Отшельник (СИ)
Вместе с дорогой незаметно для меня поменялся и ландшафт. Разреженный лес уплотнился, промеж сосновых стволов замелькали крупнолиственные деревья, похожие на магнолию, с мощной корневой системой и раскидистыми кронами. Среди зарослей малины и ежевики все чаще причудливыми хвостами вздымались здоровенные папоротники. В воздухе запахло влагой и чем-то горьковато-сладким, душистым.
— Забавно, — проговорил я, глядя на всю эту зелень. — Вот тебе и Подмосковные леса…
— А что с ними не так? — спросила Женька, внимательно глядя на меня умными, проницательными глазами. Как будто поняла, что это не с ними, а со мной что-то не так.
— Да так. Просто что-то ведь цветет, а что — не видно, — нашелся я. — И у меня вопрос к Евгении. Ты сама-то что делать собираешься? Может, тебя куда-нибудь подбросить надо?
Не оборачиваясь, она пожала плечами.
— Например?
Я развел руками.
— Мне-то откуда знать?
— А мне?
— Эй-эй, ты чего мне тут кадры хорошие разгоняешь? — возбудился Егор. — Женьку я к себе возьму, если пойдет! Слышь, мелкая? Пойдешь ко мне? Я недавно всю группу потерял, так что людей нет. Пустошь поднимать не с кем.
— Вольник? — без особого интереса спросила девушка.
— Так точно.
Женька опять как-то неопределенно пожала плечами.
— Пустошь я знаю плохо. Зато хорошо знаю информационные технологии, которые там у вас не работают, нейросети и многоуровневые ИИ, которыми вряд ли оснащают ваш инвентарь.
— Хера ты умная! — искренне удивился Егор.
Девушка кивнула.
— Ага. Как доктор философии. Вроде умная, а пользы от этого никакой. Уверен, что я смогу быть тебе полезна? Там вон в кузове другой представитель трясется. Если что, на мой взгляд — куда более ценное приобретение. А так… я не против. Могу пойти к тебе. Больше все равно некуда…
Вот тут я опять озадаченно потер заросшую щеку. Надо бы побриться при первой возможности, раздражает эта щетина.
Что-то в Женькиной истории не вязалось. Она типа интеллектуал, электронщик и симбиотехник, или как там это у них сейчас называется. Но при этом ее отправили в рифт, прокачивающий боевые навыки. Боевые навыки тощенькой маленькой девочки, которой в рамках ее специальности положено сидеть в теплом кабинете и на кнопки нажимать.
Какой в этом всём смысл?
— То есть ты интеллектуал, но при этом тебя отправили в рифт, который прокачивает боевые навыки? — спросил я.
Девушка повернулась ко мне.
Подняла на меня свои светлые, почти прозрачные глаза. Секунд тридцать мы разглядывали радужки друг друга, а потом она произнесла:
— Ага.
И по тому, как прозвучало это короткое слово, я понял — если я попрошу разъяснений, она просто пошлет меня нахрен.
Так что я замолчал.
Женька права.
В конце концов, у каждого из нас есть свои истории и причины, о которых распространяться не хочется. И тот факт, что мы все трое волей случая оказались сейчас в одной машине, на самом деле вовсе не делает нас близкими людьми.
А потом вдруг сообразил, что прямо сейчас мы же едем туда, где и служба безопасности имеется, и куча народа всякого.
А девушка-то у нас в розыске!
— Слушай, а тебя вообще не смущает, что ты со странноватыми незнакомыми парнями едешь в ТЦ? — спросил я. — А вдруг мы тебя продать хотим, или что-нибудь еще в этом роде?..
Она опять подняла на меня такой внимательный, пристальный взгляд, что я почему-то почувствовал себя дураком.
— Если бы вы хотели меня продать, то ехали бы сейчас в другую сторону, — сказала Женя. — Во Владимир, а не в Москву. И меня больше смущает, что ты этого не понимаешь.
— В смысле?
Егор заерзал, глянул на меня страшными глазами.
— Да понимает он все, просто ерунду ляпнул! Марат про другое, он про доверие жеж, понимаешь?
Женя на него даже не обернулась. Все так же пристально глядя мне в лицо, вопросительно приподняла брови.
— Про другое? Марат, ты знаешь о правиле Неласковой Трейси?
— Нет, — ответил я. Причем с такой же интонацией, с которой она недавно ответила мне на вопрос про боевые навыки для интеллектуала.
Женька усмехнулась. Кивнула.
— Ну еще бы. Ведь никакого правила Неласковой Трейси не существует. Если правило Бедной Пэрис. Название неофициальное, и пошло оно с одной истории в США, где женщину по имени Пэрис Миллер казнили в Бостоне за детоубийство, совершенное в Сан-Диего тремя годами ранее. А потом оказалось, что из-за бурь в местных пустошах в базах случился коллапс, обновления похерились, какие-то файлы побились и все такое. А на самом деле она была ни в чем не виновата.
Я присвистнул.
— Однако.
— Потом собрали большой международный консилиум и долго обсуждали проблему невозможности информационной связи между некоторыми регионами. Порой даже трудно отследить, что именно и у кого потерялось. С тех пор у нас почти как в Америке — у каждого региона свои базы, свои законы и правила. На территорию Торговых Центров распространяются те же положения, что и на территории города, за которым они закреплены. Вот такая занимательная география.
— Ничего себе. То есть можно быть отпетым преступником в одном городе, а потом приехать в другой — и жить себе припеваючи?
— Теоретически, — усмехнулась Женька. — А на практике если ты сбежал из города хрен ты сможешь попасть в какой-то другой. Даже если ты чист, как ангел.
— А то, что эти люди потом свободно шатаются вне городов, вообще никого не заботит?
— А должно? Ты сам-то не чувствуешь, какой оксюморон только что выдал? Дикие территории, пустоши для корпоратов — как для тебя особенности жизни насекомых в Центральной Австралии.
— Стало быть… Охотник за головами типа вез тебя во Владимир?.. Таким странным окольным путем?
— Нет, — отозвалась Женя, и фокус ее взгляда изменился. Теперь она смотрела сквозь меня. Вероятно — в недавнее прошлое. — Он вез меня в какой-то Белый Котлован. Или Котел. Кстати, хотела спросить, что это? Какой-то лагерь?
Мы с Егором переглянулись.
— Да место такое в пустоши есть, — ответил он. — Но зачем туда тебя тащить, я не знаю…
И тут Егор с громкой руганью вдруг ударил по тормозам.
Бизон заскрипел шинами по бетонке, оставляя темный след.
— Ты что творишь⁈ — ругнулся я, хватаясь рукой за спинку его сиденья.
Грузовичок еще немного проскользил вперед и встал, как вкопанный.
Егор шумно перевел дыхание.
— Примета плохая — ящерицу задавить. А тут видишь, что делается?..
Я приподнялся и взглянул на дорогу через лобовое стекло.
И обалдел.
С одной обочины на другую через проезжую часть ползли сотни коричневых ящериц размером с цыпленка.
Или, правильнее сказать, шли. Потому что передвигались они по большей части на задних лапах, опираясь на мясистые хвосты.
Я аж обалдел.
— Это… что за ящерицы такие?.. — проговорил я.
— А ты думал, мутанты только по пустоши бегают? — хмыкнул Егор. — Это ты еще местных зайцев не видел. Вот кого увидишь — перекрестишься! Здоровые, как кабаны, почти голые, полчища блох в залысинах и верхние зубы наружу торчат — жесть!..
Я открыл дверь и выбрался наружу.
Река ящериц продолжала свою миграцию, не обратив на меня никакого внимания. И чем больше я на них смотрел, тем больше с ужасом понимал, что эти мелкие твари — почти копия одного из видов, который я обнаружил в рифте. Только очень крошечная.
Так что же это получается?
За время моего отсутствия вокруг рифтов стали образовываться пустоши. В свою очередь вокруг пустошей меняется экосистема, старые виды мутируют и образуются новые. Причем некоторые из которых приобретают черты естественных для этого самого рифта видов…
Я поймал себя на том, что слышу внутри себя скрипучий голос Мэтью Хопкинса — самого прославленного диванного аналитика из ГИС, который только и занимался тем, что на каждой конференции постулировал дикие сенсации, высасывая доказательства буквально из пальца.
Докатился, блин. В конце концов, это всего лишь один вид, да и то речь идет лишь о внешнем сходстве, причем относительном. Как можно делать выводы на такой воде?