красками и будет богатеть день ото дня! Вот только никакого рабства, пленных придется отпустить. Но! Предложи людям достойную оплату их труда, и многие останутся. Людям нравится стабильность и высокий доход!
Жаб Зеленый, стоящий подле трона Морского, начал шептать что-то на ухо своему повелителю. Тот смотрел своими водянистыми глазами куда-то в пространство, и непонятно было, участвует ли он в беседе, или слушает пение птиц, доносившееся сквозь приоткрытое окно тронного зала.
— Город ждет небывалый подъем и развитие. Деньги потекут сюда нескончаемым потоком. Парочка лютозмеев на постах начальников таможни не дала бы другим воровать. Знаю, царь, что ты и так немыслимо богат, но подумай о дочери — царевне Сельде потребуется огромное приданое, дабы достойно представлять вашу фамилию в высоких кругах других королевств. Во-первых, ей нужна будет специальная ванная для путешествий, в которой постоянно будет свежая морская вода, во-вторых, их дети, вероятно, будут особыми, и условия им так же потребуются особые, в третьих…
— Довольно! — Морской стукнул трезубцем о мраморные плиты с такой силой, что пробил дыру. — Ты, человек, пришел в мой дом и сломал все царившие здесь устои. Ты освободил моих пленников, поднял город со дна, привел его к берегу, а теперь хочешь поменять наш образ жизни? Правильно ли я все понял?
— Я всего-навсего хотел получить ожерелье, — негромко, но твердо ответил Игги, вполне представший, чем грозит ему гнев Морского. — Испытания для меня ты придумал сам. И, считаю, что я с ними справился…
— Еще и ожерелье! — царь даже опешил от подобной наглости и покачал головой. — А ты изрядный наглец, добрый молодец!
Джубе нечего было на это возразить. Он чувствовал, что он долгого висения вверх тормашками, кровь начинает приливать к голове.
Морской выпрямился во весь рост. Был он грозен, а трезубец в его руках сверкал невиданными молниями. Даже будь Игги свободен от цепей, со столь сильным противником он бы не совладал.