Трофей для Хищника (СИ)

— Подожди здесь, Сереж, — снова тем же повелительным тоном произносит Игорь Михайлович.
Тот понятливо кивает и направляется к водительской двери.
Игорь Михайлович слегка приобнимает меня за талию и направляется к дверям в ресторан.
— Сейчас мы поднимемся в ресторан, поужинаем и спокойно побеседуем с людьми, — говорит терпеливо и доходчиво. — Если мне что-то вручат, это возьмешь ты и после этого передашь мне. Обычно этим занимается Сережа, но ты выглядишь куда более миловидно.
Хочу сказать, что поняла, но вспоминаю главное правило «делай, а не говори», и молчу. Лучше проявить себя понятливой сотрудницей, чем сказать и не справиться.
— И вот еще, — Игорь Михайлович открывает передо мной стильную дверь с названием ресторана. — Ты ничему не удивляешься и не округляешь глаза. Сделай невозмутимый вид и просто ешь. Говорить от тебя тоже не требуется.
Мне в голову против воли забираются страшные предположения, что он бандит или вроде того, но я стараюсь их от себя гнать. Мне же не обязательно участвовать в его противозаконных делишках. К тому же, ни одно предпринимательство не обходится без нарушений закона. Хотя бы в мелочах.
Мы минуем не работающий летом гардероб и поднимаемся на второй этаж в зал. Он поделен на пару зон — светлую, где много воздуха благодаря панорамным окнам, и темную, находящуюся в глубине. Там нет окон, свет приглушен, столики низкие, окруженные такими же низкими креслами. Стены темно-зеленые, на одной висят картины в стиле Энди Уорхолла, на другой — плазма, которая сейчас транслирует что-то спортивное в беззвучном режиме.
Подошедшей хостес Игорь Михайлович говорит, что у него зарезервирован столик на фамилию Хищин, та сразу проводит нас в темную зону, показывает столик на четверых и спрашивает, понадобится ли нам кальян. Получив заказ на два капучино, оставляет нам меню и уходит.
Листаю страницы и поражаюсь ценнику этого места. Даже Марк не водил меня по таким дорогим ресторанам, хотя у него никогда не было проблем с деньгами. За столом возникает то самое неловкое молчание, которое на свиданиях является верным признаком отсутствия симпатии. Ловлю себя на мысли, что мне хочется от него избавиться, но Игорю Михайловичу, в отличие от меня, явно комфортно. Ну и ладно, не буду ничего говорить. Запоминаю выбранные блюда и жду прихода официантки.
Внезапно Игорь Михайлович вынимает из кармана рубашки свернутый лист и нарушает молчание сам.
 11 
— У нас до встречи около сорока минут, — Игорь Михайлович картинно вчитывается в бумагу. — Скажи мне, как так получилось, что девочка с высшим менеджерским образованием пошла работать официанткой?
— Слушайте, вам что, докопаться не до кого? — переспрашиваю с вызовом. — Эта информация никак не влияет на нашу договоренность.
— Я сам это решу, — с нажимом отвечает Игорь Михайлович. — Ты прекратишь отвечать вопросом на вопрос?
Молчу и снова открываю меню, чтобы показать, что я не желаю продолжать разговор.
— Ты ж не на помойке себя нашла, чтобы деградировать на работе, с которой любой имбицил справится, — продолжает Игорь Михайлович. — Эльвира Руслановна Давыдова, которая в людях ценит преданность, а в себе хочет взрастить силу воли.
Похоже, у него в руках моя анкета, которую я заполняла для устройства на работу. Краснею. Уверена, Луиза даже особо не вчитывалась в эти ответы. Такие вопросы не особо влияют на качество работы, только на уживчивость человека в коллективе. Меня настораживает, что Игорь Михайлович об этом спрашивает. И вообще его интерес к моей персоне.
— Не на помойке, Игорь Михайлович, — произношу нехотя. — Просто деньги нужны срочно. Такой ответ устроит?
Не вовремя появившаяся официантка не дает ему продолжить нашу словесную пикировку. Он озвучивает ей свой заказ на тартар из лосося и свиной эскалоп в брусничном соусе. Я прошу греческий салат. Хотя хочу взять бефстроганов, по привычке не позволяю себе есть недиетическую пищу.
Когда официантка уходит, Игорь Михайлович снова вчитывается в мою анкету, но не успевает задать новый каверзный вопрос, поскольку к столику подходит… с трудом удерживаюсь, чтобы не округлить глаза. Игорь Михайлович не зря меня предупреждал. Оказывается, у него встреча с вице-губернатором Петербурга! Аркадием Анатольевичем, и фамилия на Ц, точно не помню. В костюме, при галстуке, подтянутый пятидесятилетний мужчина в сопровождении более молодого, одетого так же строго. Видимо, с помощником.
 
Я узнала его по лицу. Марку приходилось обращаться в администрацию, но до вице-губернатора он никогда не доходил. Его взятки доставались более низким чинам.
Сглатываю ком в горле. Вот, значит, птица какого полета этот таинственный Игорь Михайлович. Ага, а с виду просто хозяин ресторана…
— Ты рано, Аркадий, — Игорь Михайлович поднимается с места и пожимает тому руку. — Прошу.
Вице-губернатор и второй мужчина присаживаются за столик напротив нас. Аркадий Анатольевич, видимо, из приличий открывает меню и тут же закрывает.
— Да, вышло раньше освободиться, но у меня времени только на кофе, — он поднимает руку, подзывая официантку, затем обращается к помощнику: — Саша, давай папку.
Второй мужчина вынимает из кейса непрозрачную пластиковую папку на кнопке и протягивает Игорю Михайловичу, но тот даже не шевелится, чтобы ее взять. Спохватываюсь, вспоминая, что это я должна передать ему то, что вручают другие. Забираю папку из рук мужчины и тут же отдаю Игорю Михайловичу. Он кивает с довольным видом и перекладывает ее на свою сторону стола.
Снова подходит официантка и получает заказ на два латте.
— Здесь все, — продолжает Аркадий Анатольевич, пододвигая папку в сторону Игоря Михайловича. — Разрешение на строительство, согласование с главным архитектором, договор аренды земли, его остается только со второй стороны подписать… Ты что, вздумал второй ресторан открывать? В Горелово?
— Я просил не для себя, Аркадий, — с улыбкой отвечает Игорь Михайлович. — Для одного из моих клиентов.
Вице-губернатор продолжает что-то по-дружески говорить. А я стараюсь справиться с когнитивным диссонансом. Для меня представители власти, особенно сидящие так высоко, всегда были какими-то небожителями. А тут он живой, во плоти, да еще и говорит по-простому, очень по-человечески. Идол, спустившийся с пьедестала.
Официантка выносит напитки, расставляет их на столе, спрашивает, будут ли другие гости что-то заказывать, и огорченная отправляется к другим столикам.
— А для кого, скажешь? — допытывается Аркадий Анатольевич.
— Прости, нет, — все так же бархатисто произносит Игорь Михайлович. — Я не разглашаю имена тех, с кем работаю.
— Да, понимаю, старый ты бес, — Аркадий Анатольевич хитро прищуривается. — Ну ладно, сам узнаю, когда те ребята договор аренды земли подпишут. А теперь мне пора.
— Узнаешь, когда узнаешь, — с улыбкой отвечает Игорь Михайлович. — Но это определенно будет не через меня.
Вице-губернатор и его молчаливый Саша допивают кофе и вместе уходят, оставляя нас с Игорем Михайловичем наедине.
Официантка приносит нам блюда. Ох, лишь бы он занял рот едой и не продолжал допрос. По крайней мере, я точно смогу тянуть с ответами.
— Приятного, — произносит Игорь Михайлович и начинает есть свои медальоны.
Благодарю вполголоса, и тоже принимаюсь за салат. Меня так и подмывает спросить, закончились ли его деловые встречи и можно ли мне домой. В конце концов, что такого, если я это сделаю? Это же работы касается. Не какие-то мои глубокомысленные замечания…
— Игорь Михайлович, — начинаю аккуратно и понимаю, что зря это сделала, когда он втыкает в меня острый взгляд. Но раз начала, договариваю: — У вас по плану еще есть встречи? Или мой рабочий день закончился?
Он спокойно дожевывает только что отправленный в рот кусок свинины и промокает губы салфеткой. От неторопливости всех этих действий становится жутковато. Что-то он мне сейчас выскажет.