Цена Победы (СИ)

— Ой, рискованно! — покачал головой Олег Тищенко. — Мы ещё с германцами не покончили. А ну, как японцы в амбицию ударятся? И что, на два фронта воевать?
— Ну, Германия же воюет как-то! — улыбнулся я. — Да и войны не от внезапной обиды происходят, к ним готовиться надо. Японцы не готовы. Но я не о том. Есть ещё и третье. Вчера ко мне приехал эмиссар от Панчо Вильи. Что значит, кто такой? Бывший мексиканский революционер и народный мститель. А теперь — член народного правительства.
  
— И чего мексиканцы хотели от тебя?
— А вот тут мутно как-то… Вилья сумел удовлетворить многих крестьян за счёт новых сортов кукурузы и подсолнечника, в их климате да при удобрениях получается не один, а два урожая собирать. От этого у их правительства и такая сильная поддержка со стороны крестьян.
— Подожди, они что, похвастаться приезжали?
— Да нет, конечно! Говорю же — мутно всё! Удобрения-то им не только мы, но и канадцы с чилийцами поставляют. А большая часть продукции в Штаты продавалась. А теперь они интересуются, будем ли эту продукцию покупать мы.
— А мутность в чем? — снова уточнил Тищенко, который был не в курсе наших проектов последних лет, слишком уж на энергетике сосредоточился.
— Так мы и так покупаем! Сахар, сухое и сгущённое молоко, подсолнечное масло, мясные консервы, бобы… И у них покупаем, и у перуанцев с бразильцами. Иначе на Дальнем Востоке работников не прокормили бы. Понимаешь, Олег, остальное лучше в Штаты продавать. И вопросы эти означают, что они готовятся к войне с США.
— Напасть хотят?
— А вот это меня и смущает! — признался я. — Понимаешь, Мексике в такой войне ничего не светит, слишком разные экономические потенциалы. Но и Штатам сейчас незачем на них нападать. У них три года назад война почти случилась, но как только началась бойня в Европе, вашингтонские воротилы тут же откатили назад.
— Ничего не понимаю!
— Вот и я тоже! Кирилл Бенедиктович, попрошу вас обратить внимание на Мексику. Нам нужно понимать, что там творится! Нам совсем не нужно, чтобы Соединённые Штаты воевали с соседом.
— Кстати, раз это не совсем не устраивает нас, значит, Германия в этом очень даже заинтересована! — сделала вывод моя жена. И мне стало как-то неуютно.
из мемуаров Воронцова-Американца
«…Буквально на следующий день Россию потрясло сообщение о том, что Александра Фёдоровна, Императрица российская, переселяется в Марфо-Мариинскую обитель в Москве. Да, это не монастырь, да, настоятельницей обители была её родная сестра, но в свете поползли слухи о том, что она намерена принять постриг. Единственное из светских вопросов, что продолжало её интересовать — это поиск невесты для Алексея. И то, что ему не было еще и тринадцати лет, её не останавливало. Впрочем, и то, и другое в глазах народа добавило очков Николаю II…»
Беломорский «тучерез», 18 (31) января 1917 года, среда
— Нам удалось взломать депешу Циммермана [186]. Шифр там был сложный, пришлось выделить лучших специалистов.
— Подробнее, пожалуйста.
— Артур Циммерман — министр иностранных дел Германии. Две недели назад он направил шифрованную депешу Иоганну Генриху Бернсторффу, германскому послу в Вашингтоне. К счастью, после того, как Германия развязала неограниченную подводную войну, британцы добились, чтобы им запретили пользоваться трансатлантическим кабелем. А радиограммы мы перехватываем.
— Да, это нам повезло.
— А ещё больше повезло, что радиограмма очень длинная и подробная. Повторюсь, шифр очень сложный и был применён однократно. Была бы она короче, прочесть не получилось бы.
— Ну что же, возблагодарим Господа за многословие германского министра! — улыбнулась Натали. — Но что вы прочли?
— Полный текст расшифровки вы можете прочесть сами, тут не только оригинал, но и перевод на русский. А если вкратце, то Германия обеспокоена неразумными требованиями Франции и Великобритании. Их можно изложить четырьмя словами: «Боши заплатят за всё!»
— Учитывая, что германские войска всё ещё стоят во Франции и Бельгии, а германские субмарины едва не удушили британскую промышленность, это и в самом деле не очень разумная позиция! — согласился я. — Если бы союзники были чуть более умерены в требованиях, нам удалось бы заключить мир.
Тут я не удержался и вздохнул. «Мир здесь и сейчас» был моей мечтой. Увы, несбыточной. В обмен на твёрдое обещание России не заключать сепаратного мира и поддерживать союзников до последнего, у союзников удалось вытребовать много всякого.
Допуск в колониальную торговлю, пусть и с ограничениями, признание зоной наших интересов не только Северной Персии, но и Северного Афганистана, строительство трёх железных дорог к странам Индийского океана — через Персию, Афганистан и Тибет, признание уже занятых территорий бывшей Османской Империи и Закарпатья за нами — всё это было крайне интересно и элитам Империи, и самой стране.
Теперь отказываться от обязательств было бы не только вероломно, но и глупо. Союзники обратились бы за помощью к Соединённым Штатам, и в результате Россия отдала бы все свои «ништяки» в пользу янки. Оно нам надо?
— Судя по всему, война будет продолжена. Германия очень старается, чтобы пока в неё не вступили САСШ.
— Пока?
— Именно пока. В случае возобновления войны немцы планируют всей мощью обрушиться на французов. Если Париж падёт, и Франция будет выбита из войны, янки и британцам негде будет высаживаться на континенте.
— Как это негде? — поразился я. — Россия, Италия, Сербия… Да мало ли ещё стран? Хоть в Турция или в Румынии!
— Оттуда далеко до Берлина. К тому же кайзер считает, что после выхода из войны Франции, Россия и Британия согласятся на мир, причём на более выгодных для него условиях.
Хм, а вот этого не хотелось бы. В таких условиях до новой войны будет уже не двадцать лет, а пять. Нет, нам такого не нужно!
— К тому же, немцы рассчитывают на революции в странах Антанты. Сами знаете, во Франции и Британии уже в прошлом году имели место рабочие и национальные волнения. Да, Клемансо и Ллойд-Джордж проявили жёсткость и сумели их подавить, но никто не гарантирован от повторения [187].
— Это точно! — недовольно согласился я. — И мы не застрахованы. Сами понимаете, социалисты лишь раскачивают недовольство, но причины для него они создать не могли.
— Поэтому немцы пока и не думают сдаваться. Но опасаются вступления в войну Соединённых Штатов. И для гарантии пытаются привлечь Мексику.
— Точно! Мы же с Мексики начинали. Так при чём тут она?
— Дипломаты кайзера напомнили мексиканцам, что три года назад САСШ уже начинали интервенцию против них. И предложили оборонительный союз. Если Соединённые Штаты нападают на Германию, Мексика вступает в войну против них. Начинает боевые действия на границе, прекращает поставки нефти и продовольствия, даёт базу для германских субмарин, торпедных катеров и боевой авиации.
Я присвистнул. Да, экономика и промышленность американцев превосходят германскую и российскую, взятые вместе. Но вот сама армия у них пока мала и не имеет боевого опыта. Да и Флот последний раз воевал почти два десятка лет назад, причём против намного более слабой Испании. Если против них выпустить вояк кайзера, ущерб они нанесут большой.
— А взамен немцы обещают поддержать Мексику, если на них нападут северные соседи, поделиться технологиями, выделить кредиты и продать современное оружие и боеприпасы к нему.
  
— Пустые обещания, — пробормотал я. — Сейчас янки совершенно ни к чему нападать на южных соседей. А после окончания Великой войны Германия будет либо слишком слаба, чтобы их выполнить, либо слишком сильна, чтобы мексиканцы могли её к этому принудить.
— Наверное, мексиканцы об этом догадываются. Поэтому и прислали делегацию к вам.