Эмиссар СИСТЕМЫ 6: Архитектор Реальности (СИ)

Я же поднял ему навстречу волну фрактальной энергии, скопировав его навык ретрансляцией.
Поток белых кубиков освежил ход битвы.
С формой проявления стихии мне очень повезло — каждый такой кубик — по сути частица маны фрактала. Отдельная. И в то же время точно такая же, как и все остальные.
А значит — им можно внедрить нужные эффекты и многократно их усилить коррекцией.
Поток кубов превратился в контрастный душ из урона всеми видами стихий. Сперва его окатило жаром, затем кубы приобрели эффект заморозки, затем начал просто менять способностью всё, что вспоминалось.
— Ты меня не сломаешь, ничтожество! — пафосно воскликнул Эхмея, будто карикатура на божество, каким пытался казаться.
— Зови хаос, если хочешь протянуть ещё немного, — предложил я.
Эхмея посмотрел на меня с нескрываемой яростью и ненавистью.
Затем его тело начало покрываться светящимися наростами, на которых начали открываться глаза.
[Ретрансляция чар: стихийная форма]
Белые кубы стали возникать вокруг моего тела, частично сливаясь с ним.
Эхмея, ставший один в один как его ангелоиды, рубанул артефактом сверху изо всех сил. А я выставил руку в сторону и одной только мыслью создал разделявший нас с ним барьер.
Враг что-то прорычал и потянулся ко мне. Рука стала удлиняться и светиться, будто одно большое световое щупальце.
[Коррекция: снижена синхронизация стихий света и хаоса]
— Долго же ты терпел, — хмыкнул я.
Вены потрескались, и часть разорвалась, не выдержав резкого перепада нагрузки.
Враг отделался лишь правой рукой, да и из обрубка быстро потёк свет, воссоздавая конечность. Но я не останавливался на этом.
Оставалось ещё последнее средство. Только нужен триггер… болванка, на которую можно нацепить этот вид урона.
Эхмея взмахнул крыльями, разрывая дистанцию. А затем так же быстро её сокращая в порыве света с оружием наготове. И там, где он приземлился, его уже ждала новая пылевая ловушка.
Ожидаемый ответ в виде на этот раз — кольца света.
И…
[Ретрансляция чар: кольцо света]
Свою ошибку он понял слишком поздно. А может быть и не понял вовсе — фрактальные кубы с внедрённым свойством урона пустотой заставили Эхмею завыть, словно побитая шавка.
Он вновь рванул крыльями в сторону, уходя из зоны поражения, но на этот раз вяло и слабо. Пустота заставила его сильно сдать.
— Ты псих, если связался с этой силой! — со страхом в голосе сказал он.
— Чего не сделаешь ради того, чтобы избавить ни в чём не повинных людей от такого придурка, как ты.
— Ха, ты ещё больший идиот, чем я думал! Пустота сожрёт саму твою душу!
— Просто инструмент, — пожал я плечами.
Эхмея попытался встать, но выходило с трудом. Я с удивлением понял, что он дрожит. В таком состоянии он уже не боец. Быстро же его проняло!
— Я держу его, Альтаир, — тихо сказала Хель, мягко положив руку на плечо лже-бога.
— Отпусти моих людей и поговорим.
— Отпустить? — фыркнул Эхмея. — Тот сброд у входа?
Силой мысли я вытянул из себя несколько кубиков маны и влил в них магию пустоты.
Они покрылись чёрно-лиловым цветом и стали зловеще медленными, будто сонные мухи, идущие на убой.
— Это простая темпоральная ловушка, — произнёс Эхмея. — Они сами придут в себя через час. Или отнеси их от входа.
— Что, потерять душу не хочется?
— Ты не понимаешь, что говоришь, варвар, — поморщился Эхмея. — Пока у тебя есть душа, смерти не существует.
— Что, это хуже, чем массовое жертвоприношение тысяч твоих же граждан? Зачем это вам с рогатым?
— Чтобы остановить то, чем ты мне пытаешься угрожать!
— Только пытаюсь? — улыбнулся я.
Эхмея побледнел.
— Они переродятся. Когда-нибудь.
— Зачем тебе столько ангелоидов?
— Чтобы остановить тебя, — сплюнул Эхмея.
— А я думал, вы знали, что я приду. Что ваша армия не тут? Дай, я помогу. Зачем вам нужна эта война? Чего вы хотите добиться массовой гибелью всех фракций, включая вашу собственную?
— Ты ведь всё равно скормишь мою душу богу-чудовищу, — с каплей обречённости сказал Эхмея.
 
— Ну, я всё ещё могу убить тебя раньше, — пожал я плечами. Переродишься где-нибудь подальше отсюда. Здорово же?
— Смерть тела или смерть души…
— Ты дашь ему возможность переродиться после всего, что он сделал⁈
— Рад, что ты снова в строю, Ганц, — не оборачиваясь бросил я солнечному.
— Это будет не сразу и не здесь. Наши пути ни с кем из вас больше никогда не пересекутся, — заверил Эхмея.
— Он же восстановит память и угробит какой-то другой мир. Вспомни девчонок наверху. Уверен, не все они изначально были такими.
— Ну забери их себе, если сам найти жену не можешь, — снова скривился Эхмея.
— Можно я сам прикончу этого ублюдка?
— Вперёд, — улыбнулся лже-бог.
Я же крепко задумался. Слишком он легко идёт на смерть. В свете того, как ушёл отсюда Меас, вполне возможно, не удивлюсь, что и у этого Эхмеи есть подобный козырь.
Но вот с пустотой он сочетается плохо. И какими бы мудаками Эхмея с Меасом не были, они оба точно не были союзниками той силе, что шла с Днища.
— Тали, изучи справкой всё, что есть на этом ублюдке. Любой артефакт, замаскированный под пуговицу, татуировка от которой веет маной или ещё что-то.
— Принято. Проанализирую записи в памяти… уже начинаю. Только есть ещё кое-что. Обрати внимания на свои кубы с маной.
Я перевёл взгляд на плывущий сгусток фрактала, заражённый энергией пустоты.
И вдруг осознал, что он мне больше не подчиняется. Стихия вела себя пока мирно и продолжала кружить вокруг Эхмеи, словно голодные пираньи под тенью нависшей над водой добычи.
— Кто такой на самом деле Меас? Откуда вы знакомы?
— У нас был один учитель, — нехотя выдавил Эхмея, косясь на чёрно-лиловые кубики, заражённые пустотой.
— Ты врёшь! — вмешался Тео. — Меасу не может быть так много лет!
— Этому — не может, — не сдержал улыбку Эхмея. — Смерть — это ещё не конец, механист.
— Кто ваш учитель?
— Он из закрытого мира, эмиссар, куда таким как ты не попасть. А жаль. Я бы посмотрел, как Гильгамеш потрошит тебя на атомы. Он умел растягивать муки еретиков на о-очень длинный срок.
— Чего вы все добиваетесь?
— Наставник желал лишь одного — очистить мир от зла, с которым ты породнился, и которое ты распространяешь. Из нас двоих зло здесь ты, эмиссар! Смерть миллиардов тел — ничто. Но гибель души — это настоящий конец. Даже Меас бы никогда не пошёл на такое.
— Зачем вам нужны жертвы?
— Этот мир обречён, Альтаир. Днище поглотит его намного быстрей, чем все думают. Счёт идёт на недели, может, месяц, но я бы не стал на это надеяться. Мёртвая магия оттуда питается душами. Мы эвакуируем их отсюда, только и всего.
— Опять врёшь, — поморщился я.
На самом деле, я понятия не имел, верит он в то, что говорит или вешает нам лапшу на уши. Но блеф сработал.
— Не вру! — воскликнул он, когда кубик пустоты едва не коснулся его шеи. — Есть способ спастись! Портал в мир за великой Гранью. Там, где ещё остались реальности без мёртвой магии! Всё что нужно — это только мана. Но у меня есть сила, я могу собирать ману в ярости разумных. Вместе мы можем…
— Не можем, — сразу отрезал я. — Что это за миры?
— Ты же эмиссар! — улыбнулся Эхмея. — И не помнишь даже о своей великой цели заражать миры мёртвой магией?
— Ещё раз скажешь мне о… — начал было я, но мерное спокойное движение лиловых кубиков вдруг резко сменило траекторию, и все как один впились в крылатую фигуру.
Глаза лже-бога расширились от ужаса. Он заорал, будто безумец, после чего ударил во все стороны концентрированной магией света, следом послал волну светящихся щупалец, а когда те исчезли спустя всего доли секунды, на полу навеки застыла перекошенная от ужаса крылатая фигура, с криком вонзающая светящийся клинок себе в грудь.
  
Глава 11
 
— Успел? Он успел уйти? — спросил Ганц.