Анатомия бабника (ЛП)

Что, конечно же, означало, что у меня нет времени на блондинок в баре. Особенно, на которых нужно тратить много усилий. Но я быстро привык к нашему с Уитни общению, а все остальное просто уходило на задний план. Я решил, что уж если и иметь зависимость, то только такую. В конце концов, это помогало моему психологическому состоянию. Может, это очистит в моем мозгу немного места для всего того, что я тут учу. Поэтому плохая это идея или нет, я не мог бросить наши маленькие перепалки.
Я должен был составить план, как завоевать ее после учебы. Если все то время, что я потрачу на нее, пойдет коту под хвост, у меня останется последний вариант: попытаться приударить за аспиранткой, чтобы получить ответы. Или можно попробовать то же самое с девчонкой из моей группы. Или вообще с кем угодно. Как бы глупо это не казалось, но я хотел все выучить сам. Мне понадобится этот материал на других уроках, и чтобы закончить университет.
Большинство парней в команде хотели заниматься хоккеем профессионально. Я бы соврал, если бы сказал, что тоже не мечтал об этом. Но я понимал, как редко мечты действительно становятся реальностью. Мне нужен был запасной план. Я больше не хотел полагаться на чьи-то деньги. Это было обещание, которое я дал себе много лет назад. Кроме того, это помогло бы мне найти работу после выпуска, если бы НХЛ не предложили мне контракт. Я хотел зарабатывать достаточно денег, чтобы жить, а не просто выживать.
Я вытерся полотенцем, оделся и взял свою тетрадь по статистике. Парочка напряженных часов обучения с людьми, которые действительно понимали материал, было именно тем, что мне было сейчас нужно. Поэтому, несмотря на свои личные желания, я засунул тетрадь в рюкзак. Надеюсь, что к тому времени, когда я найду что поесть, у меня будет правильный настрой на очередной скучный сеанс зубрежки в библиотеке.
  
Глава 11
 
Уитни
В субботу я поднялась с кровати с утра пораньше, умылась, оделась и направилась на кухню, где мой взгляд упал на кофе-машину. Я не являлась заядлой кофеманкой, но сегодня, чтобы пережить этот день, мне понадобится много кофеина. Хотела бы я сказать, что вымоталась после пятничной вечеринки, но нет. Вместо этого я сидела дома, копалась в статьях и делала домашку.
Пока я старалась не зевать, думая лишь о том, чтобы кофе заваривалось быстрее, кофе-машина начала гудеть. Я была счастлива получить место в газете и этот огромный шанс на статью на первой странице, но пока я занималась расследованием, у меня не хватало времени ни на что другое. Я ныряла во временную воронку Гугла, чтобы узнать всего пару вещей, а выныривала спустя несколько часов, вообще не понимая, куда подевалось время.
Я уже не говорю про пары, которые тоже требовали моего внимания. Формально моя специальность называлась «Специалист по связям с общественностью» с уклоном на «Американистику» и фокусом на «Журналистику», поэтому от меня не требовалось ничего, кроме запоминания. А учитывая то, что я была ценителем фактов, мне это давалось легко. Поэтому я и решила записаться на дополнительный курс в этом семестре. Предполагалось, что между этим курсом и летними дополнительными занятиями я смогла бы осилить «Американистику» и «Журналистику». В действительности же, мой средний бал серьезно пошатнется, если я не придумаю лучший способ выполнять несколько задач одновременно.
Хорошо, что я забила на парней. У меня все равно не было на них времени.
Почему-то после того, как в голове пронеслась эта мысль, мне стало тоскливо. Было бы неплохо иметь хотя бы возможность на влюбленность. Возможность испытать предвкушение от того, что можно случайно познакомиться с кем-нибудь, и это станет катализатором чего-то прекрасного.
Журчание кофе прекратилось. Я наполнила им свою чашку, налила немного сливок и сахара — только так я могла выдержать этот вкус — и сделала маленький глоток, стараясь не обжечь язык.
Грустно, но мои мышцы протестовали даже против поднятия чашки. Я устала, всюду нося свой ноутбук и постоянно прогуливаясь до офиса. Именно так я и проводила свое свободное время. Мои плечи и спина болели от ремешков рюкзака, а ноги устраивали забастовки почти каждое утро.
  
Я обошла стол, когда услышала звук открывающейся двери, чтобы поприветствовать свою соседку. Этой ночью Лайла ночевала у Бэка. Из-за этого, и нашего сумасшедшего расписания в последние дни, мы почти не разговаривали. Странно, раньше мы могли не видеться и дольше, но я никогда не задумывалась об этом, а сейчас мне действительно не хватало ее.
— Я принесла тебе подарок, — сказала Лайла, указывая на стопку газет.
— Спасибо? — когда я поняла, что прозвучало это как вопрос, то тут же добавила. — Я, конечно, фанатею от новостей, но не уверенна, что у меня есть время читать все это.
Я и так пропустила пару последних выпусков «New York Times». Они хранились у меня в ноутбуке в ожидании своего часа.
— Ну, не все статьи, конечно. Ты говорила, что твой редактор хочет, чтобы ты добавила больше своего мнения и слов в следующей статье. Я спросила у Бэка, кого он считает хорошим репортером, и он принялся болтать об одном парне, который освещал команду «Брюинз», — она отбросила свои туфли к дивану и опустила покачивающуюся стопку газет на столик, положив на нее руку. — Не стану врать, на минуту я отключилась, потому что не понимала и половины того, что он говорил. Но потом он показал мне это, — она подняла связку длиною в пару дюймов. — Я сразу вспомнила о Говарде Хьюзе. Ты бы поняла, что я имею ввиду, если бы я сказала, что эта коллекция отлично бы ему подошла, правда?
— Я знаю, что он был эксцентричным режиссером-отшельником, который стал одержим вещами и прятал их ото всех, — сказала я и поставила чашку на кофейный столик.
— Видишь. А Бек не понял. В любом случае, он разрешил одолжить стопку, чтобы ты смогла прочитать спортивные статьи. Так ты сможешь понять, что делает их такими особенными. Я подумала, что это может помочь.
Я подняла громоздкую кучу газет и приложила к груди. Уверена, на моей бледно-голубой рубашке останутся серые пятна. Серебряные линии — они, хотя бы, будут сочетаться с моими брюками.
— Круто. Спасибо, — сказала я уже с восклицательным знаком. Я возьму их с собой в кампус. Посмотрим, смогу ли я пронести туда несколько штук. Я собираюсь обустроиться в самом людном месте и спрашивать людей, что они думаю о хоккейной команде. Чувствуют ли они, что спортсмены получают предпочтение и симпатию. Мне кажется, в субботу там будет много студентов, больше нацеленных на учебу. Затем я пойду туда среди недели, чтобы встретить остальных и посмотреть, насколько будут отличаться их ответы.
Я сунула газеты в рюкзак вместе со своим желтым блокнотом, кучей разноцветных ручек и выделителей. Сегодня ноутбуку придется остаться дома, потому что места больше нет. Моей спине и плечам был нужен отдых.
Я взяла чашку, одним глотком выпила весь оставшийся кофе и после этого высунула язык. Лучше взять еще и колы. В ней больше сахара, к тому же нужно перебить вкус кофе.
Схватив холодную банку, я повернулась к Лайле, которая насыпала хлопья в тарелку.
— Эй, пока ты здесь, я хотела поговорить с тобой кое о чем.
— Валяй, — сказала она прежде, чем закинуть в рот пару синих кружочков.
— Это… о Хадсоне, — я уже рассказала ей про стычку с ним в понедельник, так что она была в курсе наших взаимоотношений. — Мне нужен верный способ покончить с его поддельными подкатами, но не нападая на него и, конечно, не выглядя как безумная репортерша.
Лайла поставила молоко в холодильник и взяла тарелку.
— Поддельные? Очень сомневаюсь.
— Лайла, когда он в первый раз меня увидел, на мне был брючный костюм, а во второй — белая рубашка-поло и брюки цвета хаки. Я будто была в школьной форме.
Лайла повертела ложкой передо мной.
— Ты же излучаешь сексуальность, помнишь?
После этих слов я выдавила из себя улыбку.